Притяжение
Шрифт:
То есть ты хотел бы знать ответ, прежде чем задашь вопрос?
— Да скажи просто — «да»! — зарычал он.
Она помолчала.
— А почему ты спрашиваешь?
— Я не пойму, что тебе не нравится?
Стараясь скрыть обиду, Шедоу опустила голову и потуже закрутила полотенце вокруг талии.
— Ты ни разу не сказал, что любишь меня. Я не могу принять предложение, основанное на чувстве благородства. Такая жертва мне не нужна.
— Благородство тут ни при чем. — Брент стиснул зубы.
— Еще
— Я прошу, — медленно начал он, теряя терпение, — потому что на самом деле хочу, чтобы ты стала моей женой.
— Но почему? — Девушка обхватила себя руками. — Ты беспокоишься за меня и полагаешь, что, женившись на мне, сможешь защитить?
Многие женщины, попадавшиеся Бренту на жизненном пути, запрыгали бы от счастья, услышав подобное предложение от него. И ни одна не стала бы учинять такой допрос с пристрастием. Но с Шедоу все иначе. Нет, она сначала измучает его идиотскими вопросами, на которые у него нет ответов.
Брент прошел до стены и вернулся, сжав кулаки.
— Ты могла забеременеть.
— И что? Я в состоянии позаботиться о ребенке. Возможно, я не так богата, как ты. Ну, уж справлюсь как-нибудь. Это не повод выходить замуж.
— Ты же сказала, что в твоей семье строгие моральные устои, — распалялся Брент. — Многие люди женятся из-за детей. Это нормально, черт подери!
— Только поэтому ты делаешь мне предложение?
Он взял Шедоу за руки, повел к массивной кровати красного дерева, усадил и попытался начать снова. Но его взгляд упал на ее обнаженную грудь.
— Послушай, мне было бы легче, если бы ты оделась.
Девушка положила ладони на свою грудь.
— Так лучше? Я слушаю.
— Еще хуже, милая, — рассмеялся он. — Твои ручки слишком малы, чтобы должным образом закрыть от меня всю красоту. — Брент откинул покрывало и достал подушку. — Возьми. Вот так действительно лучше.
Шедоу прижала к себе подушку и вопросительно посмотрела на него.
— Я уже говорил, что дорожу тобой. Я к тебе очень привязался. Мне с тобой хорошо, чего я не могу сказать ни об одной женщине, бывшей в моей жизни, в том числе и о некоторых родственницах. Можешь обвинять меня в шовинизме, но я несу за тебя ответственность и хочу защитить. Поэтому прошу стать моей женой.
Увидев в ее глазах грусть, Брент расстроился, но Шедоу вдруг улыбнулась и поцеловала его. Но ему нужен был четкий ответ, и он отстранился, тогда Шедоу бросилась к нему, и они оба упали на пол.
Брент засмеялся:
— Это значит «согласна»?
Девушка отбросила в сторону полотенца и поудобнее устроилась у него на груди.
— Нет!
Брент задохнулся от злости, но ругаться не было сил: обнаженная Шедоу лежала на нем, и противиться ей он был не в состоянии. Он схватил ее за бедра и прижал к себе.
— Где ты хранишь презервативы? — спросила Шедоу.
—
Управившись с презервативом, Шедоу медленно опустилась на Брента.
Я никогда больше не выйду замуж за человека, который меня не любит, — прошептала она.
Брент обхватил ладонями ее груди, она выгнулась назад, достигнув пика, прокричала, что любит его, и упала ему на грудь. Он вторил ей стоном удовольствия.
— Я люблю тебя, Брент, — повторила она, приходя в себя.
Он вздохнул и крепко прижал ее к себе.
— Что же мне с тобой делать?
Она уперлась локотками ему в грудь и внимательно посмотрела на него.
— Что со мной делать? После всего того, что уже сделал? Не знала, что есть еще что-то, но, если так, я готова.
Он вымученно улыбнулся, а Шедоу продолжила:
— Можно ведь оставить все как есть. Будем просто наслаждаться друг другом. Доставлять друг другу радость.
— Мне такое развитие событий не нравится, — предупредил Брент. — Ты так говоришь, как будто нам осталось совсем немного.
— Ну… — Она качнула головой. — Я не собираюсь уходить от тебя. Но мне бы не хотелось тебя удерживать, если ты несчастлив.
— Как я могу быть несчастлив с тобой?
По тому, как Шедоу пожала плечами, он понял, что обидел ее. Ему хотелось хорошенько взгреть себя за это, но еще больше — увидеть Шедоу снова веселой, услышать ее смех. Смех, от которого у него всегда поднималось настроение.
Ведь можно сказать ей, что я ее люблю, рассуждал он про себя. Даже если я не уверен в этом, но Шедоу всегда честна со мной и не заслуживает обмана. Да, она мне дорога. Но люблю ли я ее? Я и сам не могу понять. Кажется, да. Или нет? Она такая удивительная и… особенная, говорит, что любит меня. И мои чувства к ней особенные. Но почему тогда внутренний голос нашептывает: «Многие женщины говорили тебе о любви»?
Шедоу поднялась, откинула волосы со лба.
— Мне пора домой. Нужно проверить автоответчик и…
— Ты вернешься сюда вечером. — Он не позволит никому, тем более этому ненормальному воздыхателю, приблизиться к ней. Никто не причинит ей зла.
— Прекрати командовать. Я сказала, что останусь на ночь. Но мне нужно переодеться, взять косметику и еще кое-что. Завтра рабочий день. Я, наверное, поеду в магазин прямо от тебя.
— Хорошо. — Брент встал, не в состоянии отвести глаз от обнаженного тела Шедоу. Он коснулся ее щеки и поцеловал. — Пожалуйста, найми помощника завтра, ладно? Не хочу, чтобы ты оставалась в магазине одна. — (Она попятилась, уже готовая вступить в спор.) — Я же сейчас прошу, а не требую, не приказываю. Видишь, я иду на уступки. Хотя, по-моему, командовать у меня получается гораздо лучше.