Принц снов

Бенджамин Курт

Льешо действительно все прекрасно знал, а потому побежал уже не просто так, а с целью, и скоро обнаружил Льюку спящим в своей палатке. Ярко горела лампа. Любопытно, всегда ли брат спит со светом и действительно ли тьма в его мозгу столь отчаянна, что он боится ночной темноты.

– Зачем ты пришел? – Льюка открыл глаза и посмотрел в угол палатки, где стоял младший брат, но, судя по всему, так и не заметил его. – Если ты демон моего сна, то исчезни. С меня и так вполне достаточно твоих издевательств. Больше ты до меня не доберешься.

– Это не демон. Это я, Льешо.

Юноша

шагнул в свет лампы, но брат все равно не увидел и не услышал его. С недовольным ворчанием он поправил сбившееся одеяло и лег на спину, уставившись в потолок палатки.

Льешо подумал, что здесь снов не дождешься, и погрузился в бесцельный серый рассвет. Такой же, какой вечно продолжался в небесных садах, лишенных блаженства ночи. Юноша сунул руку за ворот и проверил, на месте ли жемчужины. Как только он соберет их все и отдаст Великой Богине, день и ночь вновь начнут посещать небеса по очереди, а звезды вернутся на свое истинное место. Льешо плохо понимал, как именно все это произойдет, однако подобный расклад входил в план его испытания.

Сейчас дело происходило вовсе не в небесных садах. Во сне Льюки не было ни твердой почвы, на которую можно было бы опереться, ни прелестных садовых тропинок, ни божественных фруктовых деревьев. Лишь утонувший в пепле и огне серый сумрак, наполненный звоном мечей да стонами и криками раненых и умирающих, истекал кровавым потом жестокой битвы и ужасом людей и лошадей. А самым страшным оказался запах крови, душивший пробиравшегося по бранному полю юношу.

– Льюка! – звал он сквозь туман сна. – Где ты?

– В аду, братец. Все открытое моим глазам будущее приводит именно сюда, и ты всегда оказываешься мертвым.

Вслед за голосом появился и сам Лыока.

– Что здесь случилось? – поинтересовался Льешо. – Скажи, где мы и как сюда попали?

– Ты задаешь вопросы, ответить на которые невозможно. Мы еще только попадем сюда. Так что вопрос должен звучать в форме будущего времени. Да, таково будущее всех миров. Слова «где» больше не существует. Ад победит небеса и землю, убивая ночь и уничтожая день, стирая с лица земли все, что живет, растет и дышит. Освободившись, демоны ада пошлют в воздух зловещий огонь и растопчут небесные сады безжалостными копытами. Материальный мир исчезнет, соскользнет в небытие, а силы рая и ада соединятся вместе в величайшем за все время существования вселенной кровавом столкновении. Все царства неба и земли, подземного мира и мира живых окажутся вовлеченными в огонь этой битвы. Вот что я вижу и в снах, и в дневных кошмарах.

Едва Льюка произнес последние слова, звуки битвы сошлись воедино и взорвались с недоступной человеческому восприятию силой. К Льешо быстрее самого сильного коня, стремительней разума метнулась стена огня. Не хватало сил постичь подобное разрушение. Льешо в ужасе закричал и закрыл глаза руками, не в силах стерпеть навалившуюся грозную силу. В дрожащем сером свете умирающей вселенной он осознал, что все еще жив, и битва постепенно уходит прочь.

– Ну а теперь давай проделаем все это еще разок, – произнес Льюка с убийственно-насмешливой гримасой.

– Это

фокусы мастера Марко? – дрожащим голосом уточнил Льешо.

Чтобы навсегда прекратить весь этот ужас, надо всего лишь остановить мастера Марко.

– Нет, – ответил Льюка, – хотя именно он давным-давно все это начал. Думаю, в молодости он стремился управлять подземным миром, возможно, поднимая мертвых, хотя ни его цель, ни методы не попадают в мои сны. Видения показывают, что ему удалось всего лишь освободить из ада великого короля демонов. Не представляю, каким образом волшебнику удалось выжить в собственных деяниях; думаю, что он просто заключил с чудовищем какую-то сделку. Цель у них общая – разрушить Небесные Врата. Как только ад поглотит райские сады, сразу исчезнет вся жизнь, а с ней вместе все ведомые миры.

Внезапно в небе появилась шаровая молния, на мгновение заморозив время и движение и убив все звуки. Льешо скорчился и закрыл лицо рукавом, а неуклонно набухавший хаос разразился неуемным, влекущим за собой хвост пламени ураганом.

Льюка продолжал вещать:

– Как и у тебя, в моей душе тоже когда-то теплилась надежда. Но постепенно все варианты будущего, которые могли противостоять разрушению, испарились, и теперь я вижу лишь бушующего у врат демона. Поха его натиск сдерживают, хотя и с трудом. Но сколько они смогут простоять, неизвестно, так что остается только умереть.

– Выход должен существовать, – возразил Льешо, хотя сердце его трепетало от страха. – Великая Богиня призывает меня на помощь. Значит, шанс на победу остается.

– Я его не вижу, – стоял на своем Льюка. Вдруг он прищурился, словно его глаза внезапно застлал туман. – Льешо? Куда ты ушел? Льешо!

Отвечать на призыв брата было бесполезно, сон унес Льюку от Льешо, и брат снова побрел в одиночестве, дрожа от ужаса при виде вздымающихся огромных молний, способных поглотить даже Великую Луну Лан.

Отвернувшись от страшного пейзажа, король оказался в шатровой столице хана. Впереди виднелся дворец властителя, и неожиданно возобновил свое действие любовный напиток госпожи Чауджин. Удивляясь, что никто из многочисленных телохранителей хана его не останавливает, юноша вошел во дворец и беспрепятственно зашагал прямо к подиуму, на котором спали хан и его жена. Едва молодой король подошел к покрытой коврами и мехами постели, из нее выползла изумрудно-зеленая змея.

– Уходи отсюда, – зашипела она. – Тебе здесь делать нечего.

Отвернувшись, змея снова положила голову на грудь хана. Подошел взволнованный Свин. Коснувшись копытом плеча Льешо, он повлек юношу прочь.

– Она права. Тебе действительно нечего здесь делать.

– Я хочу… – начал было тот и в этот момент проснулся.

Глава тридцать пятая

Льешо проснулся в красной палатке, той самой, откуда начал свое ночное путешествие. Рассвет окрасил небо в цвет снов Льюки, так что король на мгновение растерялся. Вернулся ли он в реальность или все еще путешествует во сне? Но возле кровати едва живого, с трудом дышавшего Хмиши спала Льинг.