Приручить 7-го

Уолш Хлоя

— Да, Клэр.

— Но это так печально! — Я задохнулась, не в силах сдержать вырвавшийся у меня вопль. — Он так старается, со школой, работой и ребенком! И они через многое прошли! А Ифа такая храбрая! И у них все еще нет никаких гарантий на будущее!

Тяжело вздохнув, Джонни опустился на скамью для гирь и похлопал по месту рядом с собой. — Давай.

Завывая, как банши, я плюхнулась рядом с ним и уронила голову на руки. — Почему плохие вещи случаются с хорошими людьми?

— Я не знаю, Клэр, — ответил он, похлопав

меня по плечу. — Я действительно не знаю.

— Это просто дерьмово!

— Да, это так, — согласился он, предлагая мне бутылку воды. — Но тот факт, что Шэн и мальчики сегодня здесь, все еще стоят, все еще дышат? Это чудо само по себе. Что касается Джоуи? Он сила, с которой нужно считаться. Я никогда в жизни не видел более стойкого человека. Да, он всегда будет наркоманом, но у него есть семья, ради которой стоит оставаться трезвым. Девушка и ребенок, за которых он не только готов сражаться насмерть, но и хочет жить ради них. Так что к черту гарантии и не ставь против него. Он создаст грандиозное будущее для Ифы и Эй Джей, точно так же, как он создал будущее для своих братьев и сестер.

РЕТТ БАТЛЕР

Гибси

— Знаешь, когда ты попросил у меня старый тюфяк с фермы, я должен был догадаться, что это для одной из твоих безрассудных затей, — заявил Фели. После школы мы были в моем саду за домом, в окружении электроинструментов, пил и кусков нарубленного дерева. — Это странно, Гибс. Даже для тебя.

— Нет, это не странно, — возразил я, удерживая гвоздь в зубах, пока забивала еще один в деревянный дом, на создание которого потратила большую часть вечера. — Это вверх уравновешенности.

— Не мог бы ты объяснить метод для этого конкретного вида безумия?

— Становится холодно. Реджи понадобится теплое место для зимней спячки.

— Знаешь, если ты освободишь беднягу, он сделает это сам.

— По словам нашего ветеринара, он этого не сделает. С ним слишком плохо обращались. Реджи не знает, что он ежик. Он был всего лишь младенцем, когда мы его спасли. Он не переживет зиму в дикой природе.

— Ты знаешь, что дикие ежи переносят болезни, не так ли? — указал он, прислонившись к закрытой двери патио. — Тебе действительно не следует держать его вот так на коленях, парень.

— В последний раз говорю, Реджинальд не болен! — Огрызнулся я. — Он чист как стеклышко. Такой же, как я.

—Такой же, как ты? — он рассмеялся. — Это должно меня успокоить?

— Не обращай на него внимания, сынок, — проворчал я, возвращая свое внимание к текущей задаче, в то время как мой маленький приятель зарылся в ткань моих серых спортивных штанов. — Папочка устроит тебе спячку получше, чем у любого другого ежика.

— По крайней мере, надевай перчатки, когда имеешь с ним дело.

— Что за осуждение,

Патрик? — Огрызнулся я. — Я попросил тебя помочь мне, потому что ты лучший из нас в работе по дереву и ты всегда был наименее осуждающим из парней. По крайней мере, я так думал.

— Я не осуждаю тебя, Гибс, — усмехнулся он, подходя и садясь во внутреннем дворике рядом со мной. — Вот. — Взяв у меня из рук молоток, он достал гвоздь и принялся за работу над войлочной крышей. — Давай убедимся, что спящий режим твоего сына водонепроницаемый.

Я ухмыльнулся. — Спасибо, парень.

— Вопрос, — сказал он некоторое время спустя, когда войлочная крыша была аккуратно прибита на место. — Ты заметил что-нибудь необычное в отношениях с Лиз?

— Лиз? — Я повернулся и уставился на него. — Как «гадюка Лиз»?

Он кивнул.

— Черт возьми, я не заметил в ней ничего необычного. На самом деле, я изо всех сил стараюсь ее вообще не замечать, — ответил я, потрясенный тем, что он задал мне такой вопрос. — На случай, если ты упустил это из виду, парень, эта ведьма ненавидит меня до глубины души.

— Да ладно, Гибс, — попытался урезонить он. — Не называй ее так. Когда-то она была твоей подругой.

— Да, и посмотри, до чего это меня довело, — парировал я, защищаясь. — Прямо на линии огня ее ядовитого языка.

— Я не защищаю ничего из того, что она делала тебе на протяжении многих лет, — осторожно сказал он. — Потому что она была совершенно не в порядке.

— Но? — выпалил я, просто зная, что в этом дерьме было «но».

— Но я действительно чувствую, что между вами обоими должен состояться разговор. Тот, который давно назрел.

Я просто смотрел, не мигая, не в силах подобрать слов, чтобы ответить на эту чушь.

— Давай, Гибс, — подтолкнул он. — Постарайся понять, к чему я клоню.

— Я не могу, — ответила я, запирая Реджи в его маленьком домике. — Наверное, потому, что я ослеплен масштабом предательства!

— Она неплохой человек, — крикнул он мне вслед, когда я встала и направилась к двери. — Ей просто больно.

— Нам всем больно, парень, — огрызнулся я, распахивая дверь патио и врываясь внутрь. — Некоторые из нас не вымещают это на всех остальных.

— Ты знаешь, что, по слухам, Марк сделал с Кивой, — сказал Фели, следуя за мной в, к счастью, пустую кухню. — Я знаю, что он не твой брат, Гибс – я знаю это, хорошо. Но она верит слухам. Она думает, что он во всем виноват, и если вы с Лиз поговорите об этом, я думаю, это действительно поможет ей исцелиться.

— Думает! — Рявкнул я, захлопывая дверцу холодильника. — В прошлый раз, когда я проверял, думать о чем-то – это не то же самое, что знать что-то, Патрик!

— Да ладно тебе, Гибс, — попытался умолять он. — Мы все слышали слухи, парень. — Прислонившись к острову, он добавил: — Половина города думает, что он ее изнасиловал.