Приз
Шрифт:
– Мы можем послушать? – заговорщицки спросила Элен, тоже догадавшись зачем «крысиный» король поспешил в модуль.
– Кто-то недавно обвинял меня в извращении подглядывания… вуайеристом называл… А как называют тех кто подслушивает?
– Два ладно тебе! – отмахнулась чуть смутившаяся девушка. – Так можем или нет?
– Это же головной модуль, здесь мы можем все… как боги. Смотреть с орбиты, слушать…
В подтверждении Махов, проведя несколько манипуляций с компьютером отвечающим за связь, подключился к частоте передатчика Антона Николаевича.
– Слушаю… – устало отозвался Ремезов видимо даже не разобравшись, кто ему позвонил.
– Вы совсем охренели «хомяки»?! – сходу прокричал, «крысиный» король.
– Ты что себе позволяешь?! – взъярился в ответ Антон Николаевич. – Ты чего пургу гонишь?! В чем собственно дело?! Говори толком, но без лишнего поноса!
– Вы только что завалили десяток моих бойцов! Мы же сказали, что не трогали ваших! А вы все равно…
– Тихо-тихо!!! – потребовал Ремезов. – Во-первых, мы стопроцентно знаем, что вы не убивали пятерых охранников у сто пятого модуля! Мы проверили записи со спутников. Никого с вашей стороны не приходило, и никто к вам не уходил после этого инцидента. Так что катить на нас бочку, за то что случилось у вас, обвиняя при этом нас в мести, не нужно. Никто из «хомяков» «крыс» не трогал. Я отвечаю.
– Хм-м… спутник говоришь? – явно смутился Череп, вспомнив что сейчас творится у модулей.
Махов подумал, что стой сейчас Череп снаружи, наверняка посмотрел бы вверх.
– Да…
– Вы и сейчас за нами наблюдаете?
– Они наблюдают за всем районом посадки. Так они запрограммированы. Так что если все же ты решишь настаивать на том что это дело наших рук, то мы можем вместе просмотреть запись и убедиться что в вашем направлении никто не ездил и не летал. Впрочем, я в этом моменте обязательно разберусь, можешь быть уверен. Мне самому не дает покоя тот случай, а уж если он повторился…
– Верю… – после длинной паузы сказал «крысиный» король. – Что ж… косяк за мной за пустую предъяву… но факт остается фактом, десятерых наших положили и это не наши внутренние разборки. Можешь мне поверить. Я проверил.
– Приму к сведению.
– Так же прими к сведению следующий аспект… – неуверенно продолжил Череп.
– Какой?
– Раны огнестрельные.
– Вот как? – медленно произнес Ремезов после короткой, но многозначительной паузы. – Огнестрельные?..
– Именно так. Ты не ослышался.
– Может случиться, так что вы друг друга в запале постреляли? Я в том смысле что пуля шальная? Стреляли в тварь местную, а попали совсем не туда куда целились. Такое тоже бывает…
– Может быть все что угодно, но такое лоховство с нашей стороны гораздо менее вероятно, чем можно подумать.
– Тело еще в наличии?
– Да…
– Я сейчас буду у вас… мне нужно посмотреть самому…
– Ждем.
Связь разорвалась, но буквально через пару мгновений зазвенел зуммер передатчика Махова.
Звонил Ремезов.
– Да, Антон Николаевич? – как будто ничего не зная, отозвался Махов.
– У «крыс» какие-то
– Так точно. Скоро будем.
Элен и Эрик переглянулись. Оба понимали, что в этой стрельбе заключена какая-то тайна. Большая тайна, что даже отгадывать ее как-то не очень-то и хотелось. Но надо.
Хотя все действительно могло оказаться много проще. Боец и впрямь мог получить ранение от своих товарищей, ведь огонь могли вести веерный. Неприцельный. То в конце концов мог быть простой рикошет.
«Хоть бы все так и было, – подумал Эрик. – Иначе…»
10
На всякий случай все же просмотрев записи, но так ничего подозрительного не увидев, Эрик и Элен отправились к Ремезову. Антон Николаевич прихватив с собой какого-то мужика с чемоданчиком, сразу приказал лететь к «крысам». На этот раз в эскорте из двух десятков машин с кучей вооруженных людей нужды не было.
«Крысы» встретили их молча, без нападок, видимо «крысиный» король успел убедить своих подданных в невиновности «хомяков». Сдержанно поприветствовав друг друга, лидеры двух недолюбливающих друг друга сообществ людей прошли к телу погибшего от неизвестных рук бойца.
«Крысы» надо сказать, успели прибраться, и теперь уже ничто не напоминало о массовой драке разгоревшейся по неизвестным причинам, но с многочисленными жертвами. Даже следы крови присыпали песком.
– Он что-нибудь успел сказать перед смертью? – спросил Ремезов, когда они подошли к «крысе» с раной в груди, от которой он и умер.
Труп на жаре уже вздулся, почернел. «Крысы» не догадались поместить тело в холодильник.
– Немного… – буркнул после паузы Череп. – По его словам, на них кто-то напал. Я так думаю, что кто-то появился и они естественно начали стрелять. А потом стали стрелять в них…
– Он что-нибудь увидел?
– Нет. Но его преследовали, по крайней мере он сам так считал. Ну и рана в груди подтверждает это. Скорее всего, его подстрелили, когда он находился уже в корзине или возле нее. Сам видишь, с такой дырой много не побегаешь.
– Разве что находясь в шоковом состоянии, когда и не такие раны не замечаются, – заявил доктор, но на его слова никто не отреагировал.
– Понятно… что ничего не понятно… – сказал Ремезов пожевав губами. – Кого-нибудь еще из убитых нашли? Оружие?
– В том-то и дело… как и в вашем случае, ни тел, ни оружия. И это мне крайне не нравится… Я не знаю что и думать по этому поводу.
– Я тоже, – кивнул Ремезов.
Кто-то из приближенных «крысиного» короля по этому поводу что-то глухо сказал, хорошо было слышно только слово «хомяки», но Антон Николаевич и Череп сделали вид, что ничего не слышали, незачем раздувать ссору, и «крысы» вокруг затихли.