Принцесса Миа
Шрифт:
Честное слово, и за это мы платим ему бешеные деньги?!
– Я не знаю! – воскликнула я. – Я спрашиваю у вас!
– Но вы знаете себя лучше, чем я.
– Как вы можете такое говорить? – Я практически завопила. – Да все знают меня лучше, чем я сама! Разве вы не видели фильмы о моей жизни? Если не видели, то вы такой один на свете!
– Я их заказал, – признался доктор Натс, – но заказ еще не доставили. Не забывайте, я ведь только вчера с вами познакомился. И вообще я больше люблю вестерны.
Я покосилась на все эти портреты мустангов.
– Гы.
– Так, – сказал доктор Натс. – Что еще?
Я заморгала.
– Что еще? Что вы имеете в виду? Кроме того, что, как я уже сказала, ОТЧИМ ЗАБРАЛ МОЙ ТЕЛЕВИЗОР!!!
– Вы знаете, что общего абсолютно у всех студентов, которые когда-либо были приняты в Вест-пойнт?
Здрассьте. Приехали.
– Нет, но, наверное, вы мне скажете.
– Ни у кого из них не было в комнате телевизора.
– НО Я НЕ ХОЧУ ПОСТУПАТЬ В ВЕСТ-ПОЙНТ! – закричала я.
Но доктор Натс на мой крик не отреагировал. Он продолжил как ни в чем не бывало.
– Что еще вам не нравится в вашей школе? С чего начать?
– Ну, хотя бы то, что все думают, что я встречаюсь с парнем, с которым я на самом деле не встречаюсь. И только потому, что так написано в «Нью-Йорк пост».
А как насчет того, что парень, который мне действительно нравится – да что там, я его люблю – посылает мне е-мейлы, спрашивая, как у меня дела, как будто между нами ничего не произошло, как будто он не вырвал мое сердце из груди и не швырнул его через всю комнату, как будто мы друзья и все такое?
Доктор Натс, кажется, растерялся.
– Но разве вы с Майклом не договорились, что вам лучше быть друзьями?
– Да, – сказала я раздраженно. – Но на самом деле я так не думала.
– Понятно. И как же вы ответили на его письмо?
– Я не ответила. – Мне вдруг стало немножко стыдно. – Я его уничтожила.
– Почему вы это сделали? – поинтересовался доктор Натс.
– Не знаю, – сказала я. – Я просто… просто я самой себе не доверяла, боялась, что если я буду писать ответ, то начну упрашивать его вернуться. А я не хочу быть такой девчонкой.
– Это веская причина уничтожить его письмо, – сказал доктор Натс. И почему-то мне было приятно это слышать, хотя он и ковбой. – Ну, а почему вы не хотите идти с подругой за покупками?
Мне больше не было приятно. Как он может не обращать внимания на очевидные вещи?
– Я вам сказала, она мне не подруга. Она мой враг. Если бы вы видели фильмы…
– Я посмотрю их в эти выходные, – сказал он.
– Хорошо. Но… суть в том, что ее мама попросила меня выступить на этом мероприятии. А бабушка сказала, что это большая честь. И она по этому поводу очень разволновалась. А оказалось, мама Ланы обратилась ко мне потому, что меня порекомендовала Лана. Что с ее стороны очень… очень порядочно.
– Значит, – сказал доктор Натс, – это и есть причина, по которой вы сразу не отказались пойти с ней за покупками?
– Ну… в общем, да. И еще потому, что мне нужна новая одежда. А Лана в шоппинге разбирается. И если мне полагается каждый день делать одну вещь, которая меня пугает,
– В таком случае, думаю, вы нашли ответ, – сказал доктор Натс.
– Но я бы с куда большим удовольствием провела весь день в постели, – быстро сказала я. – Я могла бы почитать. ИЛИ ПОСМОТРЕТЬ ТЕЛЕВИЗОР.
– У нас на ранчо, – сказал доктор Натс, растягивая слова на манер «старого доброго ковбоя», – есть одна кобыла по имени Дасти.6
Кажется, у меня по-настоящему челюсть отвисла. Дасти? После всего, что я ему рассказала, он собирается поведать мне историю о какой-то кобыле по имени Дасти? Интересно, что это за хитрый психологический прием?
– Летом, когда выдается жаркий день, и Дасти проходит мимо небольшого пруда на моей земле, – продолжал доктор Натс, – она лезет в воду и заходит на самую середину пруда. При этом неважно, если она под седлом, или на ней кто-то едет, она обязательно должна залезть в воду. Хотите знать, почему?
Я была так потрясена тем обстоятельством, что дипломированный психолог во время приема рассказывает мне историю про какую-то ЛОШАДЬ, что только тупо кивнула.
– Потому, – сказал доктор Натс, – что ей жарко. И она хочет охладиться. Она с большим удовольствием провела бы целый день в пруду, нежели возя на себе седока. Но она не всегда получает то, что хочет. Потому что совсем не обязательно, что то, что она хочет – полезно или практично. Кроме того, седла портятся от воды.
Я молча смотрела на доктора Натса во все глаза.
И этот тип считается национальным светилом в области детской и подростковой психологии?
– Я хочу вернуться к тому, что вы сказали вчера. – Слава богу, доктор Натс не стал ждать моего ответа на рассказ про Дасти. – Вы сказали, я процитирую… – И он ДЕЙСТВИТЕЛЬНО процитировал. Взял свои заметки и зачитал:
«И, наверно, это не просто обычный разрыв двух тинейджеров, потому что я – принцесса, а Майкл – гений, и он считает, что должен ехать в Японию, чтобы создать хирургического робота-манипулятора, чтобы доказать моей семье, что он меня достоин, тогда как на самом деле это я его недостойна, и, наверное, потому что в глубине души я знаю, что это я разрушила наши отношения».
Он поднял взгляд от заметок.
– Что вы имели в виду под этим?
– Я имела в виду… – Все происходило слишком быстро для меня. Я едва оправилась от потрясения рассказом о Дасти и все еще не поняла, какое отношение эта кобыла имеет к моему завтрашнему походу в магазин за бельем с Ланой Уайнбергер. – Я имела в виду, что, наверное, Майкл все равно когда-нибудь бросит меня ради более умной и состоявшейся девушки. И вот я решила его опередить и бросить его первой. Пусть даже я потом об этом пожалею. Вся эта история с Джудит Гершнер… думаю, я потому так из-за нее расстроилась, что в глубине души понимала: Майклу на самом деле нужна такая, как она. Девушка, которая умеет клонировать плодовых мух. А не девушка вроде меня, которая просто… просто принцесса.