Пробуждение
Шрифт:
— Нистен, так Нистен, — выдохнул Гийон и взял ее за руку. — Пойдем, я отвезу тебя домой. Думаю, нам всем следует отдохнуть. Общий сбор завтра в восемь внизу. На этом все. Отдыхайте.
Нистен приехал к Гийону около восьми вечера.
— Добрый вечер, — улыбнулся нейрами и прошел в дом. — Полагаю, что твое жилище оказалось не пригодным для проживания после волны беспорядков?
— Совершенно верно, — ответила Кайлин.
— Но, насколько я могу судить, тебя данные
— У Гийона вполне комфортно, — засмеялась Кайлин и присела на диван.
— Для начала, я хотел бы тебе объяснить, чем именно мы с тобой будем заниматься.
— Да, мне было бы интересно это узнать.
— Основываясь на своих знаниях и опыте работы, я пришел к выводу, что неспособность контролировать свой дар кроется в подсознательных мотивациях самих нейрами.
— Ты говоришь так, будто я сама хочу испытывать все это.
— Посмотрим. Возможно, ты сможешь доказать обратное.
— Абсурд, Нистен!
— Кайлин, мы не будем с тобой разговаривать о твоем прошлом и пытаться разобраться в твоих проблемах. Мы начнем с главного: я введу тебя в транс и попытаюсь пережить твой первый опыт общения с покойным вместе с тобой. Так я получу представление о твоих способностях и подсознательных переживаниях, связанных с этими способностями.
— Транс? Она будет в трансе? — наконец, подал голос Гийон.
— Не беспокойся, ничего плохого с ней не случится.
— Ты не знаешь, через что ей приходится проходить! Да, она умирает вместе с ними!
— Ты же хочешь ей помочь? Иначе, зачем поднял на уши всю Гильдию?
— Что ты сделал? — переспросила Кайлин, обращаясь к Гийону.
— Ничего особенного я не сделал, — ответил Гийон и присел на диван возле нее.
Нистен засмеялся и устроился в кресле напротив.
— Ты хочешь пройти через это одна или вместе с ним?
— Ты понял, да? — спросил Гийон, беря Кайлин за руку и пряча ее в своих ладонях.
— Конечно. Еще в больнице. Ну, это ваше личное дело. Так что, Кайлин, ты хочешь, чтобы Гийон остался или мы попросим его приготовить тебе что-нибудь на ужин?
Кайлин накрыла руки Гийона своей ладонью и повернулась к Нистену:
— Хочу, чтобы он был рядом.
— Ты не против, Гийон?
— Нет.
— Хорошо. Теперь разберемся с атрибутами. Гийон, я хочу, чтобы ты выключил свет и зажег несколько свечей. Да, и принеси Кайлин какой-нибудь плед, она ведь устала и собралась немного поспать, — улыбнулся Нистен.
— Я?
— Да, сегодня вечером ты будешь спать, Кайлин.
Гийон за несколько минут все
— Тебе удобно? — спросил Нистен.
— Да, вполне, — ответила Кайлин, которую руки любимого мужчины согревали больше, нежели шерстяной плед.
— Закрой глаза, Кайлин, и представь себе место из своего прошлого, где ты бы хотела вот так же лежать на руках у Гийона и ни о чем не думать.
Кайлин представила, как они сидят на веранде их старого загородного дома. Ее мама обязательно бы принесла им по стакану холодного кваса вместе со своим фирменным шоколадным кексом, а брат пытался бы выпроводить мать поскорее с веранды, чтобы оставить их одних.
Кайлин улыбнулась своим мыслям и поудобнее устроилась в руках Гийона.
— Где ты сейчас? — спокойно спросил Нистен.
— Я? В загородном доме, где мы с семьей проводили несколько месяцев в году. Мы с Гийоном сидим на веранде на старом выцветшем диване с видом на огромное зеленое поле и дерево, одиноко стоящее там, вдалеке.
— Солнце клонится к закату? — тихо спросил ее Нистен, и Кайлин представила себе багровое небо, окрашенное лучами солнца, что только начало перекатываться за тоненькую линию горизонта вдалеке.
— В доме, кроме твоей матери, есть еще кто-нибудь?
— Да, мой брат. Он долго выпроваживал маму с веранды, подмигивая мне на прощание.
— А где твой отец?
— Его нет. Он умер, когда мне было три.
— Ты бы хотела узнать, каким он был?
— Наверное, но мама не любила о нем говорить.
— Понятно. Кайлин? — позвал Нистен, а теперь я попрошу тебя закрыть свои глаза на той веранде и попытаться уснуть. Тебе тепло, и под ухом ты слышишь, как размеренно бьется сердце Гийона, и заходящее солнце мягко освещает твое лицо, и тебе хорошо, тебе спокойно и так будет теперь всегда, всегда, Кайлин.
Гийон почувствовал, как она окончательно обмякла в его руках и, кажется, действительно уснула.
— Кайлин? — позвал ее Нистен, поднимаясь со своего места и присаживаясь на пол рядом с ними.
— Да, — сонным голосом ответила она.
— Ты помнишь день, когда впервые увидела чужую смерть?
— Да.
— Я хочу, чтобы ты отправилась туда. Расскажи мне, где ты сейчас?
— В маленькой комнате. Здесь слишком тесно и душно, и темно.
— Что ты там делаешь?
— Мы приехали на похороны брата моей матери, дяди Славы.
— Ты хорошо знала, своего дядю?
— Нет, он жил далеко и мы редко встречались.
— Сколько тебе лет?