Притяжение
Шрифт:
Когда страшный кашель утих, Чед схватился за грудь и уставился на Шедоу.
— Я… я вернулась за списком покупок. — Она не сводила с него глаз. Ей было страшно, но чувство жалости к нему заглушало все мысли. — Чед, что с тобой? Что ты здесь делаешь?
Чед рассмеялся каким-то грубым, гортанным смехом и попытался подняться к ней, но пошатнулся и снова схватился за перила.
— Он тебя не заслужил! Ты тратишь себя на него. И ужасно злишь меня! Злишь!
Шедоу молчала.
— Пойдем в дом, там теплее. Я хочу поговорить с тобой.
— Не стоит. — Она покачала головой.
— Не бойся. Я не обижу тебя. Мы решим, как избавиться от него.
Девушка почувствовала, как будто железная рука перехватила горло. Сердце остановилось.
— Держись подальше от Брента!
Чед угрюмо сдвинул брови и сделал шаг к ней навстречу.
— Он тебе не нужен, — засипел он. — Ты не можешь…
Фразу оборвал новый приступ удушающего рокочущего кашля. Он рухнул на колени, прижав к груди кулак.
В первое мгновение Шедоу инстинктивно бросилась к нему, но через секунду остановилась. Что же делать? Он тяжело болен. Но с другой стороны — крайне опасен и совершенно непредсказуем.
Чед прервал ее мысленные рассуждения:
— Я добавил кое-что в твои печенья… Чтобы ты вырубилась и не переспала с ним. Ты была так мила со мной…
Внезапный гнев затмил ее страх.
— Ты отравил мои печенья?
Чед самодовольно ухмыльнулся.
— Я хотел прийти и поухаживать за тобой. Но он остался у тебя. — Горе-поклонник еще на немного приблизился к ней. — Ну почему он? Зачем он тебе?
Ведь Чед — фармацевт, вспомнила Шедоу и ужаснулась. Он воспользовался профессиональными знаниями!
— Как тебе удалось это?
— Ты же оставила пакет с покупками на заднем сиденье, побрызгать печенье снотворным оказалось не сложно. Всем известно, что ты никогда не запираешь машину.
Пошатываясь, он поднялся и сделал еще шаг к ней. Шедоу отшатнулась, стараясь поддерживать разговор, чтобы оттянуть время.
— Все дело в моем семилетнем цикле. Пришел час…
Чед сделал последний шаг.
Шедоу прекрасно понимала, что не справится с ним, несмотря на то, что он ослаблен болезнью, и прикидывала в уме, успеет ли добежать до телефона. Чед, словно прочитав ее мысли, качнулся вперед, чтобы схватить ее.
Но силы оставили его. Он поскользнулся на верхней ступеньке, ноги подогнулись и дернулись вперед, корпус повело назад. Словно в замедленной съемке Шедоу с ужасом смотрела, как он машет руками, пытаясь удержать равновесие, ударяется о перила и, наконец, падает на нижнюю ступеньку крыльца. Его голова глухо ударилась о лед, и из-под нее потекла кровь.
Чед
— Чед?
Он схватил ее на удивление сильной и горячей от высокой температуры рукой.
— Я промерз до костей. — Он закатил глаза и затих.
Брент был не на шутку раздосадован, когда секретарь вызвала его по внутренней линии.
— В чем дело, Микки?
— Вам звонят по личному вопросу по второй линии.
Он напрягся, как обычно в таких случаях. В отношениях с Шедоу Брент постоянно впадал в крайности: и эмоционально, и физически.
— Я отвечу. Спасибо, Микки.
Брент думал о Шедоу весь день, хотел позвонить ей, жалел, что не сказал о своей любви еще утром, что отложил на вечер. Ее ведь обижает его отношение к ней. Она решила, что он к ней равнодушен.
Пора все прояснить. Тянуть больше нельзя. Брент откинулся в кресле и снял трубку.
— Привет, солнышко. Уже обошла все магазины?
— Полагаю, солнышком вы называете Шедоу. Но это не она. Меня зовут Энни.
Молодой человек насторожился.
— Простите, я думал… Что случилось? Где Шедоу?
— Видите ли, в этом все дело. Я не знаю. Она меня никогда не подводила, на нее это не похоже. Вот я и забеспокоилась.
— Ничего не понимаю. Вы о чем? — Брент подался вперед. — Где она?
— Говорю же вам: не знаю. Мы договорились встретиться в торговом центре. Я прождала целую вечность. Но она не пришла.
— И не позвонила?
— Нет. Я звонила к ней домой, но там никто не берет трубку. Она мне как-то дала ваш телефон. И я решила… проверить.
— Возвращайтесь домой на случай, если она вам позвонит. А я еду к ней.
Его поспешность встревожила Энни еще больше.
— Пожалуйста, сообщите, когда найдете ее! — затараторила она. — Шедоу рассказывала мне о каком-то парне, который донимает ее звонками…
— Да. — Брент тихо выругался и приказал себе не паниковать. — Я уверен, все в порядке. Не волнуйтесь, — попытался он успокоить Энни и себя заодно. — Я ее найду.
Брент повесил трубку и порывисто встал.
— Если позвонит мисс Кэллахен, немедленно свяжитесь со мной. Я буду дома, — бросил он на ходу секретарю и решил уточнить: — Не у себя, а…
— Да, сэр. Я поняла.
— Спасибо, Микки.
До дома Брент добрался за рекордно короткое время. Сердце гулко билось в груди, зубы были нервно сжаты, руки стали влажными. Если с ней что-то стряслось… Нет, он не будет даже думать об этом.
Подъехав, Брент бросился к крыльцу и замер как вкопанный.
— О господи! Нет!