Принц теней
Шрифт:
Когда они вышли из шатра, Ден выпрямился и поднес к губам палец, чтобы Льешо не задавал вопросов. Юноша всматривался в меняющееся лицо мастера, пытаясь прочесть объяснение его странному поведению, но Ден дал знак подождать.
Вдруг из шатра командования вылетели два ворона: колдун и его дочь. Они сделали в воздухе большую петлю, развернулись в направлении, куда ушла посланница, и вскоре исчезли из поля зрения.
Затем мастер Ден поторопил Льешо. Когда они проходили между рядов низких красных палаток, стирщик позволил
– Кто я?
– Ты Льешо, седьмой принц Фибии. Возлюбленный богини, – ответил мастер Ден, словно зачел рукопись. Это было не то, что хотел услышать Льешо.
– Это всего лишь какие-то титулы, которые никого за пределами Фибии не волнуют, да и самих фибов мало касаются. Я хочу знать, почему я так необходим мастеру Марко. Ему не нужна ни Фибия, ни путь на запад; ему нужен я. Такая мания сравнима со стремлением раздобыть исключительно ядовитый корень. Почему?
– Тебе придется спросить его самого.
Льешо ахнул от испуга, по телу прошел невыносимый холод.
– Это входит в планы Хабибы? Он передаст меня врагам, потратив столько усилий, чтобы спасти меня от мастера Марко?
– Нет, мой мальчик, – более мягким тоном ответил мастер Ден. – По своей воле никто тебя не отдаст. Однако у императора могут быть свои причины, чтобы встретиться с тобой официально или тайно. Такой шанс Хабиба может ему предоставить. Если случится что-то выходящее за эти рамки, будь спокоен. Я положу свою жизнь, чтобы защитить тебя от опасности в лице мастера Марко, как это сделал Якс.
Заявление стирщика не утешило Льешо. Он не хотел нести на себе бремя смерти мастера Дена, как и рисковать своей жизнью из-за благих намерений Хабибы.
Мастер Ден не удовлетворил любопытство Льешо в полной мере:
– Что касается остального, а именно: как злой человек может использовать что-либо доброе и ценное? Я не знаю. Только сам мастер Марко или кто-либо, не менее злой, чем он, сможет ответить на твой вопрос. Тебе нужно либо отказаться от понимания, либо предстать перед мастером Марко, когда настанет время, и спросить его.
Я наверняка знаю, что ты добрый, что ты любимец богини и что на протяжении всего путешествия тебя сопровождало ее благоволение.
Мастер Ден положил руку на плечо юноши, не позволив перебить себя.
– Богиня может вести того, кого любит, по верной тропе. Сердца правящих нами видят прошлое и будущее, что не дано ни одному смертному. Они проникают глубоко в души всех созданий. Что касается их мотивов – нам, обычным людям, не дано постичь их. Мы можем лишь вверить себя им. Какими бы суровыми ни казались их веления, любовь их истинна, а цель справедлива.
– Ты хочешь сказать, что все в итоге образуется. Но мне этого недостаточно. Слишком много людей погибло с туманной надеждой, что наша борьба имеет смысл. Если богиня любит меня, почему она не даст знать,
– Может, она уже это сделала, – вновь вздохнул Ден. – Тебе необходимо довольствоваться тем, что есть. Путь Богини не так прост, тем более в данном случае.
Мастер Ден повернулся и, не сказав более ни слова, тяжелой поступью пошел вперед.
Льешо последовал за ним. Он решил, что обидел учителя, хотя не понимал, чем именно. Что он сделал не так? Войдя в лечебную палатку, он увидел Бикси, который суетился, ухаживая за Стайпсом и доводя целителей до отчаяния несерьезными жалобами. Когда появился мастер Ден, целители в один голос сказали:
– Заберите его!
– Я не могу! – запротестовал Бикси. – Что, если я понадоблюсь Стайпсу, а меня не будет рядом?
– Иди! – поднял ногу Стайпс и пнул его пониже спины отнюдь не нежно. – Худшее, что со мной может случиться, так это то, что я врежусь в столб. А у тебя есть долг.
Бикси стоял с минуту в нерешительности, затем, залившись от смущения краской, присоединился к Льешо и мастеру Дену.
– Может, создалось впечатление, что я тревожусь по пустякам, но это не так, – сказал он.
– Я знаю, – улыбнулся ему Ден. – Где твои друзья?
– Льинг и Хмиши пошли искать, где Каду разбила наш лагерь. Мы собирались отнести туда Стайпса.
– Ему нужно выздоравливать под присмотром целителей, – уверил его мастер Ден. – Можешь воспользоваться временной отсрочкой. Подожди, пока вернутся остальные, и приведи их к прачечному фургону. Скажи им, что мы отправляемся на переговоры.
Бикси повернулся к Льешо за объяснением, но тот ничего не сказал, лишь состроил кислую мину и показал на запад:
– Фургон там.
Не только с мастером Деном было трудно ладить. Бикси сел на холстяной пол рядом с соломенным тюфяком Стайпса и зачислил мастера Дена в список своих забот. Льешо смирился с этим.
– Теперь нужно тебя одеть, – потащил его стирщик к прачечному вагончику, загруженному с одной стороны ящиками с тканью для починки палаток и перевязочным материалом, а с другой – сундуками, которые Льешо едва заметил.
Мастер Ден возился с последними, пока не подошли четверо друзей. Бикси нашел Каду в человеческом обличье и привел ее с собой.
Мастер Ден вытащил из сундука фибские бриджи, рубашки с вышивкой и головные уборы.
– Где вы это достали? – завизжала от восторга Льинг, надевая костюм давних времен, когда люди высокого плато были беспощадными воинами, еще до того, как богиня сошла с небес благословить фибских королей.
Хмиши, не менее довольный одеждой, нырнул в горловину, пряча улыбку радости. На Каду была форма армии ее отца. Бикси задумчиво оглядел всю компанию и спросил:
– А у вас есть одежда, как у мастера Якса? Я знаю, что никогда не стану столь великим, но все же считаю, что он должен быть кем-то представлен.