Призрак
Шрифт:
Мой желудок сжимается, а в груди разливается тепло. Смесь стыда и благодарности. Я никогда никому не рассказывала о том, как Рэнд прикасался ко мне. Тогда я была слишком смущена и сбита с толку, и с тех пор стараюсь просто забыть об этом. Впервые я чувствую, что двенадцатилетняя девочка внутри меня наконец-то добилась справедливости, хотя мне было слишком стыдно заступаться за себя самой. Сол берет на себя это бремя и делает это за меня.
— И это заставило меня задуматься. Если ты был чертовым извращенцем в шестнадцать лет, то тогда я об этом не имел понятия.
Я понятия не имею, о чем он говорит, но Рэнд бледнеет при последнем предложении. Сол делает шаг вперед и кладет острие меча поверх одной из веревок, привязывающих Рэнда к его креслу.
— Скарлетт, запрись в клетке. Ключ открывается изнутри, и мой телефон тоже там. Позвони Джейми, если что-то пойдет не так.
— Но, Сол...
— Пожалуйста, — хрипло шепчет он, прежде чем умоляюще взглянуть своим полуночным глазом.
Медленно кивнув, я делаю, как он говорит, и спешу к железной клетке. Дверь скрипит, когда я закрываю ее, но старинный ключ легко поворачивается в замке. Я держу его телефон на всякий случай, готовая позвонить своему другу и чертовски надеясь, что мне не придется этого делать.
Сол перерезает веревки на другом подлокотнике кресла, прежде чем бросить меч к ногам Рэнда. Рэнд высвобождается и, подхватив с земли меч, делает выпад в сторону Сола. Раздается звон стали, когда Сол легко отбивает клинок, в то время как другая его рука заведена за спину. Рэнд выглядит гораздо менее лощеным, чем Сол, когда пытается найти лазейку, но Сол защищается уверенно и терпеливо.
— На прошлой неделе я имел удовольствие познакомиться с одним из твоих верных людей, — говорит Сол, его спина напрягается.
Мое сердце бешено колотится в груди, когда он, наконец, атакует, замахиваясь на ногу Рэнда и заставляя его потерять равновесие. Телефон Сола скрипит в моей руке, поэтому я кладу его обратно на дисплей, чтобы не разбить.
— Он упомянул, что я должен посмотреть видео еще раз, имея в виду все домашние фильмы, которые твой брат снял, пока я был под его добросовестной опекой. — Сол подпрыгивает на носках, снова защищаясь, в то время как Рэнд совершает неконтролируемые замахи. — Представь мое удивление, когда я получил в свои руки зашифрованные видеозаписи того времени. Я смог посмотреть их на этой неделе и приехал, чтобы узнать… в то время как мой второй глаз был завязан, ты на самом деле был тем, кто поджег меня. Ты заставил меня гореть, пока твой брат смеялся.
Сол снова делает выпад, заставляя Рэнда отшатнуться назад и приблизиться к краю канала. Прозрачно-голубые глаза Рэнда расширяются от ужаса.
— Он… он создал меня!
Так быстро, что я едва не пропускаю это, меч Сола каким-то образом оказывается под подбородком Рэнда.
— Не. Лги. Для. Меня. Я видел ликование на твоем лице. Ты переоценил себя, только когда по-идиотски поджег мои веревки, и я смог освободиться. Каково это - знать, что из-за твоей глупости погиб твой брат?
— О чем ты говоришь? — спрашивает Рэнд, тщетно пытаясь придать своему голосу твердость.
Сол выкручивает руку, и Рэнд шипит, когда капля крови скатывается по центру его шеи.
— Я говорю о том, как смог задушить твоего брата своей собственной веревкой, потому что ты сжег ее. Забавно, что даже после того, как ты по глупости поджег мой переплет, если бы ты не был гребаным трусом и не сбежал, ты мог бы спасти Лорана. Мне едва удалось прикончить его, когда мы были только вдвоем. Что, если бы ты остался и спас своего брата? — слова Сола сочатся ядом. — Может быть, Шателайны все-таки разрушили бы Новый Орлеан.
Крик Рэнда - его единственное предупреждение, когда он бросается к Солу. Я прижимаю руки к щекам и едва сдерживаюсь, чтобы полностью не закрыть глаза. Слезы ярости текут по щелям между моими пальцами, но я не издаю ни звука, боясь, что Рэнд каким-то образом возьмет верх над Солом. С каждым словом Сола мой гнев на Рэнда все сильнее закипает у меня под кожей. Я даже оглядываюсь вокруг, чтобы посмотреть, нет ли оружия, которое я могла бы взять, чтобы закончить работу, но знаю, что Сол никогда бы мне этого не простил.
Рэнд забрал моего отца, но он пытал Сола и замышлял уничтожить всю семью Бордо и империю. И теперь он угрожает сделать все это снова. Это вендетта Сола, и я смирилась с тем, что случится с человеком, который предал меня.
Раздавшееся проклятие отвлекает мое внимание от стойки с оружием и возвращает к бою, когда Сол спотыкается об одну из брошенных веревок. Рэнд прыгает на него и яростно наносит удар. Сол приземляется кувырком и дергает за одну из веревок у ног Рэнда. Это движение выбивает ноги Рэнда из-под него. Он падает гораздо менее грациозно, в то время как Сол завершает свое падение обратным броском, который ловко возвращает его на ноги с мечом в руке. Прежде чем Рэнд успевает подняться с колен, Сол оказывается на нем, приставив лезвие к его горлу чуть выше кадыка.
— Подожди! — Рэнд вскрикивает как раз в тот момент, когда еще одна струйка крови стекает из нового тонкого, как бумага, пореза на его шее. — П-подожди! Я признаюсь. Вместо этого я сделаю признание.
— Для этого уже слишком поздно...
— Нет, пожалуйста! Я сделаю это! Т-твоя тень! Он на дне Миссисипи!
Лицо Сола превращается в неприкрытую ярость.
— Ты, мать твою...
Рэнд взвизгивает и уворачивается. Его пронзительный крик обрывается, когда он пытается торговаться с моим демоном.
— Стой! Я... Я также могу сказать тебе, с кем я работаю!
Я могу видеть всю широту эмоций Сола, благодаря тому, что его лицо открыто: замешательство, сочувствие, все еще смешанное с заслуженной ненавистью, которая сочится и из моей собственной кожи.
Сол переводит взгляд на меня.
— Что скажешь, Скарлетт? Я сказал ранее, что это твой выбор, я серьезно. Смерть или признание...
Рэнд яростно размахивает мечом.
— Сол, берегись! — крикнул я.
У меня кровь стынет в жилах, но Сол слишком быстр. Он уклоняется от безрассудной атаки, которая оставляет тонкий порез на его руке, но его собственный клинок пронзает нападавшего насквозь.