Приобщение
Шрифт:
Тем более, что джуниору пора было тоже послушать об этом. Что именно творилось во время его отсутствия. Далеко немногое он знал и ещё менее это понимал. Теперь запреты были полностью сняты, а потому беседовали просто и раскованно. А вот пусть теперь дуется не только на меня. Конечно же, это по моему настоянию ему не говорили всей правды, и о том, что существовало письмо, написанное мной, для вручения при наступлении его зрелости.
Когда она придёт к нему, я не мог тогда предвидеть, аттестат зрелости по окончанию школы совсем не гарантировал её наступления. Вот это письмо родители
Не удивительно, что он стал спрашивать родителей, почему они не вручили ему письмо сразу или через некоторое время. На что получил ответ, что на конверте значилось при наступлении зрелости. Как минимум совершеннолетия. Но во многих случаях он вёл себя абсолютно незрело, и лишь год назад взялся за ум.
На что я дополнил, что и то под сильным моим давлением. И это стало возможным только по редчайшей случайности, отчего я поспешил не упустить шанс, взяв дело в свои руки. Очень хотелось сойти за умного, и процитировал известное высказывание: «Мудрый учится на чужих ошибках, умный на своих и только дураки не учатся ничему». Поинтересовался у джуниора, разве мало я усилий для этого приложил?
И вправду, затратил массу сил и стараний, чтобы спрямить ему многие углы, о которые ему ещё предстояло приложиться забубённой головушкой. С другой стороны именно я виновен в том, что своим прибытием доставил ему некоторые иные неприятности.
Зажёг я тогда действительно не по-детски, и волну поднял немалую. Мама вспомнила, как звонил с таксофонов и прятался по всяческим катакомбам. С отцом мы вспоминали, как на тайную встречу со мной он пробирался с работы через рабочий выход во двор станции, переодевшись предварительно в рабочую одежонку. Как мы с ним сидели в молочном кафе на центральной улице и беседовали о будущем хаосе, к которому несётся вся страна.
Сестра тоже посмеялась, как вытащил её с редколлегии к магазину «Вильнюс», чуть ли не в самую грозу с молниями. А затем демонстрировал ей расщепленное молнией дерево во дворе, где сам дожидался редколлежцев перед грозой. Как те ей рассказывали о встрече со мной, и что я там остался поджидать её.
Джуниор сидел и слушал, развесив уши, так как ничего из этого не знал, а ему никто не рассказывал. Только теперь до него стало доходить, что не просто так отец перешел руководить отделом новых разработок в министерство. Так как такое являлось с административной точки зрения серьёзным понижением в должности.
Ему и до этого дня говорили правду, но далеко не всю. Да, отец всегда с самой юности тянулся к инженерной и научной работе, но его постоянно выталкивали вверх на руководящие посты.
Приходилось соглашаться, так как других грамотных специалистов с таким опытом и ответственным подходом к порученному делу не находилось. И то от назначения на пост начальника междугородки он сразу отказался и согласился только на должность главного инженера. Далеко от администрирования при этом не
Джуниор влез с вопросом, а почему тогда соглашался, если хотелось заниматься разработками и исследованиями? Оставалось только подивиться его наивности и максимализму. То ли я это осознал значительно позже, но мне-то казалось, что даже тогда я это понимал.
Пришлось пояснить, что в данном случае есть только две альтернативы — плохая и очень плохая: то есть первая — взгрузить обязанности на себя, и вторая — отказаться, предоставив возможность карьеристу занять этот пост, что неминуемо приведёт к негативным последствиям.
Отец ему задал наводящий вопрос, как ему нравился директор их школы? Соответствует ли тот занимаемой должности? Вот и пример, как назначили человека из номенклатурной обоймы начальников. Завалил работу на старом месте, из-за чего перевели на другое — директором школы.
Вот и приходится думать о подчинённых работниках, чтобы им не достался такой подарок при твоём отказе. От многого приходится отказываться, а исследованиями и разработками заниматься при возможности дома. И только теперь он занят интересным и значительно более важным делом, а административная нагрузка намного меньше, чем на прежнем месте.
Ох, как я понимал отца, и сколько раз приходилось самому отказываться возглавить лабораторию или отдел в институте, благо в наше время кадровый голод был не столь значителен, так что подыскать приемлемую кандидатуру было проще.
Впрочем, в этом плане мне повезло, так как отдел и лабораторию возглавлял один и тот же человек в течение многих лет. Соответственно, работе лаборатории уделял меньше внимания и излишне не вникал в проблемы, а потому работа выполнялась намного успешнее.
Не маленький и в случае необходимости сам привлекал начальство для решения административных задач. Уж слишком хорошо, ещё с армейских времён помнил основной принцип службы: подальше от начальства и поближе к кухне. А также: выслушай то, что приказал командир и сделай по-своему, тогда получишь благодарность в приказе.
Мама пояснила джуниору отчего после переезда она совсем ушла из связи, и пришлось начинать на заводе с большого понижения, практически с инженера-конструктора 3 категории.
До этого она была вынуждена работать под руководством отца из-за работы в одной системе связи. Это могло вызвать всяческие разнотолки, об особом к ней отношении. Из-за чего ей приходилось быть святее папы римского, и всегда работать более прочих
Здесь отцу усиленно предлагали стать зам. министра связи, а потому она сразу решила уйти из этой отрасли. Пришлось осваивать новую специальность и к сегодняшней должности заведующего конструкторским бюро на заводе идти с самых низов.
Таким образом, пришлось джуниору выслушать от всех, что кроме слова хочу, есть ещё и надо. Так что именно данная моральная обязанность и является отличительной чертой нормальной и целостной натуры.