Принц мародеров

Мантикор Артемис

— Что? — обвиняющим голосом спросил Сайрис. — Он пустотник на втором ранге синхры. За таких даже награду в городе дают.

— Не чувствуешь никакого противоречия в своих словах? — заметил я с ироничной улыбкой.

— Ты всерьез полагаешь, что мужик с регалией «Осквернитель чести» был хорошим парнем? — ничуть не смутился ворон. — Ладно, кто там на очереди?

— Этого не надо, — чуть подумав, покачал я головой, когда Сай подошел к Ашеру. Зачем они с Улинрай вообще вернулись? Глупость какая-то.

Сдохли бы — лис бы возродил их целенькими, а так прибежали раненые помогать. Или не возродил бы…?

— Да? Ну и на кой хрен тебе этот трус? — удивился Сайрис.

— Он ханатри, — пояснил я. — Когда-то сиин называли их братьями. Его вины нет в том, что его обманул лис. Кстати, хану, почему ты служил этой падали? — задал я вопрос, обращаясь уже к лекарю.

— Он спас мне жизнь, — тихо проговорил он, опуская глаза.

— Ладно, хрен с тобой. Живи, зверёк. Все равно ты бесполезен что так, что эдак, а на месть тебе не хватит яиц.

Где-то рядом одна добросердечная Рин сейчас показывает мне знак одобрения. Я не вижу, но и так в этом уверен.

— М-можно мне ск-казать, — запинаясь от страха, неожиданно произнес целитель лиса, возвращая внимание к себе.

— Ну? — спросил ворон. Однако глаза пленного лекаря смотрели в мою сторону.

— Ты… что еще ты знаешь о моём народе, сиин?

— О хану? — удивленно переспросил я, на что лекарь энергично закивал и даже попытался сделать в мою сторону шаг, хоть и все еще стоял на коленях.

— Да! — неожиданно твёрдо ответил Ашер. — Змеи уничтожили всё, что связано с моим народом. Всё, что я знаю о своих предках — это только название. Ханатри.

— Змеи? — я чуть приподнял бровь в удивлении, но затем вспомнил древние легенды о народе мангустов и ответил. — Не удивительно. Хану — единственный вид, что бросал вызов ассари и одерживал верх.

— Лииндарк! Позволь мне служить тебе!! — с неожиданным фанатизмом рванулся лекарь, что на мгновение я даже подумал, что он собирается меня убить. Но вместо этого он застыл в нерешительности и добавил, — Я был личным лекарем Алькора!

— Что-то не очень-то ты ему помог, — хохотнул ворон. — Впервые вижу, чтобы на службу нанимались, начав с антирекламы. Лучше б уж ты молчал, парень.

— Я буду полезен! — продолжил настаивать Ашер. — Змеи наделили меня властью над магией, и в случае нужды, у меня есть высокий шанс освоить редкое магическое направление. Мастер Алькор не велел мне брать иные ветки развития, кроме лечения. Если нужно, я могу делать и любую другую работу. Все, что вы пожелаете, мастер Лииндарк. Взамен я прошу только одного — расскажи все, что можешь о моем народе!

— Мастер? — хмыкнул я, пробуя слово на вкус.

— Бесполезен, — резюмировал Сайрис, махнув рукой, хрен с вами. Кто там у нас на очереди…?

— Как сказать, ворон, —

не согласился я. — Если сделать из него настоящего хану, хотя бы на треть такого, как упоминалось в наших легендах, мы получим боевого инквизитора или убийцу магов.

— И-инквизитора? — судорожно сглотнул Ашер.

— Я не очень силен в истории и техниках ханатри, но знаю минимум двух разумных, у которых можно об этом спросить.

— Окей. Следующий? — обернулся ворон к другому пленнику. — Ага, Андрей. Много же было от тебя хлопот.

— Я работаю по найму, Сай, — с улыбкой ответил сказочник. — Заказчик говорит — я делаю.

— Ну-да ну-да, — ответил улыбкой инженер. — И чем платили? Деньгами, опытом, сладкими рабынями? Хотя нет, опытом — точно вряд ли, судя по уровню.

Ворон сделал ещё шаг, вторгаясь в личное пространство цветоманта и пытаясь выбить его из безучастного равнодушия.

— Цветом и сказками, — ответил Андрей, ничуть не смутившись. — Взамен лис смог развить свой навык магии Цвета от бестолкового навыка, до поглотителя цвета. Любопытно, к слову, какой цвет из его коллекции ты заберешь себе, Лииндарк.

— Да я пока еще не выбирал, — вспомнил я о полученном уведомлении от мира.

— Эй, парень, а что будет, если я тебя сейчас здесь прикопаю?

— Это невозможно, вороний посланик, — равнодушно пожал плечами Андрей. — На мне артефакт, что возродит меня в другом месте.

— И ты об этом говоришь так просто?

— Луна светит всем, Сайрис, и злодеям, и жертвам.

— Не хочу быть ни тем ни другим, — заметил я.

— С таким настроем это даже не интересно, — махнул рукой ворон, задумчиво поигрывая мечом. — И что ты делал для лиса, помимо переманивания наших каменных крошек?

— Консультации. Некоторая помощь. Все, что касается Цвета. Еще несколько дней и Алькор стал бы непобедим.

— У меня возникло впечатление, что ты на достаточно высоких ролях в его банде.

— Полагаю, вы почти ничего не знаете об Алькоре. У него было много интересных задумок…

— Не интересно, — оборвал его инженер, занося меч.

— Постой, — остановил я друга. — Этот цвет, — я призвал на ладонь кровавый кармин. — Ты знаешь, с какой стихией он связан? Это хаос или магия крови?

Андрей без особого интереса посмотрел на показанную ему силу:

— Ни то, ни то. Это свободный цвет чистой эмоции. Он ведь зародился у тебя сам собой, а не был найден или получен, верно? И магии у тебя нет, только навык Цвета?

— В таком случае, что он значит? Что это за сила, можешь сказать?

— Ты не знаешь? — удивился цветомант. — Ярость, конечно.

Ярость? Это многое, очень многое объясняет. Может ли быть так, что часть вещей, в которых я винил хаос, отчасти на совести этого цвета?