принцип иллюминатов
Шрифт:
– они мне стекло разбили - робко заметил я.
– иди домой я тебе вставлю.
– Уже спокойнее сказал дэкстер.
– я вот тебе инструкцию от преобразователя принес щас им и воспользуюсь.-
– даха с ним без всякой инструкции разобралась.
– Огрызнулся я.
– да твоя даха просто клад.
– расшаркался дэкстер.
– у девочки феноменально развита память души. вы уже когда то были вместе в прошлых жизнях, вот ваши души и нашли друг друга, а ты скачешь.
–
– память души?
– переспросил я.
– ваши ученые путают ее с генетической памятью,
– я покорно кивнул и отправился домой досыпать...
глава двенадцатая: безобразия на полигоне.
первые два дня недели прошли относительно спокойно. ну если не считать того, что у меня гаркнула микроволновка, и мне пришлось осваивать атомный преобразователь. в ход пошло все: рваные носки, пара старых телефонов, старые отцовские газеты за 2002 2003 год, древние аудиокассеты, я пустил в дело даже фантики от конфет. вобщем в доме стало меньше хлама, а холодильник оказался битком. также я сделал себе толстенькую пачечку евро, так как в ближайшее время собирался посетить Польшу. я конечно догадываюсь, что сказал бы обо мне господин дэкстер, но я был на сто процентов уверен, что пани Иоанна ни с какими детьми индиго не путалась и не за какую империю ничего не знает. кстати эта мартышка за два дня ниразу не объявилась, похоже люди, напавшие на меня ,оказались крепкими орешками, и их сейчас пытают где то в лемурийских застенках. как и было обещанное, стекло к утру было вставлено. я на всякий случай сфотографировал в телепорт свой гараж, чтобы при следующим нападении у меня был на готове боевой транспорт. обычно если люди влипают во что то серьезное, они бегут из города или даже из страны, в моем случае меня не спасет даже бегство с планеты.
на работе тоже все было спокойно. Дармедонтыч сказал, что в среду будем запускать ядро, и мы готовились. И вот наступила среда. Штааль приказал всему научному отделу быть у реактора в 8:00 в полном вооружении и облачении.
– как бы чего не вышло.
– Бубнил кирюха, когда мы спускались по лестнице.
– да ладно не дрефь.
– подбодрил его я.
– станешь у нас изотопом кирилия в случае чего, тебя в таблицу Менделеева занесут, а нам нобелевку дадут. Как делить будем?
– повернулся я к старшим коллегам.
– хватов брось свои шуточки!
– взбеленилась Анюта.
– тебе хватов отгулом отдадут.- Подколол меня палыч.
– а то ты в прошлый раз возмущался, что тебя в праздники дежурить послали, а с обещанным отгулом прокатили.
– Никонорыч согласно заржал.
– я завтра возьму, штааль мне 200% гарантии дал, что после запуска отпустит до конца недели.
– Огрызнулся я.
– правильно ему к концерту готовиться надо.
– Хахатнул кирюха.
– опять какие то панки приезжают.
– Съязвила Анюта.
– неа.
– показал язык мой горе напарничек.
– бактерия. а наш Герман влюблен в ихнюю вокалистку.
–
– с чего это?
– возмутился я.
– а ты в контакте на ее страничку подписан!
– отпарировал кирюха.
– вау!
– захлопала в ладоши Анюта.
– а ты оказывается не такой урод каким кажешься. Это окончательно вывело меня из колеи.
–
– философски отметил Дмитрий никонорыч.
– хорошо.
– Сказал я.
– я не пойду в отгул и не пойду на концерт, и никто никуда не пойдет, потому что наш Фадеев.
– Я ткнул пальцем в кирила.
– съел на завтрак центнер урана, и стоит ему спуститься в реактор, мы все полетим далеко и на север. Наконец то мы спустились. Штааль, техники и пара каких то людей в штацком ждали нас у реактора.
– Старков, вы перепроверили расчеты?
– сразу перешел к делу Модест дармедонтыч. пал палыч согласно кивнул.
– хватов реакция в норме? обратился шеф ко мне.
– вчера была да - чуть не вырвалось у меня, но я вспомнил, что здесь высокопоставленное начальство и вовремя осекся. Тормоза иногда и у меня включались.
– в норме!
– с военной выправкой отрапортовал я.
– позвольте взглянуть.
– Сказал один из штатских, и мы с палычем подали им папки с расчетами.
штатские отвернулись к стене и о чем то долго совещались.
– можете начинать.
– Наконец одобрительно кивнул один из них.
– значит так!
– резко перехватил инициативу шталь.
– я лично спускаюсь в реактор, со мной пойдут хватов и Фадеев, старков и Семенов контролируют реактор снаружи, Каминская следит за показателями, младший персонал по своим рабочим местам.-.
с начальником мне повезло: штааль никогда не бросал слов на ветер, и как истинный батька атаман всегда лез в самое пекло.
так в втроем мы спустились в реактор. Штааль критически все оглядел и кивнул мне.
– Фадеев к станку!
– гаркнул я. кирил встал на противоположном конце реактора.
– тестить будем? спросил я у начальства.
– че ненатестились еще? буркнул штааль.
– на объекте только один раз.
– Сообщил я.
– работаем.
– Отдал приказ наш отец командир. Я все-таки проверил стержни на прочность и начал запускать реакцию. Кирил на том конце замыкал цепь и вдруг что-то сверкнуло.
– что там происходит!
– рявкнул штааль в рацию.
– разгерметизация полония.
– Откликнулся никонорыч.
– норма - сказал палыч.
– но расчеты недопускали даже незначительной утечки.
– Возразил я.
– палыч знает свое дело, а ты делай свое.
– Сухо отрезал дормедонтыч. не нравится мне все это, да и судя по реакции штааля он сам немного в шоке. Я запустил ядро. Слава яйцам обошлось.
– молодцы сынки!
– сказал штааль и полез обнимать сначала кирюху, а потом и меня.
– тебе хватов персональная благодарность.
–
– а отгулы?
– заканючил я.
– будет тебе три дня, как и обещал!
– и мадэст дармедонтыч, как мальчишка припустил наверх.
все нас поздравляли, штацкие держались малость особнячком, но все были рады: теперь у Рязани есть собственный работающий атомный реактор.
мы сидели в вычислительном центре, начальство совещалось о чем то в конферент зале.
– ну, че?
– сказал кирюха.
– облажался ты со своим ураном на завтрак, а вот по поводу того, что ты в трабл втюрился вопрос остается открытым.
–