Пробежка ввысь

Хвалев Юрий Александрович

– Ха-ха-ха, - Ник снова засмеялся.

– Хорош ржать, - Сэм толкнул друга. – Как думаешь, он сообщит родителям?

– Думаю, да. Ха-ха. – У Ника вырывалось подобие смеха, словно из пустого тюбика давили остаток зубной пасты.
– Не видать тебе пособия как своих ушей. Ха-ха.

В машине сработала рация и голосом школьного учителя спросили:

– Пятый, вы где? Ответьте.

Прозвучал неприятный писк.

– Пятый, немедленно ответьте. Джек, где тебя черти носят!

Джек опустил стекло и схватил рацию.

– Пятый слушает! Говорите! Пятый слушает.

– Джек, ограбление! Кафе. Ботанический сад.

Срываясь с неоновых реклам, с ресторанов и бутиков,

с жилых домов, где в окнах горел уют, огни ночного города, словно обволакивали несущийся автомобиль. Свет распространял богатство, а значит и спокойствие; казалось, впереди обычная прогулка за город.

Повеяло прохладой; в свете полной луны мелькали тени бегущих навстречу деревьев.

Полицейский Джек выключил фары, заглушил двигатель и накатом подъехал к кафе.

– Сидите тихо, - сказал полицейский Джек и вышел из автомобиля.

Ник увидел, как из-за метасеквойи вышел громила Джек. Он был такой же, как в компьютерной игре, только без автомата. Навстречу ему, будто по команде, двинулся полицейский Джек. Их сходство было потрясающим, словно полицейский приближался к огромному зеркалу.

Шаг вперёд, мгновенно шаг навстречу. К протянутой руке, вмиг тянется рука. Улыбнись, получишь в ответ улыбку.

Зеркало безвозмездный исполнитель.

Ник почувствовал: сейчас что-то случится.

Близнецы пожали друг другу руки и обнялись. Через мгновение полицейский исчез. Громила Джек обнимал воздух.

– Ник, что с тобой? – спросил Сэм.

– Посмотри.
– Ник показал пальцем. – Там…

– Что опять громила Джек? – Сэм усмехнулся. – Ха-ха.

Из кафе выбежал подросток.

– Стой!
– Крикнул Джек.

Прогремел выстрел.

Джек схватился за живот и рухнул на землю.

– Ник, куда ты?! – закричал Сэм. – Звони в полицию!

Сэм подошёл к Джеку; рядом лежал пистолет.

– М-м-м, парень, - стонал Джек. – Помоги.

Ник схватил пистолет и прицелился…

Конец

МОРДОВОРОТИКОВ

Я никогда не встречал партнёра столь общительного, как одиночество

Г. Торо

Юлий Кузьмич Лысиков - одинокий, сорокалетний мужчина - с детства терпеть не мог кошек. Эта нелюбовь была вызвана его болезнью - аллергией - на все, что связано с кошками и, разумеется, с котами. Стоило Юлию Кузьмичу увидеть какого-нибудь облезлого дворового кота, как тут же в носу у него начинало свербеть, глаза становились влажными, лицо сжималось в плаксивую гримасу и на прохожих летело неприятное «апчхи». А если легкий ветерок доносил до Юлия Кузьмича запах кошачьей породы, то ему делалось совсем плохо.

– Будьте здоровы, - говорили случайные прохожие.

– Апчхи, какое там здоровье… - отвечал Юлий Кузьмич, впопыхах доставая таблетку от аллергии.

Пока лекарство притупляло его неизлечимую болезнь, он успевал пробежаться по магазинам да еще сделать некоторые неотложные дела. Все остальное время Юлий Кузьмич сидел дома. Даже работа, за которую он получал небольшую зарплату, делалась дома, при помощи домашнего телефона. Юлий Кузьмич жил в однокомнатной квартире на первом этаже, а в подвале жили кошки и коты, жили и размножались. Каждая клеточка его организма чувствовала, как эти животные занимаются любовью. А Юлий Кузьмич проживал свой век без женской ласки. Все попытки познакомиться ни к чему не приводили. Женщина, с которой он знакомился (чаще через газету) предпочитала встречаться на нейтральной территории. А Юлий Кузьмич сразу пытался пригласить ее к себе домой. Она вежливо отказывалась. Он вежливо настаивал. Пытался уговорить, что у него дома им будет

