Призрак бомбея
Шрифт:
«…А при первых признаках простуды срыгнуть», — продолжила Милочка и выхватила у него книжку. Потом они повалились на землю, обнялись и дурашливо рассмеялись.
Тогда-то их и застукала Вимла. Впредь она запретила им играть вместе.
Повзрослев, Нимиш начал выискивать в тех же книгах многозначительные строки или фразы, которые можно прочесть Милочке, когда она придет в гости. Так он втайне объяснялся ей в любви.
Мизинчик не сумела скрыть возмущения:
— Как ты можешь так говорить, диди?
Милочка сдавленно усмехнулась и стиснула ее руку.
— Уже ничего не исправишь.
— Но… — Мизинчик запнулась: нельзя же рассказывать Милочке о том, что происходит в ванной, — вдруг она тоже не поверит? — А как люди умирают? И что случается потом?
— Когда умирал папа, он был сначала живой, а потом вдруг — бах! — и умер, — ответила Милочка. — Моя подружка Бодхи, буддистка, пришла меня утешить. Села со мной и принялась рассказывать, что на самом-то деле человек умирает восемь раз: тело переходит из земли в воду, из воды в огонь, из огня в ветер, из ветра в космос, а четыре последних раза — это вспышки света.
— Вспышки света?
Милочка кивнула.
— В пятый раз наши мысли вспыхивают серебристым светом, нисходящим из разума в сердце. Потом от копчика к сердцу поднимается раскаленная капля росы. А в седьмой, предпоследний раз обе сливаются в черной вспышке. Потом загорается белый свет, который возвещает истинную зарю смерти.
У Мизинчика к горлу подступила тошнота. Девочка резко встала. Воздух так наэлектризовался, что стало трудно дышать.
— Все хорошо?
— Мне пора, — решительно сказала Мизинчик.
Она уже видела этот яркий свет и цветные вспышки. Точь-в-точь как их описала Милочка.
Только в обратном порядке.
Мизинчик бежала наобум.
Она не помнила точно, где выход, но все равно мчалась, выставив руки вперед и приминая босыми ногами траву. Девочка влетела точно в пролом и, выхваченная вспышкой молнии, врезалась в Нимиша, за долю секунды заметив его перепуганное лицо. Он опрокинулся навзничь, а она распласталась на нем сверху. Раскатистый грохот заглушил их вскрики. Руки запутались в лозах, острые края листьев рассекали кожу, а шипы протыкали ее до самого мяса. Нимиш отпихнул Мизинчика, пытаясь сбросить ее с себя, но проход был слишком тесным и узким — особо не развернешься. Сквозь тонкую влажную пижаму девочка ощутила его потную плоть, тяжелые ноги Нимиша переплелись с ее ногами. Сладостный аромат пурпурных флоксов дурманил.
— Мизинчик! — настойчиво зашептал Нимиш. — Перестань брыкаться!
Он отполз от нее и стал ощупью искать отлетевшие очки.
Мизинчик выпрямилась, сердце бешено колотилось.
— Там призрак! — выпалила она.
— Чего?! — Нимиш крепко схватил ее за руки, быстро и тяжело дыша. — Что ты несешь? Совсем сбрендила?
Мизинчик расплакалась.
— Мизинчик, ну прости, — смягчившись, сказал Нимиш и попятился.
Они сидели, молча слушая сверчков и громыханье небес.
— Нимиш – бхаия, — наконец прошептала Мизинчик. — Как заговорить с кем-нибудь, если боишься?
Он вздохнул: его сердце осталось там, в темноте под тамариндом, где сидела одинокая Милочка.
— Расскажи ему какую-нибудь историю.
Призрак
Едва забрезжил рассвет, Мизинчик пришла на кухню к повару Канджу. Старую кухоньку и судомойню заменили новой, и просторную светлую комнату оснастили современной техникой — газовой плитой и холодильником
На тхалииз нержавейки — кучка зеленой бамии, ее кончики повар обрезал еще на Кроу-фордском рынке. Наструганные огурцы дожидаются на тарелке, пока их не посыплют каменной солью; верхним ломтиком натирают остальные, чтобы с пеной вышла горечь. Лук, имбирь и чеснок высятся соблазнительными горками, только что нашинкованные и натертые. На плите закипает кастрюля растительного масла, черные горчичные зерна бьются о стенки с отрывистым стуком. Измельченная куркума и чили устилают столешницу желтым, оранжевым и красным бархатистыми ковриками. Сам Кандж сидит на корточках с тхалирозовой чечевицы и проворно просеивает ее сквозь пальцы, вынимая камешки, палочки и прочий мусор, пристально их рассматривает, а затем складывает в кучку на полу.
Мизинчик внимательно наблюдала, с ужасом думая о том, что когда-нибудь ей тоже придется познать азы кулинарии.
«Самое главное в замужестве — уметь вкусно готовить», — всегда подчеркивала Маджи, хотя сама не заглядывала на кухню уже лет двадцать. В подтверждение своих слов она притащила туда Мизинчика и решила показать, что такое «глубокое прожаривание», но все закончилось катастрофой.
«Ничего страшного, — сказала Маджи, снимая заляпанное маслом сари. — Сходи пока понаблюдай за Канджем, а я научу тебя готовить самосыпотом».
Учиться у Канджа было сложновато, но не потому, что он не следовал правилам и рецептам, просто ему лень было учить. Легкими взмахами рук, изредка покряхтывая, он превращал груду овощей и специй в сущее объедение, но ровным счетом ничего не рассказывал Мизинчику. Он считал ее всего-навсего зрительницей и представлял, будто споро орудует ножом в огромной кухне, мастерски подсыпая пряности на глазах у благоговейно застывших поварят.
В молодости он мечтал хотя бы денек поработать в шикарном ресторане — в «Бомбелли» на пути между Чёрчгейт-стэйшн и Марин-драйв или в «Наполи» с его ультрасовременным музыкальным автоматом. Но у Маджи ему жилось так вольготно, что он всегда гнал от себя эти неясные мечты о будущем. Ну а после появления Парвати в 1943 году Кандж и думать о них забыл, блаженно запекаясь в тандуресупружеской жизни. Митталы досыта набивали желудки, оглашая столовую благодарными отрыжками, однако повару все же казалось, что его таланты не оцениваются по достоинству. Поэтому Кандж ожесточался и наполнялся горечью, как твердые бугристые тыквы, которые он фаршировал чили, а потом усердно тушил на сковороде.
— Повар Кандж?
Он с кряхтеньем пересыпал розовую чечевицу в миску, а затем энергично тряс ее под холодной водой.
— А когда смешивают молоко, миндаль, сахар и пажитник? — спросила Мизинчик, перечислив компоненты, запах которых Дхир учуял в ванной.
Кандж не любил, когда его расспрашивали о стряпне. В знак недовольства он швырнул лук в горячее пузырящееся масло, и тот негодующе зашипел. Затем повар включил газ на полную, добавил чеснок с имбирем и тщательно все перемешал.