Пришлые и ушлые
Шрифт:
— Лекарка! Выпей с нами, красавица! И мужа своего тащи, пусть тоже выпьет! В последний раз! — загомонили в пестрой компании, где черпали вино прямо из бочонка.
— Мелкоратовы дети — зло, но очень тихо пробурчал трактирщик, а громко воскликнул:
— Всего одну минуту, почтенные, дайте же дорогим гостям умыться с дороги!
— Мытая эльфа лучше немытой!
— А немытая тоже годна в дело!
— А я бы глянул, как остроухая купается! Они хоть и серые, но с сиськами!
—
Вила'Рай ощетинился. По возможности незаметно тронул лук, готовясь к драке. Жена тоже подобралась, но пузан, ловко напирая животом, вытолкнул эльфов и вертевшуюся под ногами гоблиншу, за солидную дубовую дверь, что вела на кухню. Неслышно закрыл хорошо смазанный засов и внимательно, остро глянул в глаза, словно и не был пьян.
— Я слушаю. И поторопитесь, а то публика в зале и раньше-то была не слишком благонравной, а перед лицом смерти они и вовсе стыд потеряли. О чем вы хотели говорить?
— Нам нужна еда, вода и все, что нужно для небольшой прогулки. До краешка загаженной пришельцами земли.
— И проводник, конечно, который знает караванные тропы — мигнул понимающе трактирщик. Эльф кивнул, скупо улыбнувшись догадливости собеседника. Толстяк, однако, не загорелся идеей спасения, а кисло ответил:
— Нет. Не интересно. Глупо потеть перед смертью, когда можно встретить ее в комфорте. Мы не успеем. Даже имея в караване вашу прекрасную супругу, наглядно показавшую храбрым воинам свое удивительное искусство лекарское.
— Почему вы так считаете? — нервно спросил эльф.
— Потому что умею считать. Так уж получилось, что я знаю точно — рыжей травы на два дня пути. А кармашки в поясах у вас пусты. Взять фиалы после боев негде. Я покупал много склянок с жидкостью, но не той, что сейчас нужна для лечения, увы. Значит, мы просто не дойдем до края невидимой смерти, раньше сдохнем на этой сохлой жесткой траве. Сальдо–бульдо увы не в нашу пользу. А торговать себе в убыток — смешно, старое правило любого из нашего цеха трактирщиков.
Галяэль все это время практически не слушала разговор. Странное поведение Экки привлекло все ее внимание. Экка вертелась как нашкодившая кошка, словно хотела в чем-то признаться, но опасалась. Точно так она себя вела, когда грохнула об пол единственную по–настоящему ценную вещь в доме Вила'Рая — старинную узорчатую вазу. Хотя немного и не так. Тут был не только страх перед нагоняем, что-то еще.
Не мешкая, эльфийка цапнула острое зеленое ухо и оттащила упирающуюся гоблиншу за здоровенную холодную плиту.
— Признавайся! Что натворила?
Экка смущенно затопталась на месте. Шумно засопела.
— Я даже не успею тебя взгреть как следует.
Гоблинша — вот удивительно с робостью огляделась по сторонам, совсем было собралась говорить — но опять не выдала ни звука. Это уже всерьез разозлило Галяэль.
— Мы все равно все умрем скоро. Говори, а то я и впрямь пожалею, что ты не досталась орку для забавы. Ну?
— Смерть-то ладно — пропыхтела затравленно Экка.
— Чего же можно бояться больше смерти? — искренне удивилась лекарка.
— Этот. Который мертвым лежать спокойно не дает! — осторожно оглядываясь, прошептала обычно нахальная гоблинша.
— Нет ничего страшного, чтобы быть безмозглым скелетом в его армии — уверенно заявила эльфийка и не справилась с собой, передернуло ее от отвращения при одной только мысли о такой судьбе.
— Вот я о том же — понимающе зашептала зеленокожая.
— Я все же, наконец, надеру тебе уши!
— Оба уха? — как-то глупо испугалась Экка.
— Оба! Давно собиралась! Ей–ей надеру, вот тебе мое слово! — не на шутку разошлась эльфийка.
Гоблинша отчаянно махнула лапкой, дескать 'пропадай моя телега, все четыре колеса!', потом все же шепотом призналась:
— Я знаю, где есть фиалы. И много. Но мне очень страшно, чесслово!
— А мне уже — нет — тоже шепотом сказала Галяэль и, разогнувшись, вернулась к мужчинам.
— Фиалы будут — негромко сказала она.
— Даже так? На два дня пути? С женщинами? У одной из которых очень короткие ножки? То есть на три дня? — внезапно оживился толстяк.
— Коротышку можно нести на руках — заметил эльф.
— Меня тоже на руках? — иронично потряс свое пузо ручищами трактирщик.
— Это сложнее — признал очевидное Вила'Рай.
— Гм! А ведь есть одна мыслишка! Если фиалов будет достаточно, то очень даже недурная мыслишка — загорелся пузан. Потом посмотрел на потирающую уши Экку и сказал:
— А покажи — ка мне свой кинжал, уважаемая. Только за лезвие не берись.
— Еще чего! — насупилась гоблинша.
— Покажи и побыстрее — велел эльф.
Экка посмотрела на хозяйку, та властно кивнула головой, и тяжело вздохнув, маленькая гоблинша до половины вытянула диковинное лезвие из ножен.
— Если вы по итогу нашего похода при успешном его окончании подарите мне безвозмездно этот кинжальчик — я готов принять участие в вашей эскападе, на правах проводника каравана, а также берусь обеспечить караван в вашем лице провизией, мальвазией и прочей амуницией с оборудованием и упряжью — привычно оттарабанил трактирщик.
— Есть и вьючные животные? — удивился эльф.