Принц снов

Бенджамин Курт

– Такое медленное движение расслабляет людей, делает их ленивыми и вялыми. Чтобы поддерживать форму, нам необходимо постоянно упражняться. Хочу пригласить вас троих присоединиться к нашим занятиям, если вы, конечно, не возражаете. Возможно, вы узнаете что-то новое для себя.

Офицер улыбнулся, показывая, что слова его имеют далеко не одно-единственное значение. Конечно, он имел в виду не только познания в боевых искусствах и владении оружием, но и сведения о тех, кто идет рядом в караване, и информацию имперских военных разведчиков.

Льешо взглянул на товарищей –

они явно ожидали его решения.

– Конечно.

Юноша бросил в костер кусок верблюжьего навоза, потом встал, оставив приготовление ужина мастеру Дену и конюхам. Мастер Ден, в обличье слуги низшего ранга, не уставал бегать по лагерю, выполняя массу приличествующих его рангу поручений. Прошло всего два дня, но Льешо уже привык принимать службу лукавого бога как необходимость. Впрочем, душу грызли сомнения. Трудно было решить, не совершает ли он святотатства по отношению к Чи-Чу, в то же самое время лишая учителя почетного места в собственном сердце. Разумеется, мастер Ден назвал бы подобные сомнения шпионскими штучками, но Льешо все же чувствовал себя не слишком уютно.

Не задавая вопросов, Хмиши и Льинг поднялись со своих мест вслед за принцем. Как обычно, оба встали так, чтобы обеспечить ему наибольшую безопасность – Льинг впереди слева, а Хмиши – чуть справа. Подобно почетному эскорту, он замыкал шествие.

– Твои друзья выдают врагам секрет – кто из вас троих наиболее ценен.

Сказав это, Бор-ка-мар почти искренне рассмеялся и похлопал Льешо по спине: он явно хотел сгладить деловой характер замечания.

Льинг моментально поняла, в чем дело, и быстро исправила ошибку, крепко обняв юношу за талию и прижавшись к нему всем телом. Так она надежно защищала подопечного, в то же время создавая впечатление чисто амурных отношений. Хмиши с улыбкой наблюдал за товарищами.

– Уже лучше, – оценил Бор-ка-мар, понимающе улыбнувшись. – А еще лучше, если бы ты, Льешо, хоть немного притворился, что наслаждаешься обществом своей дамы. Пока ты выглядишь так, словно не укромного местечка ищешь для любовных утех, а только и ждешь удобного момента, чтобы сбежать.

Льешо покраснел до корней волос, однако послушался и на ходу обнял Льинг за плечи. Он прекрасно понимал, что потом придется извиняться. Хмиши, разумеется, знал, что все это – лишь спектакль, однако обстоятельства могли сложиться и иначе.

Капитан Бор-ка-мар привел молодых людей на пастбище – часть его превратили в импровизированный плац. Для этого в красную глинистую землю просто воткнули дюжину факелов. Трава росла отдельными заплатками, а потому на ней легко было споткнуться; но ведь сражения редко происходят на посыпанных песочком площадках. Новость о предстоящем учебном поединке моментально распространилась по лагерю, и вокруг пятачка стремительно собралась небольшая толпа энтузиастов, готовых и поддержать бойцов, и заключить пари. По одежде и внешности Льешо узнал среди зевак нескольких гарнов – они вроде бы бесцельно бродили по краю освещенной площадки. Заострять на них внимание не хотелось, и Льешо постарался как можно быстрее забыть о присутствии врага.

В самом центре площадки занимались две группы телохранителей. Они

безуспешно старались выглядеть не такими искусными, какими являлись на самом деле. Отточенные боевые позы, не только ставшие привычными, но и уже превратившиеся в инстинкт, говорили сами за себя. Это сразу заметили и сам Льешо, и его друзья. Ожидая начала тренировки, они тоже встали в центре площадки. Льешо задумался, сражался ли кто-нибудь из опытных бойцов против волшебника, мастера Марко, который, начиная с самого Жемчужного острова, не давал ему покоя. Шу, конечно, знает наверняка; сознание же того, что император полностью доверяет этим людям, вселяло в душу спокойствие.

Капитан сам расставил вновь прибывших и каждому из них подобрал опытного напарника. Короткое копье, которое Льешо так и носил на спине, он словно и не заметил – казалось, его предупредили, что не стоит обращать на это внимания. Зато он дотронулся кончиком меча до руки юноши, показывая, что пора принять боевую стойку. И действительно, напротив Льешо уже стоял отмеченный шрамами ветеран; подняв свой меч, он подмигнул и широко улыбнулся юному противнику. Началась тренировка. Бор-ка-мар громко называл позы и движения – все они относились к разряду самых простых, базовых навыков, которые, конечно, разгоняли кровь и оттачивали мышцы, но вряд ли могли бы сравниться с уроками мастеров Якса или Каду.

– У тебя хорошая, твердая рука, юноша, – похвалил Льешо партнер, парируя выпад и проводя собственную комбинацию.

– У вас тоже, господин.

Мягко скользя по пятачку грубой травы, юноша обострил поединок тем резким выпадом, которому научил его мастер Яке. Воин отвел острие меча скромным, не производящим на зевак впечатления движением; однако Льешо прекрасно понимал, какой ценой дались его легкость и непринужденность. Стилем боя партнер напомнил Льешо Медона – того самого гладиатора, который умер на руках товарищей, защищая честь поверженного господина. Думать об этом было больно; впрочем, поединок не оставлял времени на размышления.

Спарринг, разумеется, проводился не просто так. Опытные мастера, телохранители самого императора, оценивали ловкость и сноровку новобранцев, а те, в свою очередь, могли определить степень собственной безопасности в обществе старших товарищей. Шу, как всегда, оказался хитер: свои лучшие силы он спрятал на виду у всех. Впрочем, понимание этой ситуации принесло бы куда больше спокойствия и уверенности, если бы император не вступил в вооруженный поединок с собственным погонщиком-ташеком. Даже самый искусный телохранитель не помог бы, если бы Харлол ранил или убил переодетого купцом Шу.

Наконец капитан Бор-ка-мар решил, что пора заканчивать тренировку, и дал команду остановиться. Зрители разошлись, обсуждая результаты пари, а воины, негромко переговариваясь, отправились к кострам. Льешо услышал, как кто-то из них сказал, что на границе между империей Шан и Гарнией словно грибы растут военные лагеря гарнов. Конечно, новость больше походила на сплетню, однако, учитывая источник информации, вполне можно было принять ее за донесение военной разведки. А раз так, то расслабляться не приходилось.