Продана
Шрифт:
Её лицо побелело, и на одно мгновение мне стало не по себе от того, что давлю на неё. Но потом я вспомнил, сколько понадобилось, чтобы вытащить тётю Веронику из подобного. Я сел рядом с ней, касаясь её бедра своим, и показал, как переключать каналы, чтобы выбрать фильм. Едва заметная дрожь её рук показала мне, как ей неловко. Она принялась переключать каналы. Хоть я ожидал, что она выберет одну из романтических комедий, она пропустила их все, и это поразило меня, даже если я бы предпочёл выколоть себе глаз ложкой, лишь бы не смотреть один из таких фильмов. Я бы вытерпел,
— Пойдёт?
Она думает, что это то, что я хотел бы смотреть.
— Елена, это фильм, который ты хочешь посмотреть, или ты выбираешь то, что по твоему мнению понравится мне?
— Я хотела посмотреть этот фильм с момента его выхода, но я могу выбрать что-то другое, если вы против?
— Достаточно, — я опустил палец на её губы. Наверное, не лучший ход, особенно когда я почувствовал их мягкость. — Я сказал тебе выбирать, а это значит, что я буду смотреть всё, что ты предпочтёшь. Давай теперь откинемся назад и насладимся просмотром.
Она откинулась на спинку дивана, но её осанка оставалась прямой, словно у солдата, а напряжение в комнате ощущалось гуще, чем туман после летней грозы.
— Елена?
— Да? — она посмотрела на меня.
— Расслабься. Я не укушу.
Я понял, что дал ей разрешение, а это не входило в мой план, но она тут же ответила, подтянув колени к груди, с плеч исчезло почти всё напряжение. Она обняла колени, прижимая их ближе. Казалось, что она защищается, или, возможно, так просто было удобнее. Я предпочёл бы второй вариант. Она немного съела за ужином. Должно быть, проголодалась. И что пойдёт лучше с фильмом, чем лёгкий перекус?
— Я собираюсь захватить поесть. Ты хочешь чего-нибудь?
— Э-э-эм… — она пожала плечами. — Конечно.
— Я на минутку. — Она наклонилась вперёд, чтобы взять пульт, но я остановил: — Не ставь на паузу. Я видел этот фильм раньше.
Она всё равно взяла пульт и нажала на паузу перед тем, как откинуться на спинку дивана, опустив подбородок на колени.
— Я подожду вас.
— Вернусь через минуту.
Быстро передвигаясь по дому, я направился на кухню. Проклиная себя за то, что не подумал об этом раньше, я решил, что попкорн — лучший вариант. Тяжело было думать, что Елена, скорее всего, годами не была в театре, и мне было интересно, сколько она пропустила. То, что я считал само собой разумеющимся, было для неё роскошью. Мне было неспокойно от этой мысли.
Порывшись в кладовой, я нашёл упаковку попкорна, и, бросив его в микроволновку для приготовления, пошёл к холодильнику и взял пиво, содовую и воду. Если я предоставлю ей выбор, ей придётся его сделать.
Я принёс всё в гостиную на подносе, от чего Елена встретила меня широкими глазами.
— Ничего себе, — произнесла она, опустив ноги на пол. Она начала вставать, и я отодвинул поднос подальше от неё.
— Сядь и расслабься. Помни, ты — моя гостья, — я поставил поднос
— Пиво с попкорном?
Её брови нахмурились. Это было восхитительно, и я никогда не думал, что именно это мне понравится в женщине. Но не с Еленой. Было приятно слышать, как она задаёт вопросы, не опасаясь последствий. Чтобы не заставило её опустить свою броню, это нужно повторить. Опять же, возможно, она даже не поняла, что сделала это.
— Безусловно. Пиво подходит почти ко всему.
Она посмотрела скептически, но потянулась за одной из бутылок с янтарной жидкостью. Усевшись, я нажал «play», и музыка заполнила комнату.
По ходу фильма Елена расслаблялась сильнее, пряча ноги под себя, запивая попкорн пивом, и подаваясь вперёд во время каждого эмоционально насыщенного момента в фильме. Он ей нравился, и улыбка на лице делала её наслаждение очевидным. Это было лучшей вещью, которую я видел, потому что смотрел больше на девушку, чем на экран, делая всё, что в моих силах, чтобы сдержаться и не превратиться в подростка, который остался один ночью в родительском доме. Я не мог перестать думать о том, как сильно я хочу забыть про фильм и жарко обнять её на диване. Как и вчера вечером, я подвигался ближе и ближе к ней, мягкий аромат лаванды и жасмина пронизывал мой разум, заставляя голову кружиться. Святой ад, я был в заднице.
Моя вера пошатнулась, когда Елена встала и начала убирать наш беспорядок.
— Оставь, — сказал я. — Я позабочусь об этом.
Она замерла, её глаза забегали по комнате, будто она не знала, что ей делать.
— Вы уверены, что вам не нужна моя помощь?
Не было бы никаких проблем, пожелай она помочь, но я не позволю ей заниматься уборкой, если она считает это своим долгом.
— Елена, я не хочу, чтобы ты чувствовала, что тебе нужно убираться, потому что это то, что ты обычно делаешь.
Её глаза заблестели, и она удерживала мой взгляд несколько секунд, прежде чем повернуться и направиться в сторону лестницы. Я задумался на мгновение, затем опустил руку на её плечо, мышцы напряглись под моей ладонью.
— Я знаю, что говорил об этом раньше, но надеюсь, ты поймёшь, что я не хочу быть похожим на твоего мужа. Он не имеет ни малейшего представления о том, как относиться к тебе, и ты заслуживаешь намного лучшего.
— Я хотела бы поверить в это. — Я закрыл глаза, сделав резкий вдох и почувствовав в груди укол от боли в её голосе. Развернув её, я притянул Елену к себе, пока её щека не оказалась напротив моего сердца.
— В один день я заставлю тебя поверить в это.
Я держал её, пока она плакала, и как бы больно ни было слышать этот звук, от него мои глаза горели, словно плакал я. Я не мог позволить победить маленькой части меня, которая признала, что Елена сделала это со мной. Она начинает верить мне, и мне надо быть осторожнее. Моя былая похоть забыта, и теперь моей единственной мыслью стало успокоить её. Как только слёзы высохли, она снова повисла на мне, и, не подумав, я прижался губами к её макушке. Она тут же напряглась.