Пробуждение
Шрифт:
Джейн отринула все страхи и, наслаждаясь прикосновениями рук и губ Харви, отправилась в тот мир, где все — безбрежная радость и безмерное счастье.
— У тебя есть твои детские фотографии, Харви? — как-то вечером спросила Джейн.
— Где-то есть. А что?
— Хочу посмотреть, как ты тогда выглядел. — Странно, но она никак не могла представить Харви маленьким мальчиком, свободным, счастливым, играющим с собаками, плескающимся в лужах. — У тебя есть фотоальбомы?
—
Нет альбомов? Почему? — удивилась Джейн, но спрашивать не осмелилась.
— Ты не возражаешь, если я взгляну на них? — осторожно попросила она.
Харви пожал плечами, его лицо стало непроницаемым.
— Хорошо, будет время — поищу.
Джейн поняла, что он не в восторге, но благопристойного повода отказать сразу не нашел. Харви явно не хотел, чтобы она знала о нем слишком много, приближалась к нему слишком близко.
— Да-да, конечно, — легким тоном подхватила она. — Как-нибудь потом.
Ночью, положив голову на грудь Харви, Джейн спросила:
— Ты помнишь вечеринку у Маргарет?
Джейн не могла объяснить, почему у нее вдруг возникло желание довести до его сведения то, что она тогда узнала.
— И что же?
— Маргарет показала мне фотографию твоей матери. — Джейн подождала ответа, однако Харви молчал. — Не знаю почему, но я думала, твоя мать умерла, — сказала она мягко.
— Она не умерла, она уехала, и случилось это много лет назад. На этих сборищах люди черт знает сколько болтают!
— Почему ты никогда не говоришь о своей матери? — спросила Джейн, сделав вид, что не заметила его раздражения.
— Потому что не хочу.
— Ты ее видел когда-нибудь после того, как она покинула Австралию?
— Нет. И я буду тебе очень признателен, если ты не станешь обращать внимания на все сплетни, которые услышишь.
Харви встал с кровати и подошел к окну. Приоткрыл створку.
— Тебе не холодно?
Если и холодно, то только не от свежего воздуха, подумала Джейн и ответила:
— Нет-нет, наоборот, так гораздо приятнее.
Жизнь была простой и счастливой до тех пор, пока она не спрашивала Харви о чем-то сугубо личном: о его прошлом, о его матери. А он в свою очередь тоже почти никогда не интересовался прошлым Джейн, как будто ему было важно лишь то, что происходит сегодня.
Харви вернулся в кровать, и какое-то время они лежали, не произнося ни слова.
— Извини, если мой вопрос тебя огорчил, — сказала наконец Джейн. — Просто… я до сих пор скучаю по своим родителям. Я отдала бы все, лишь вернуть их. Мне хотелось бы… мне просто хотелось лучше понять тебя.
Джейн почувствовала, как Харви потянулся к ней. Она нашла его руку и сжала ее. Он придвинулся ближе, обнял ее и стал целовать. Джейн
Она таяла под его ласками и возвращала их Харви, чувствуя, как нарастает в ней томительное желание, и в то же время ощущала той своей частью, что жила будто отдельно от нее, некую печаль, какую-то странную тоску в ласках Харви.
Он заснул, а Джейн долго не смыкала глаз и думала, думала… В постели она чувствовала себя близкой Харви, и эта близость не имела ничего общего с его словами, с воспоминаниями и с тем, что за ними стояло. В постели они принадлежали только друг другу. Лежа в объятиях Харви, Джейн ощущала это каждой клеточкой своего тела. Но иногда днем она смотрела на Харви и видела между ними огромную зияющую пустоту, и тогда ей грезилось нечто ужасное.
Джейн задумалась о Марджори, о женщине, которая любила Харви, и о причинах, заставивших ее уйти. И на нее опять набросился страх, горячий и мучительный.
Никаких путеводных огней, никаких инструкций. У нее в руках — лишь собственный компас, стрелка которого вертится с сумасшедшей скоростью, не указывая никакого направления.
Однажды вечером, к великой радости Джейн, позвонила из Лондона Сью.
— Привет, Сью! Как дела?
— У нас тут все нормально, но у меня есть одна новость, которая, возможно, будет тебе интересна. Это касается Кена.
— Надеюсь, с ним все в порядке? — Вопрос слетел с языка Джейн совершенно автоматически: Кен детектив, на такой работе, как у него, все может случиться.
— Более чем в порядке. Вчера он женился.
Значит, Кен женился…
— Ну что ж, очень хорошо. Желаю ему счастья.
— Я передам, но… — Сью замялась. — О черт, не знаю даже, как сказать.
— Да что ты мнешься, ходишь вокруг да около?! Просто возьми и скажи.
— Кен женился на вдове полицейского с тремя маленькими детьми, — на одном дыхании выпалила Сью.
Джейн почувствовала легкую дурноту и обессиленно опустилась на стул.
— Дорогая, тебе плохо?! — забеспокоилась Сью.
— Нет-нет. Я… я… просто не знаю, что сказать.
— И еще. Он ушел из полиции.
— Не могу поверить, — прошептала Джейн. — Работа в полиции — его жизнь.
— Ходят слухи, что он сделал это ради детей.
Джейн почувствовала, что ей не хватает воздуха.
— Ради детей… — повторила она едва слышно.
— Он же говорил тебе, что никогда не захочет детей. Я этого не понимаю, Джейн.