Проблемный мужчина
Шрифт:
— По крайней мере, — прошептала я.
Наши тела одновременно пришли в движение, в одно мгновение наши губы соединились, а языки переплелись. Не теряя времени, он аккуратно прижал меня спиной к стене прилавка, а руки положил мне на талию. Наши тела прижались друг к другу, движимые одним и тем же желанием.
Его страстные и манящие губы двигались поверх моих, заставляя меня отвечать ему, пробовать его на вкус... соблазнять его. Я наклонила голову, его язык проник ещё глубже, и я издала горловой звук.
Боже, каким
Поскольку на мне был надет укороченный топ, его пальцы коснулись моей кожи, но он хотел большего, чем просто узкая полоска обнажённого тела, которую я согласилась раскрыть. Он хотел меня всю. Его руки скользнули вверх и коснулись моего бюстгальтера. Я опять издала один из тех звуков, которые словно приглашали его изучать меня дальше и просили его продолжать то, что он делал.
Он оставил дорожку поцелуев вдоль линии моего подбородка и ухватил зубами мочку моего уха, что совершенно свело меня с ума, пробудив во мне желание чего-то большего.
— Уайетт, — проговорила я, задыхаясь, в то время как его поцелуи спустились вниз по моей шее, потом прошлись вдоль ключицы и на какое-то время задержались в области под моим ухом.
— Кайа, — прогремел он, дразня меня.
На секунду во мне вернулся здравый смысл.
— Что мы делаем?
Он поднял голову, его глаза потемнели от желания, на его чувственных губах заиграла улыбка.
— Я что-то начал переживать, что для тебя это не очевидно...
Я не могла не засмеяться.
— Я имею в виду... — я показала пальцем на себя, а потом на него. — Что с нами происходит?
Его взгляд переменился, сделавшись осторожным и сдержанным.
— А разве есть "мы"?
Я хлопнула его по плечу, давая ему понять, что он меня расстроил.
— Уайетт, это ты мне скажи!
Он снова притянул меня к себе, я с трудом сглотнула. Его тело было таким крепким, таким совершенно несгибаемым. Каждая его часть. Он был одновременно искушением и защитой. Он был неотразим и он притягивал, а ещё он так смотрел на меня, как будто бы я была для него всем.
— Кайа, ты мне нравишься, — сказал он. Его голос был таким бархатным точно шоколадная глазурь, также как и его глаза. — И мне кажется, я тебе тоже нравлюсь.
— Это не относится к делу, — проворчала я. — Это не объясняет того, что мы делаем. Целуемся втихаря? Бродим по рынку и изливаем друг другу душу? Что между нами происходит?
Его улыбка снова вернулась, и этого было достаточно, чтобы моё сердце опять заколотилось.
— Я бы не стал называть обычный разговор изливанием душ. И я с удовольствием бы начал целоваться с тобой в общественных местах, если ты устала держать это в секрете.
Я открыла рот, чтобы обозвать его идиотом, но он оборвал меня.
— Я хочу сказать,
Секс, тут же сказал мне мой мозг. Он хочет секса.
Ну, хорошо. Может быть, я тоже.
— Это плохая идея, — прошептала я.
Но желание уже настолько поглотило меня, что мои слова правды не прозвучали убедительно. Он пожал плечами.
— Мне нравятся плохие идеи.
Удерживая его взгляд, я сказала:
— В этом мы похожи.
Он опустил голову и уже собирался снова поцеловать меня, как в нескольких метрах от нас раздался голос:
— Уайетт Шоу, что ты делаешь с этой бедной девушкой так рано утром?
Его губы не успели коснуться моих, вместо этого он прижался своим лбом к моему и закрыл глаза. Я как завороженная смотрела на то, как всё его лицо покраснело.
— Эй, Джо, — крикнул он в ответ.
Ах, чёрт.
В конце концов, он оторвался от меня, и тем самым выставил на обозрение самой страшной женщины на свете.
— Кайа, это ты?
— П-привет, — крякнула я. — Привет, Джо.
Она покачала головой, по-видимому, разочаровавшись в нас обоих. Я почувствовала себя так, как будто мне снова тринадцать, и как будто меня снова поймала миссис Минч целующейся с Дэнни Брэйборном, семнадцатилетним органистом, в помещении, где собирались прихожане местной церкви.
Джо фыркнула.
— Вы пришли сюда только для того, чтобы устроить весь этот спектакль? Или будете покупать продукты?
— Последнее, — сказал Уайетт, а затем нервно откашлялся. — Я планировал устроить спектакль позже.
Теперь была моя очередь покраснеть точно спелая земляника. Джо громко загоготала:
— Тогда давайте сначала закончим с этим, чтобы вы могли вернуться к тому, что начали.
Джо развернулась и направилась к своему прилавку, а я тем временем постаралась собрать остатки своего достоинства. Уайетт повернулся ко мне и улыбнулся.
— Слышала, что она сказала? Давай закончим с этим, чтобы вернуться к тому, что начали.
Он взял меня за руку и потащил за собой.
— Этого не будет, — прошипела я в ответ. — Это был последний раз.
— Ты это всё время говоришь, — сказал он, не глядя на меня. — Ты как тот мальчик, который кричал "волки". Я тебе больше не верю.
Мы остановились у прилавка с самыми сочными овощами и фруктами, которые я когда-либо видела. Там были сверкающие домашние помидоры странной формы и длинные огурцы с пупырышками. Редис идеально круглой формы. Сочная клубника. Банки с апельсиновым мармеладом и консервированной малиной. Мы стояли точно у хорошо охраняемого золотого прииска. Моё настроение тут же улучшилось.