Приз
Шрифт:
– И как?
– Пока пришел к выводу что это не страх перед неведомым… Они знают кто мы, уже контактировали… Причем совсем недавно со стрельбой. Они также знают, должны помнить наших предшественников, по крайней мере по рассказам своих стариков. Но вот беда, какие у них с орфейцами сложились отношения? Какие истории о людях до них дошли? Может наши предшественники использовали аборигенов как рабсилу? Убивали почем зря? Если так то у нас большие проблемы.
– Хм-м… всякое могло быть… – задумчиво произнес Ремезов. – Колонисты не ангелы – люди,
– Вот и я про что. Если это действительно так, и аборигены помнят об этом по сохранившимся преданиям, легендам, то нам не рады по определению и никакими подарками тут ситуацию не изменить. Мы для них враги и точка.
– Проклятье… Будем надеяться что это не так. Иначе наше положение просто аховое. И так-то мир не подарок, едва выживаем, а тут еще аборигены с претензиями, так и норовят скальп снять. Расклад хуже не придумать.
– Если нет, и все наши домыслы лишь домыслы, и все с орфейцами и их потомками нормально, то они могли решить что мы пришли мстить за убитых ими людей.
– Тоже может быть… Куда ни кинь, всюду клин, – вздохнул Ремезов.
Вертолеты тем временем приблизились к скальному выступу с дворцовым комплексом на вершине и пилоты стали присматриваться к возможному месту посадки.
Один из вертолетов, заложив вираж, пошел на снижение.
Вдруг сверкнула оранжевая вспышка тут же сменившаяся облачком сизого дыма, и уже через секунду весь комплекс зданий засверкал такими вспышками и окутался дымком.
– Что за черт?!
Лобовое стекло вертолета покрылось сетью трещин. Элен взвизгнула, а Ремезов закричал по радио:
– Вверх! Уходим вверх! Улетаем!!!
Еще несколько пуль ударили в борт вертолета пробив его ведь на нем не было никакой брони, но к счастью пули никого не задели.
Элен быстро взяв в себя в руки, все же не впервой под обстрелом, опыт есть (спасибо «крысам», а то все могло бы закончиться очень печально), заложив вираж, стала быстро набирать высоту, чтобы поскорее выйти из зоны обстрела и скрыться в слое испарений.
Эрик бросил взгляд в боковое окно, так же пострадавшего от попаданий. Одному вертолету, тому что первым заходил на посадку не повезло. Видимо по нему пришлась основная масса выстрелов, что естественно не могло сказаться самым печальным образом. Машину закрутило, накренило на бок, возможно пилот был убит, и вертолет по инерции врезался в скальный выступ и рухнул к подножию среди кустов и деревьев уже одной кучей разбитого пластика и металла.
– Проклятье! – с болью в голосе вскрикнул Ремезов, так же наблюдавший крушение.
Еще немного и они скрылись в спасительных испарениях.
13
– Почему они нас обстреляли?! За что?! – вскричала Элен, едва не бросив управление вертолетом, когда они вынырнули из слоя испарений и летели над долиной.
Из-за
– Очередное непонимание друг друга, – сказал Махов, обняв девушку за плечи. – Вероятнее всего они подумали, что мы пришли мстить за погибших в стычках людей…
Второй вертолет также оказался наверху, но у него, судя по неровному полету, похоже имелись какие-то проблемы.
Ремезов связался со вторым вертолетом:
– Что у вас? Насколько серьезны повреждения? Сможете дотянуть обратно без серьезного ремонта?
– Ремонт не потребуется… – после паузы прерывистым голосом ответил пилот. – Пара систем перешли на дублирующие каналы, так что мы дотянем… Разве что корпусу досталось… Кругом дырки…
– Тогда почему полет неуверенный?
– Руки дрожат… – признался пилот, после еще более долгой паузы.
– Понятно, это сейчас пройдет.
Прошло и у Элен.
– В порядке? – спросил Ремезов. – Управлять можешь?
Элен резко кивнула, закусив губу.
– Да, я в норме.
Пилот второго вертолета также справился с собой, по крайней мере второй вертолет перестало болтать и трясти.
– Тогда ложимся на обратный курс, – приказал Ремезов всем. – Слетали блин…
Элен опять закусив губу и смахнув выступившие слезы, кивнула и вернулась к управлению винтокрылой машиной, отключив автопилот.
– Что теперь будем делать? – спросил Эрик после пяти минут тяжкого молчания.
– Выбор у нас небольшой… – откликнулся Антон Николаевич, размышлявший над этим вопросом. – Мы на вражеской территории, нам не остается ничего другого как перейти на осадное положение, пока не придумаем что-то получше.
– Думаете… они попытаются нас уничтожить? – удивился Махов. – Нападут?!
– Не знаю… Вот ты бы попытался уничтожить прилетевших инопланетян? Попробуй снова взглянуть на нас с их точки зрения.
– Вы допускаете ту же ошибку что и я в своих размышлениях Антон Николаевич. Они уже нас знают по опыту общения с орфейцами. Знают наши сильные и слабые стороны. Мы же не знаем, какой это был опыт. Может крайне негативный? К чему я склоняюсь после всех произошедших событий. В этом случае может быть все что угодно, в том числе и открытое нападение. Вряд ли у них есть желание повторять однажды пройденный негативный опыт общения с людьми. Мы же ничего не знаем об аборигенах, даже как они выглядят.
– Верно… Что же такого начудили орфейцы с аборигенами, а? – глухо буркнул Ремезов. – Проклятье, подложили же они нам свинью…
Увы, на этот вопрос ответа дать никто не мог кроме самих орфейцев и аборигенов. Пообщаться с аборигенами чтобы выяснить это не получалось. Сами орфейцы если и оставили после себя какие-то записи или любую другую косвенную информацию, то найти ее в полностью разграбленном поселении на месте посадки спускаемых модулей колониального корабля «Орфей» не представлялось возможным.