Призрак
Шрифт:
Как только он оказывается во мне на всю длину, он хватает мое лицо и заставляет меня снова посмотреть на него.
— Моя.
А потом он трахает меня. Используя меня. И полностью наслаждался этим. Его руки направляют мои бедра, а губы обжигают мою кожу. Везде. Он покрывает всю мою кожу поцелуями. Сосет меня. Пробует меня на вкус. Вдыхает в меня свой огонь.
Его манера трахаться куда более интенсивная, чем любая другая, которую я когда-либо испытывала. Он смотрит мне в лицо, не отрывая взгляда. Отмечая каждое легкое подрагивание. Это
И я чувствую, что в этот самый момент мне нужно все испортить.
— Тебе нравится трахать свою грязную жену-шлюху? — интересуюсь я у него.
Он улыбается мне, и его член набухает внутри меня.
— Я люблю трахать свою жену, — отвечает он.
Он толкается во мне все сильнее и сильнее.
— А теперь твоя очередь признаваться, насколько стильно тебе нравится трахаться со мной.
— Мне нравится, — признаюсь я.
— Тебе нравится называть себя шлюхой? — спрашивает он. — Тебе нравится, когда тебя унижают, мое маленькое Солнышко?
— Да, — честно отвечаю я.
От него. Я хочу именно этого. Мне это нужно. Чтобы позволить себе получать от этого наслаждение. Чтобы мой разум был свободен.
— Тогда скажи мне, что ты моя шлюха, — требует он. — И единственное, на что ты годишься, — это угождать мне.
— Я твоя шлюха. — Я прислоняюсь к столу так, чтобы мое тело было выставлено напоказ. — И единственное, на что я гожусь, — это угождать тебе.
Его губы находят мое ухо, и звуки его неровного одобрения вибрируют на моей коже.
— А теперь скажи мне «спасибо», — требует он. — За то, что я собираюсь тебе подарить.
— Что? — спрашиваю я.
Он толкается так глубоко, как только способен, и кончает с мучительным стоном, изливаясь в меня. Только когда он изливается в меня полностью, а я повисаю на нем, его губы находят мое ухо, и он отвечает.
— Ребенка.
Глава 23
Алексей
Уже поздно, когда я добираюсь до города.
Обычно меня возит Франко. Но теперь, когда Талия в доме, я чувствую, что его услуги лучше всего пригодятся там. Несмотря на его протесты, я заставил себя выбраться в «Слейнт».
Мне нужно было, чтобы эта встреча состоялась на родной земле ирландцев. Ложь готова сорваться с моего языка, когда я приветствую Лаклэна в его офисе. Это стало привычным с тех пор, как я привел Талию в свою жизнь.
У него не будет другого выбора, кроме как понять. Его союз с Воронами не будет нарушен из-за одной девушки. Я знаю это. И я пользуюсь этим в полной мере.
— Алексей, — он пожимает мне руку в знак уважения, а затем наливает мне стакан коньяка.
Когда он садится напротив меня, мы оба произносим привычные
— У тебя есть новости о подруге Мак?
— Верно, — я допиваю стакан и встречаюсь с ним взглядом. — Есть… осложнение.
Лаклэн хмурится.
— Какого рода осложнения?
— Ее купил Арман Кассабян.
— Понимаю.
Я позволил этим сведениям немного устаканиться в его мозгу. Арман — болгарский торговец оружием, который держит значительную долю мирового рынка в этом бизнесе. Он также является поставщиком ирландцев и Воров. Это прибыльные деловые отношения для всех нас. Лаклэн не развяжет войну из-за одной девушки и даже не станет терять запас оружия из-за одной девушки. Это просто факт мафиозного бизнеса. Постоянные поставки оружия — это источник жизненной силы ирландского Синдиката.
В конце концов, именно так я узнаю, какой выбор он сделает. Он предан своему Братству. Ратует за благополучие организации. А лидер всегда должен ставить интересы организации превыше всего.
Лаклэн знает меня довольно хорошо. Настолько хорошо, настолько я могу кому-то это позволить. Он знает о моем недостатке, хотя я не уверен, как он это разузнал. И все же он никогда не проявлял ко мне неуважения или не демонстрировал ко мне недоверия. Он доверяет моим суждениям и не сомневается в моих способностях.
По этой причине я считаю его не только союзником, но и другом. Наш договор имеет хороший деловой смысл, но он единственный из ирландцев, с кем мне нравится иметь дело.
— Ты говорил с ним? — спрашивает Лаклэн. — Он готов расстаться с ней за определенную плату?
Я качаю головой и сохраняю нейтральное выражение лица.
— Он привязан к ней. Он не желает расставаться с ней навсегда.
— Что это значит? — спрашивает он.
— Теперь девушка на моем попечении.
Его глаза расширяются, а затем сужаются.
— Как долго?
— Он расстался с ней в качестве залога за пропавший груз, — говорю я ему.
Он проводит руками по лицу и откидывается на спинку стула. Я вижу, какие мысли проносятся у него в голове. Они идентичны тем, которые зародились в моей голове изначально. Раздобыть девушке новую личность, отправить ее куда-нибудь в другое место. Сказать Арману, что я потерял голову, а она стала просто жертвой деловых разборок.
— Она нигде не будет в безопасности от него, — говорю я Лаклэну. — И даже если бы была…
Слова улетучиваются, и часть меня чувствует вину за то, что приходится так говорить о Талии.
— Даже если бы и была, что?.. — спрашивает Лаклэн.
— Девушка не в лучшем психическом состоянии.
— Я и не предполагал, что с ней будет иначе, — отвечает он.
— Она не может оставаться одна.
— Мы не можем отправить ее обратно к Арману.
— Я и не собираюсь этого делать.
— Тогда что? — спрашивает он.
— Я решил ситуацию наилучшим из возможных способов в интересах всех заинтересованных сторон.