Призрак
Шрифт:
Пробила полночь, и через кладбищенскую ограду перемахнула зловещая фигура, закутанная с ног до головы в… пожалуй, достаточно для создания настроения. В общем, в половине первого Джейми с трудом перебралась через ограду, путаясь в длинной шубе.
Джейми подошла ко мне. Черный комбинезон, выглядывающий из-под расстегнутой шубы, служил отличным маскировочным костюмом, только вот огненно-рыжие волосы бросались в глаза даже в темноте.
— Чудесная шубка, каракуль, наверное? — заметила я, скептически
— А кто тебя видит, кроме призраков?
— В том-то и дело. Любой дух, увидев меня в таком прикиде, сразу поймет, что я из своих. Нужен камуфляж.
Я закрыла глаза и переоделась во все черное: свитер с высоким воротником, облегающие джинсы, косуха и сапоги до колен. Даже на кладбище надо хорошо выглядеть.
Мы подошли к могиле Робина Маккензи. Минут пятнадцать Джейми раскладывала свое хозяйство, а Маккензи пришлось выманивать целый час. Судьбы и прочие власть имущие держат под особым контролем опасные места загробного мира.
Появился призрак. В показанных мне сценах из прошлого я видела Маккензи только со спины, но основные приметы совпадали: средний рост, русые волосы, щуплый. По-моему он стал еще костлявее, но десять лет в тюрьме — не санаторий.
— Робин Маккензи? — спросила Джейми.
Он замер, как зверек под светом фар, но, оглядев Джейми с головы до ног, довольно улыбнулся, а, заметив меня, заулыбался еще шире.
— Привет, красавицы!
— Робин Маккензи? — повторила Джейми.
— Он самый. — Призрак потянулся, — Простите, что сразу не понял, меня некроманты никогда не вызывали. Вы ведь некроманты, верно?
Джейми кивнула.
— Класс! — Он с ухмылкой оглядел нас. — Что ж, чего желаете, красотки? Развлечений с инкубом?
Я спрыгнула с надгробия и подошла поближе.
— Думаешь, тебя вызвали для этого?
— Очень даже надеюсь. Призрачная групповуха…
Тут он получил удар под колени, и, не давая ему опомниться, я ухватила его за ворот и уложила мордой в грязь — выдала себя с головой, разумеется, но беспокоиться об этом было поздно.
— Ма-а-аленький намек, — прошипела я. — Это не заигрывание.
Он что- то прохрипел, пытаясь подняться, и пришлось еще чуть-чуть его повозить по грязи. Призрак вырывался и кашлял.
— Хватит придуриваться. Ты мертв — не задохнешься и не подавишься. Взамен могу предложить другой набор исключительно неприятных ощущений. Попробуй только заикнуться о групповухе — узнаешь, на что я способна, прежде чем мы вернем твою подлую душонку убийцы в ад. Понял?
— Убийцы? — вытаращился призрак. — Слушайте, я не знаю, кого вы ищете…
— Так ты не Робин Маккензи?
— Нет, конечно! Вы так старались, а он все не отзывался, вот я и решил пойти вместо него.
Я подтащила его к некромантскому алтарю, наклонила над чашей с дымящейся вербеной, и он растаял. Джейми сидела на краю могильной плиты, закрыв лицо руками.
— Прости, пожалуйста.
Моя напарница подняла голову, и оказалось, что она хохочет.
— Ты бесподобна. Буду приглашать тебя на спиритические сеансы.
— Может, одеться посерьезнее? — Я закрыла глаза и сменила одежду на черную футболку и черные же джинсы. — Ну вот, лучше?
— Не имеет значения. Знаешь, я все испробовала. Даже если побриться налысо и завернуться в мешковину, все равно является толпа посторонних призраков. Есть подозрение, что у них весьма популярен порнографический сюжет о связях духов с некромантами.
— «Шлюхи на спиритическом сеансе-3: проказы некромантов».
— Вроде того, — рассмеялась Джейми. — Попробуем сначала. И на сей раз проведем идентификацию.
17
Через полчаса напряженных уговоров, дрожащий и потный Робин Маккензи явился из ада. Еще минут пятнадцать он приходил в себя. Да, похоже, в аду бедняге пришлось несладко.
На всякий случай мы спросили его, как звали жену. Злобный ответ подтвердил, что перед нами настоящий Робин Маккензи.
— Она мертва? — приподнявшись на локтях, спросил убийца хриплым от долгого молчания голосом. — Скажите мне, что она умерла.
— Умерла, умерла, — заверила я.
Облизнув пересохшие губы, он впился в меня лихорадочно горящими глазами.
— Долго мучилась?
— Об этом позже. Я смотрю, ты не пылаешь любовью к своей супруге.
— Если б ты знала, что она со мной сделала!
— Вот и расскажи.
— Это она все придумала, она планировала каждый шаг, а когда мы попались, свалила все на меня. Якобы я один во всем виноват, а она — жертва супружеского насилия, которую я принудил исполнять все свои прихоти и во всем мне повиноваться. И они поверили. Поверили!
— Разумеется. Никому не хочется верить, что женщина способна на такое.
Он выпрямился.
— Точно! На кассетах было видно, как она смеется и подзуживает меня.
— Да, провели тебя. Впрочем, у тебя есть шанс. Твоя жена умерла, но она не в аду.
— Как?
— Такая вот несправедливость. Но в твоих силах все исправить.
— Доказать, что убийства — дело ее рук? Я могу…
— Нет, это мы установили. Нам нужны подробности, чтобы небесный суд лучше представил себе состояние подсудимой в момент совершения преступлений.
— Состояние подсудимой? Она была не в себе, совсем спятила, все твердила о своей шотландской стерве…