лучше. Она обижалась и уходила. А он в порыве ярости был готов повесить на суку первого попавшегося кота, и тут же повеситься самому. Зачем такая жизнь, если женщина тебе не доверяет. Как только ухажер-неудачник оставался один, в его нос снова лезла кошачья шерсть. Куда только Юлий Кузьмич не обращался. И в «общество по отлову бродячих животных», после седьмого телефонного звонка приехали два здоровых мужика проверили подвал, сказали, что там все чисто и быстро уехали. И к депутату, который обещал разобраться, но так и не разобрался. И в «комитет по правам человека», в котором посоветовали переехать туда, где нет кошек. Единственное место, где не было кошек – это северный полюс, но туда ехать Юлий Кузьмич почему-то не хотел.

День у Юлия Кузьмича не заладился с самого утра. Под утро, когда к человеку приходит самый сладкий сон, Юлию Кузьмичу приснился огромный кот с большой головой и тупорылой мордой.

– Тьфу, зараза, - вставая с постели, выругался Юлий Кузьмич.
– Ни днем, ни ночью нет от вас покоя.

Машинально схватив с тумбочки сигареты, Юлий Кузьмич прошел на кухню и закурил. Через неплотно задернутые шторы пробивалась полоска яркого рассвета. Юлий Кузьмич затянулся и выпустил струйку дыма. Дым перемешался со светом, и создалось впечатление, что луч лазера разрезает кухню, словно в фантастическом фильме. Боясь обжечься, Юлий Кузьмич попятился в сторону. Потом улыбнулся и, еще раз затянувшись, выпустил дым.

– Кыс, кыс, кыс… - позвали за окном.

– Что?! – вырвалось у Юлия Кузьмича.

– Кыс, кыс, кыс… - позвали снова.

– Тьфу, зараза! – раздвигая шторы, завопил Юлий Кузьмич. – Ольга Петровна, я же просил вас не кормить кошек у моего окна!!

Ольга Петровна – соседка по лестничной площадке, немного вредная, немного злая пенсионерка, не обращая внимания на вопли Юлия Кузьмича, продолжала кормить кошек. Она уверенная в том, что делает доброе дело и в другой жизни ей все это зачтется, каждое утро приходила к окну Юлия Кузьмича и старалась не обращать внимания на проклятия, которые посылал на нее сосед. «Ничего потерпит, - размышляла она. – Тоже мне барин нашелся».

Юлий Кузьмич махнул рукой и, завлекая за собой остатки табачного дыма, побрел в комнату. Чтобы как-то немного успокоиться он включил телевизор. На экране появился бодрый диктор с последними новостями. Юлий Кузьмич тупо уставился на экран, думая о чем-то своем. Он на мгновение отвлекся, а когда снова посмотрел на экран вместо диктора на него смотрела морда огромного кота.

– Тьфу, зараза, опять мерещится. Ну и морда… мордоворот… мордоворотиков какой-то. Где я его мог видеть?

На экране опять появился диктор. Юлий Кузьмич прибавил звук.

«Вчера, - вещал диктор, - у Южно - Корейского миллиардера, который находится в нашей стране по приглашению Премьер - министра пропал кот. Нашедшего кота ждет солидное вознаграждение. Запишите номер телефона».

Юлий Кузьмич метнулся к компьютерному столу, схватил ручку и записал телефон.

– Где я мог видеть этого кота… эту морду… этого Мордоворотикова. Сон. Я видел его во сне. Вот.

Посреди комнаты стоял зрелый мужчина в нижнем белье и разговаривал сам с собой.

Прошло около получаса. За это время Юлий Кузьмич умылся, побрился, натянул чистую футболку, шорты и, плотно позавтракав, сел за компьютерный стол готовый с головой погрузиться в рутину телефонных звонков. Но, отвечая на первый звонок, он понял, что не сможет сегодня плодотворно работать. Все его мысли были забиты этим котом. «Сидишь здесь целыми днями как статуя, - барабаня пальцами по столу, думал Юлий Кузьмич, - а где-то бродит этот толстый кошелек, этот Мордоворотиков. А может, уже и не бродит. Может, уже кто-то его нашел». Он решительно оттолкнул в сторону телефон и, заглотнув очередную пилюлю, засобирался на улицу.