Принцесса Миа
Шрифт:
– Не представляю, как оно может быть хорошо! – Я всхлипнула. – Лилли меня ненавидит, она на меня даже смотреть не хочет!
– Знаешь, может быть, ты должна сделать из этого кое-какие выводы, – сказал Джей Пи,
– Какие еще выводы? – Я икнула и снова уткнулась ему в грудь, – Что она меня ненавидит? Это я и так знаю.
– Нет, – сказал Джей Пи, – Что, возможно, она тебе не такая уж хорошая подруга, какой ты ее всегда считала.
От этих его слов я действительно перестала плакать, выпрямилась и посмотрела на него сквозь слезы.
– Ч-что т-ты имеешь в виду?
– Только то, что
Я промокнула уголки глаз салфеткой, которую Джей Пи достал из подставки и протянул мне.
– Нет, – сказала я.
– Признаюсь, – сказал Джей Пи, – у меня никогда не было много друзей. Но я все равно не думаю, что друзья обращаются друг с другом так, как Лилли обошлась с тобой. Я имею в виду, верят тому, что прочитали или услышали, даже не поинтересовавшись у друга, правда ли это. Я прав? Разве друзья так поступают?
– Я знаю, – сказала я, вздрагивая последний раз и заканчивая рыдать. – Ты прав.
– Послушай, Миа, – сказал Джей Пи, – я знаю, вы с ней дружите целую вечность. Но мне кажется, ты многого о Лилли не знаешь. Какие-то вещи, которые она мне рассказывала, когда мы с ней встречались. Например, что она всегда ужасно тебе завидовала.
Я уставилась на него, совершенно ошарашенная.
– О чем это ты толкуешь? – закричала я. – С какой стати Лилли завидовать МНЕ?
– По тем же причинам, по которым, думаю, тебе завидуют многие девчонки, включая Лану Уайнбергер. Ты красивая, умная, популярная, ты принцесса, тебя все любят…
– ЧТООО? – Я просто хохотала. Потому что не могла в это поверить. Но все равно, смеяться все-таки лучше, чем плакать. – Да у меня фигура, как хвостик от буквы кью! И я заваливаю половину предметов! И почти все в школе считают, что я плоскогрудая чудила ростом пять футов девять, то есть, я хотела сказать, десять дюймов.
Джей Пи улыбнулся.
– Может быть, некоторые когда-то так думали. И, может быть, некоторым ты такой и казалась. Но, Миа, ты бы посмотрела на себя в зеркало повнимательнее. Ты уже не такая, какой была раньше. И, возможно, проблема Лилли в том и состоит, что ты изменилась, а она – нет.
– Но… но это же нелепо, – сказала я, – Я все та же, старая добрая Миа…
– Которая ест мясо и ходит по магазинам с Ланой Уайнбергер? – подсказал Джей Пи. – Миа, взгляни правде в глаза. Ты не та, какой была раньше. Это не означает, что ты не стала ЛУЧШЕ или что не найдутся люди, которые будут любить тебя независимо от того, что ты ешь и с кем общаешься. Но не всем так легко приспособиться к этой перемене, как, скажем, Тине или мне.
Я снова заморгала. Неужели это правда? Неужели настоящая причина, по которой Лилли не желает иметь со мной ничего общего, состоит в том, что она меня не только не презирает – далеко не презирает, – а завидует мне?
– Но это же ужасный абсурд! – выпалила я в конце
– Это существенно. – Джей Пи пожал плечами. – То, что ты принцесса, действительно делает тебя особенной. Никогда не мог понять, почему ты сама так не думаешь. Да большинство людей убить кого-нибудь готовы, чтобы стать особами королевской крови. А ты только и делаешь, что жалеешь, что ты принцесса. Но не только принадлежность к королевскому роду делает тебя особенной.
– Если бы ты пробыл пять минут на моем месте, – пробурчала я, – ты бы понял, какая я на самом деле НЕ особенная. Уж поверь, во мне нет вообще ничего особенного.
– Миа, – Джей Пи взял меня за руку (мои руки лежали на кухонном столе). – Я хотел тебе кое-что сказать.
Но именно в эту минуту позвонил привратник и сказал, что в вестибюль вошли родители Тины. (Хорошо, что Тина регулярно снабжает его домашним шоколадным печеньем с кусочками шоколада, поэтому он охотно выполняет ее поручения) Тина влетела в кухню с безумными глазами и закричала, что Борису и Джею Пи нужно ПРЯМО СЕЙЧАС уходить через выход для слуг. Что они быстренько и сделали.
И вот, я так и не узнала, что Джей Пи собирался мне сказать.
После того как они ушли и мы поздоровались с Тиниными родителями и скрылись в Тининой комнате. Тина извинилась, что провела так много времени, прилепившись к Борису.
– Понимаешь, он такой клевый, – сказала она, – что иногда я просто не могу с собой справиться.
– Все нормально, – сказала я, – я понимаю. Но она все равно переживала.
– Все-таки, с нашей стороны было нехорошо демонстрировать, как мы счастливы, в то время как ты все еще пытаешься оправиться от потери Майкла. Кстати, о чем вы с Джеем Пи говорили?
– А, так, ни о чем таком особенном, – сказала я, чувствуя себя немного неловко.
Тина заметно удивилась.
– Понимаешь, Борис сказал, что когда он упомянул, что ты ночуешь у меня, Джей Пи стал твердить, что им с Борисом нужно прийти к нам в гости. Хотя Борис рассказал ему про правило моего папы. Но Джей Пи говорил, что ему нужно сказать тебе что-то очень важное, и буквально силой заставил Бориса привести его сюда. Ты уверена, что, он ничего такого не сказал?
– Мы о многом говорили, – сказала я. Терпеть не могу врать Тине, но я не могу ей рассказать, что прохожу курс терапии у психолога. Я просто не готова признаваться в таких вещах. Знаю, это глупо. Тина не будет меня осуждать, но все равно, просто не могу. – Ну, знаешь, в основном о Лилли,
– Это интересно, – сказала Тина. – Ты знаешь, Борис считает, что Джей Пи в тебя влюблен. И я с ним согласна. Может быть, он это и хотел тебе сказать.
Над этим я от души посмеялась. Честно, я ни разу так не смеялась с тех пор, как мы с Майклом расстались. Пожалуй, я вообще ВПЕРВЫЕ рассмеялась с тех пор.
Но, как выяснилось, Тина не шутила.
– Миа, взгляни на факты, – сказала она. – Как только Джей Пи узнал, что вы с Майклом расстались, он тут же бросил Лилли. Он потому ее бросил, что влюблен в тебя и понял, что у него наконец появился шанс тебя заполучить.