Притяжение
Шрифт:
В голове одна за другой пронеслись картины вчерашнего вечера: вино, поцелуи. Догадаться, что произошло дальше, не составляло труда. Но она не могла воскресить в памяти, как разделась и легла в постель. Вряд ли ей удалось уснуть, прежде чем Брент доказал свою мужскую состоятельность. Но с другой стороны, вспомнить, как они занимались любовью, у девушки не получалось.
От глубоких раздумий ее отвлекла едва различимая тень, мелькнувшая в окне. Шедоу могла поклясться, что отчетливо видела
Брент вскочил словно ошпаренный. Забыв на мгновение о незваном госте, она уставилась на обнаженного Брента. Боже правый, она уснула и пропустила такое?
— Что? — спросил Брент, вертя головой из стороны в сторону. — Что, черт подери, случилось?
— Извини, — смутилась Шедоу, заставив себя посмотреть ему в лицо, хотя это оказалось непросто. — Мне показалось, кто-то заглянул в окно.
Брент нахмурился и подошел к окну.
— Я вижу только пустой двор и кирпичную стену соседнего дома.
Девушка откашлялась, пытаясь обрести дар речи: как он прекрасно сложен!
— Я совершенно уверена, что видела…
Не дав ей закончить, он бросил:
— Сиди тут.
И направился к двери.
— Господи! — Шедоу натянула одеяло до подбородка. — Брент, ты же голый!
Он не обернулся, только махнул рукой. Ей показалось, что его не было целую вечность. Когда Брент вернулся, она бросила в него подушку… и промахнулась.
— Ты спятил?! — Девушка отправила другую подушку ему в голову. — Нельзя же ловить взломщика в таком виде! Что бы ты стал делать, если бы он набросился на тебя?
Брент увернулся от второй подушки.
— Там никого не было, — заверил он и уложил Шедоу, не обращая внимания на протесты. Сопротивляться было сложно, поскольку они оба были голыми, а это отвлекало. Усмирив девушку, Брент поцеловал ее.
Как приятно от него пахнет, подумалось ей. Такой мускусный, очень мужской аромат. Его утренняя щетина слегка колола ее, но не раздражала.
— Ты протрезвела? — низким голосом спросил он. Шедоу нахмурилась, не понимая, что имелось в виду. Но руки Брента ласкали ее тело, и она не могла здраво рассуждать.
— Абсолютно.
— И ты по-прежнему хочешь меня?
— О, Брент. Прости. Не представляю, как я могла уснуть вчера вечером. Ты теперь, наверное, плохо обо мне думаешь?
— Вообще-то, — Брент продолжал осыпать поцелуями ее шею, сводя Шедоу с ума, — ты была восхитительна.
Она снова нахмурилась, но на этот раз не позволила ему отвлечь ее.
— Что ты хочешь сказать?
— Хочу сказать, что ты прекрасна, когда достигаешь пика удовольствия. Ты такая страстная и естественная. Это и было мне нужно вчера вечером, солнышко. — Он лукаво улыбнулся. — Если бы я захотел, то
— То есть ты вчера не собирался заниматься со мной любовью, несмотря на то, что сделал… что я позволила тебе… несмотря на то, что произошло?
Усмехнувшись тому, как она путается в словах, Брент решил, что в Шедоу проснулась запоздалая застенчивость.
— Я давно не подросток. И в состоянии контролировать себя. И тебя, если понадобится. Но, должен признать, заснуть вчера, когда рядом лежала ты, теплая и нежная, оказалось непросто.
Брент наклонился, чтобы поцеловать ее, но она уперлась ему руками в грудь.
— Ты раздел меня, когда я уснула?
— Просто стянул с тебя колготки и платье. Ты же была полураздета, если помнишь.
Шедоу толкнула его что было сил, и он упал на кровать. Она вскочила, обернувшись одеялом.
— Ах ты, ничтожество! Ты… ты играл со мной! Да как ты мог?
Он внимательно поглядел на нее и приподнялся, опершись на локоть.
— Ты была пьяна, черт подери! Мне что, надо было этим воспользоваться?
— Это то же самое, что сказать: «Я не украл яблоко, а только надкусил». Ты сделал это, сделал!
— Что я сделал? Что? Объясни толком.
— Ты прекрасно понял, что я имела в виду, — процедила Шедоу.
— Ты была пьяна и липла ко мне. А до этого сказала, что еще рано заниматься любовью, вот я и не воспользовался ситуацией. Но и просто оттолкнуть тебя не мог, поэтому решил доставить тебе удовольствие.
Девушка пристально смотрела на него. Она к нему липла? Ужас! Значит, все было еще хуже, чем она предполагала.
— А я-то думал, ты скажешь спасибо, — пожал плечами Брент.
— Спасибо?! — взорвалась Шедоу. — Зачем было начинать то, что не собираешься довести до конца? — негодовала она. — Это так… не по-мужски. — Никогда в жизни ей не встречались мужчины, которые бы только отдавали и ничего не брали взамен, особенно в вопросах секса.
Теряя самообладание, Брент встал и направился к ней.
— Я довел до конца, — прорычал он, сдвинув брови. — Или ты сейчас скажешь, что притворялась?
Это оскорбительное предположение окончательно вывело ее из себя.
— Я никогда не притворяюсь!
— Вот именно. Так скажи мне, наконец, что было не так?
Мужчины порой становятся такими глупыми, подумала она, но вслух сказала:
— Ты ничего не понял.
— Я же чувствовал и видел, как тебе было хорошо. Ты кричала от наслаждения, и я повторил бы все сейчас, если бы ты не набросилась на меня. Я понял, что ты ни черта не смыслишь в мужчинах и судишь обо мне по каким-то недоумкам из твоего прошлого. Мне это не нравится.