Призрак

Заварелли А.

— Ты помнишь меня? — спрашивает она.

Мое сердце бьется слишком быстро. Слишком громко. Мои ладони липкие. И воспоминания крутятся в моем мозгу. Мои последние дни в клубе. Как я была счастлива, когда Дмитрий пришел ко мне. Как я была взволнована нашим пребыванием в Мексике.

Я не хочу вспоминать. А она возрождает воспоминания. Эта девушка, которая когда-то знала меня.

— Конечно, я тебя помню, — огрызаюсь я. — Я еще пока в своем уме.

— Все думают, что ты мертва, — говорит она. — Тебе ведь это известно, верно?

Я

хочу сказать ей, что я мертва. Что для всех, кто знал меня в моей прежней жизни, я больше не существую. Но я этого не делаю. Я не могу вымолвить ни слова. Я не могу перестать думать о Мак. Потому что я знаю, что она тоже думает о ней. Я вижу это по ее глазам. Это разрывает меня на части. Я хочу спросить ее о стольких вещах. Я хочу спросить, действительно ли Мак счастлива. Ненавидит ли она меня. Но я этого не делаю.

Я пожимаю плечами. Вот и все. Это все, что я делаю.

— Ты понимаешь, что произошло с Мак? — спрашивает она меня. — Она была не в себе из-за всей этой ситуации в течение нескольких месяцев. Ты хоть представляешь, через что она прошла, пытаясь вернуть тебя?

Чувство вины давит на меня тяжелым грузом. Но еще слишком рано. Я не могу сейчас с этим справиться. Я не готова снова столкнуться с этой частью своей жизни.

— Я не хочу туда возвращаться.

— Хорошо,… — вздыхает она. — Но разве ты не можешь ей просто позвонить? Дать ей знать, что с тобой все в порядке?

— Она не поймет, — пытаюсь объяснить я. — Мак никогда не понимала. Она захочет вернуть девушку, которую потеряла. Но я больше не та девушка. Я никогда больше не буду ею.

— Значит, ты просто позволишь ей думать, что ты мертва? — спрашивает она. — Она была твоей лучшей подругой.

Верно, была. И я забочусь о ней. Знаю, что мои действия говорят об обратном. Что Саша не сможет этого понять. Но как я могу это объяснить, если я сама этого не понимаю?

— Я собираюсь сказать ей, — говорит она. — Она и моя подруга тоже. И я не могу позволить ей продолжать думать, что ты мертва, когда это не так. Это неправильно.

— Делай, что должна, — отвечаю я.

Саша отступает к двери, и я слегка вздыхаю, видя, как она отступает. Видя, как мое прошлое отходит и сохраняет мой безопасный маленький пузырь, где настоящее не может столкнуться с ним.

— Тебе здесь хорошо? — спрашивает она. — Ты в безопасности?

— Да. Алексей очень добр ко мне. Я не хочу оставлять его.

— Хорошо, — отвечает она. — Но тебе дать мой номер? На всякий случай?

Качаю головой.

И она выходит за дверь.

Глава 40

Алексей

Ронан залатан и официально идет на поправку.

С ним все будет в порядке, говорит нам доктор. Она на окладе у Воров, и ее услуги доступны только нам. Что означает работу поздно ночью и иногда в самых неожиданных местах. Но она одна из лучших.

Эти услуги

обычно не распространяются и на наш ирландский альянс. Особенно не на того человека, который в недалеком прошлом взял на себя смелость стрелять в нас с Франко.

Он все еще слегка бредит, когда действие лекарств проходит, но он понимает достаточно, чтобы сказать связно то, что хочет мне сказать.

— Спасибо, — говорит он мне. — Я знаю, что не заслуживаю от тебя такой доброты.

— Можешь поблагодарить свою девушку, — отвечаю я.

Я никогда не мог смотреть, как плачет женщина. Его женщина очень любит его. И это возвращает ему немного уважения, которое он растерял, по крайней мере, с моей стороны. Но ничто в этой жизни не дается бесплатно, и мы с Ронаном знаем об этом.

— Мне нужно, чтобы ты кое-что сделал для меня, как только выздоровеешь.

— Что тебе нужно?

Я поворачиваюсь к Франко и говорю с ним по-русски, прося его принести информацию, которую я хранил об Армане. Он здесь, в штатах, остановился в шикарном отеле, ожидая возвращения Талии. Ему придется подождать еще немного.

Через мгновение Франко возвращается с папкой и протягивает ее Рори. Но именно Ронан сделает это. Это его специальность.

— Это места расположения двух складов, где он держит наши грузы. Мне нужно, чтобы ты ударил по ним и провернул все так, чтобы со стороны казалось, что работали итальяшки.

Он удивленно приподнимает бровь, а я пожимаю плечами.

— Или кто угодно. Кого бы ты ни выбрал, главное, чтобы следы не привели к нам. Сомнений быть не должно.

— Я разберусь с этим, — заверяет меня Ронан. — Максимум два дня.

Это вполне объяснимо, учитывая его нынешнее состояние, но я не спорю с ним. Мне просто нужно, чтобы это было сделано, и это не может иметь никакого отношения к тому, что это каким-либо образом связано с Ворами. Арман снова будет выглядеть дураком, и это даст мне больше времени. Больше времени, чтобы изучить его операции и найти лучший способ заставить его исчезнуть без лишних вопросов.

— Ты не будешь сильно возражать, если мы ненадолго остановимся здесь? — спрашивает меня Рори. — У нас в Бостоне случилась заворушка.

Я не особенно хочу, чтобы они бродили по моему дому. Вот почему я живу так далеко от всех остальных. Потому что они не навещают меня так часто и оставляют в одиночестве. Но теперь, когда у нас с ними союз, мой долг — быть радушным хозяином.

Прежде чем я успеваю дать им ответ, Ронан берет на себя смелость добавить еще одну причину. Он знает, что я не смогу отказаться.

— Саша беременна. Нам нужно безопасное место, где она могла бы остановиться.

— Ты можешь занять третий этаж, — говорю я ему. — Но тебе придется пользоваться черным ходом, когда ты будешь приходить и уходить. И держись подальше от этого уровня. У меня есть своя беременная жена, о которой нужно беспокоиться, а мы любим уединение.