Притяжение
Шрифт:
Брент провел рукой по волосам и заметил:
— Говоришь, машина прямо перед домом? Не слишком ли много совпадений?
Девушка посмотрела на него пронизывающим взглядом и встала:
— Не зли меня!
— Я только хочу, чтобы между нами не было недомолвок. Вот и все… Ты куда?
— Пойду домой. — Она надела пальто. — Ты не хочешь меня слушать. А мне неприятны обвинения в том, чего я не совершала.
— Проклятье! — Брент преградил ей путь. — Нельзя выходить на улицу в такую погоду.
— Снег уже
— Да, но сугробы по колено.
— Не преувеличивай. Максимум по щиколотку. — Она уперлась рукой ему в грудь. — Дай пройти.
— Не дам.
— Не дашь?
Бренту еще не доводилось видеть столь возмущенного выражения лица. Ему хотелось притянуть Шедоу к себе и целовать, пока она не перестанет злиться.
— Будь благоразумна, милая. Ты же понимаешь, что я тебе не позволю идти одной пешком до дома, да еще в такую погоду. И не забывай о своем тайном воздыхателе, будь он неладен. Если он за тобой следит, выходить из дома небезопасно. — Когда Шедоу попыталась обойти его, он поймал ее за руку. — Дорогая, ты слишком импульсивна, особенно когда злишься, — попытался разрядить обстановку Брент, обнимая ее, несмотря на сопротивление. — Дай же мне передышку, солнышко. Я всего лишь обычный мужчина. А прошлая ночь любого лишила бы разума. Видишь, сегодня я даже забыл надеть презерватив. Прежде я никогда не терял рассудка до такой степени. Ты хоть понимаешь, что это значит?
— Кажется, я говорила, что мечтаю родить ребенка.
— Тебе тридцать один год — торопиться некуда.
— Вот именно, тридцать один год, а торопиться или нет — решать мне. Ладно, отпусти. Я ухожу.
Брент собрался спорить дальше, но ему помешал звонок в дверь.
— Стой, где стоишь.
Шедоу не сочла нужным подчиняться и направилась за ним следом.
— Ты привык командовать. Но со мной это не пройдет. Ты не мой начальник, понял? И никогда им не будешь! Придется тебе с этим смириться.
Измотанный ее несговорчивостью, Брент открыл дверь.
Сначала он не поверил своим глазам. Потом захотел провалиться сквозь землю.
— Брент, радость моя! Слава богу, ты дома! — В коридор вплыла Джоанна в облаке белого меха. Ее шубка, шляпка и даже перчатки были отделаны горностаем.
Девушка оказалась высокой и стройной. Помедлив секунду, она бросилась на шею Бренту. Стараясь избавиться от ее объятий и в то же самое время закрыть дверь, Брент посмотрел на Шедоу.
— Шедоу, познакомься. Это Джоанна Говард.
— Я остаюсь, — ответила Шедоу.
Столь радикальный поворот в ее поведении заставил Брента улыбнуться. Наконец ему удалось вырваться из цепких рук Джоанны. Та затараторила:
— Мне пришлось переночевать в самой ужасной, в самой захудалой гостинице на свете. Дороги в отвратительном состоянии. Ни пройти, ни проехать. Я бы позвонила вечером, но буря повредила телефонный кабель. — Она перевела
Джоанна опять попыталась обнять его, но он ловко увернулся.
— Хочу познакомить тебя с моей…
С кем, собственно? Брент умоляюще посмотрел на Шедоу, но та молчала. Потом все же пришла на выручку. Протянув руку незваной гостье, она загадочно улыбнулась:
— Шедоу Кэллахен. Я провела здесь ночь.
Джоанна напряглась и вскинула голову.
— Зачем это?
— Зачем? — расхохоталась Шедоу, поворачиваясь к Бренту. — Это с ней ты был помолвлен?
— Ну… да.
— И она не понимает, зачем я провела здесь ночь? Стыдись, Брент. Ты уделял невесте не слишком много внимания, не так ли?
— Я… мы…
— Неважно. — Шедоу махнула рукой и повернулась к Джоанне: — Не хотите пройти? На улице ужасный мороз. Правда, и в доме не очень тепло.
Ошарашенная гостья последовала за Шедоу, которая продолжала непринужденную беседу:
— Электричества нет. Пришлось спать на полу у камина. Но даже там было прохладно. Впрочем, Брент такой горячий мужчина… хотя вам это, видимо, неизвестно, не так ли?
Джоанна остановилась, топнув дорогим кожаным ботинком на шпильке, потом ринулась к Бренту.
— Кто эта женщина и что она здесь делает?
— Она здесь потому, что я этого хочу.
— Тебе следует объясниться, Брент. — Джоанна была вне себя.
— Послушай, Джоанна, можешь остаться на некоторое время, обогреться, в конце концов, выпить кофе. — Брент старался не раздражаться. — Но пора бы уже понять, что между нами все кончено, и я никому не позволю оскорблять Шедоу. Если ты не в состоянии вести себя прилично, то лучше уходи.
— И когда ты собирался рассказать мне о ней? — не унималась Джоанна.
— Никогда. Мои отношения с Шедоу тебя никоим образом не касаются. Кстати, на Рождество она приедет в Чикаго.
— Ты шутишь?! Твоих родителей хватит удар. Шедоу расхохоталась. Пожалуй, получилось грубовато, но Брент одобрительно посмотрел на нее.
— Мартин и Дебора сами пригласили меня.
— Не может быть!
Брент ломал голову над тем, как она ответит на выпад.
— Джоанна, какая же вы наивная и самоуверенная! — с жалостью сказала Шедоу.
Брент с трудом сдержал смех, а Джоанна беспомощно переводила взгляд с девушки на Брента.
— Победитель получает все трофеи? — шепнул молодой человек на ухо Шедоу.
— Я не уверена, что они нужны победителю.
— Уверена! Ты же любишь меня, забыла?
— Ничего не пойму, — покачала головой Джоанна.
Все прошли в гостиную, где было несколько теплее. Джоанна взглянула на нижнее белье и одежду, развешенную у камина. Брент откашлялся, Шедоу усмехнулась. Весь этот спектакль начал казаться ей занятным.