Принц снов

Бенджамин Курт

– Я не понимаю…

Ища ответ, молодой принц повернулся к Балару в надежде, что сможет найти разгадку у того, кто похитил его, а потом так долго таскал по пустыне.

– Динха приказала привезти принца снов, вот я и привез, – пожал плечами Балар.

Он явно что-то скрывал.

– Так что же, Льюка – это Динха?

– Нет, что ты, мы оба – лишь простые подмастерья в услужении Динхи.

Ответ никак не мог считаться исчерпывающим. Льешо окинул взглядом толпу, пытаясь найти менее защищенный источник информации. Харлол как раз выпустил из своих объятий какую-то морщинистую, с пергаментным лицом старуху. Она протянула

погонщику два прикрепленных к кожаному ремню кривых меча, и тот сразу затянул ремень на талии, скрыв оружие под просторными одеждами. Приосанившись, Харлол выпрямился и, подобно воину, слегка повел плечами. Прямой взгляд принца он выдержал твердо, без малейшего смущения.

– Купец Шу называл тебя бродягой, пустынником, – принял вызов Льешо.

Оба они прекрасно помнили, как насмехался над соперником император в купеческом обличье. Соглашаясь, ташек склонил голову.

– Динха послала пустынников за тобой, приказав немедленно привезти сюда. Нельзя было позволить гарнам из клана улгар отдать тебя на растерзание волшебнику. Впрочем, я обладал определенным преимуществом. Льюка и Балар занимались с Динхой много лет, а семейное сходство превратило тебя в их почти точную копию. Вот в Адаре я сомневался. Мне предстояло проверить его, но убивать твоего брата я не хотел.

– Его кровь – на том клинке, который ты поднял против него.

Воспоминания словно железный обруч сжали сердце Льешо. Как много он мог потерять в то утро – брата, друга. Самого императора Шана. Мир готов был расколоться на части.

– А ты знал, что на вызов ответит наш хозяин? Ты планировал убить Шу?

– Твой купец не должен был вмешиваться в это дело. Упрямый человек. Но Льешо не боялся упрямцев.

– Так что же, ради того, чтобы защитить гостя, ты был готов его убить?

– Можно было бы попробовать. – Харлол негромко рассмеялся. – Вообще-то я рассчитывал всего лишь его попугать, однако наш важный купец явно что-то скрывает.

Харлол уже не смеялся; он сверлил Льешо неумолимо острыми глазами, словно надеялся найти подтверждение своих догадок в выражении его лица.

– Сражается он вовсе не как глупец, но как человек, жизнь которого много раз висела на самом кончике меча. Мы оказались достойными противниками. Среди ташеков я считаюсь одним из лучших, и все же мне повезло остаться в живых.

– А ваша Динха захотела этого потому, что?..

Льешо оставил в стороне вопрос о личности Шу, переключившись на испытание Адара и на собственное похищение. Льюка заговорил, не дав Харлолу ответить:

– Если ты пойдешь со мной, Динха сама тебе все объяснит.

Обращаясь в пространство, он потребовал:

– Ночлег и воду нашим гостям!

Несколько ташеков поспешили выполнять приказание; возникшее оживление дополнил Собачьи Уши. Сидя на украденном у Шу верблюде, карлик проворчал:

– Очень даже вовремя. – А потом, обращаясь к Кагару, потребовал: – Сними меня скорее, а не то ноги совсем отвалятся.

Будто очнувшись от чар Акенбада, Кагар поспешил на зов и быстро отвязал от тюка с поклажей лестницу.

Как только карлик, охая и причитая что-то насчет болезненного возвращения ног к жизни, спустился на землю, Льюка пригласил всех войти в пещеру:

– Пойдемте спрячемся от жары. Здесь вы в полной безопасности – во всяком случае, от преследования.

– Динха хочет задать несколько вопросов.

Рядом с Льешо внезапно оказался Балар, причем

лицо его выглядело достаточно мрачным.

Льешо лишь кивнул. Он так долго боролся с изнеможением, что, не поддержи его брат в эту минуту, наверное, упал бы.

– Какая-то мощная сила мутит поток снов. Ей кажется, что этой силой можешь быть ты.

Льешо едва смог ответить:

– Я ничего не предпринимал. Динхе стоило бы сосредоточиться на мастере Марко. Если маг застанет нас врасплох, всем придет конец.

– Нет, здесь ему нас не одолеть. Магия Акенбада повернула его силы вспять. Тебе же удалось без труда обнаружить этот потаенный город. Значит, во всяком случае, городу ты нужен.

– Я всего-навсего ехал за тобой следом, – возразил Льешо. – Большую часть пути даже не натягивал поводья.

– Все так, но дороги-то мы и не знали. – Балар наклонился и шепнул брату на ухо: – На самом деле мы следовали за тобой.

– Ты же здесь живешь, и Харлол с Кагаром – тоже. Вы наверняка знали обратный путь.

– И все-таки нам никак не удавалось найти дорогу. – Балар недоуменно пожал плечами, словно признавая странность ситуации. – Если бы мы не ехали за тобой, то давно уже затерялись бы в пустыне и погибли.

Льешо не поверил сам и заподозрил, что Льюка тоже не поверил. Однако Балар ни на минуту не сомневался в своей правоте, а потому спорить с ним было бесполезно.

– А кстати, что означали все эти поклоны и коленопреклонения? Когда я видел Льюку в последний раз, он даже не хотел со мной разговаривать, потому что я сломал на его флейте какой-то там клапан.

– Он, конечно, паренье характером, но тебя очень любил. А все остальное пусть объяснит Динха.

Балар говорил в прошедшем времени, и это больно задело Льешо. Однако он молча последовал за братом в драконью пасть.

Глазам открылась полутемная просторная комната. В центре на каменном, украшенном резными узорами столе стояла единственная лампа. Искусные камнетесы так старательно разгладили мягкий камень стен и потолка, что он выглядел словно дорогая тонкая бумага. Каждая из поверхностей была украшена изящными изображениями финиковых пальм, птиц и танцующих духов, изо рта которых извергались языки пламени. В призрачно мерцающем свете чудилось, будто духи кивают друг другу, а глаза их отражали отблески огня.

В дальнем конце пещеры, среди удивительных духов, поднималась в темноту высеченная непосредственно в скале лестница. Пол покрывали толстые ковры, а разбросанные в живописном беспорядке мягкие подушки звали присесть и отдохнуть. Надо сказать, впрочем, что большая часть этих подушек оказалась занята молчаливыми, неподвижно, хотя и с открытыми глазами сидящими фигурами. Они выглядели мертвыми. На какое-то мгновение Льешо почудилось, что жизнь покинула этих людей, перебравшись в оболочку куда более динамичных духов на стенах. Одна лишь мысль об этом заставила юношу вздрогнуть. Впрочем, подобные образы вызвало к жизни вовсе не мистическое проникновение жизненной субстанции, а искусство художников и воображение зрителей. Во всяком случае, Льешо на это надеялся. Вместе с гостями в пещеру вошли несколько пожилых ташеков; все они уселись на полу. Льешо же Льюка посадил на одну из пустующих подушек; Балар расположился справа от младшего брата. Собачьи Уши облюбовал угол – там ему показалось особенно удобно. Вошедший последним Харлол занял пост часового, примостившись непосредственно у входа.