Принц Хаоса

Желязны Роджер Джозеф

– Лучший для кого? И для чего?

– Только ты сможешь ответить.

– Хоть намекни.

– Ты мог пройти Образ Корвина в тот день, когда я привела тебя туда?

– Да.

– Я не сомневалась. Он был начертан при неожиданных обстоятельствах и никогда не сможет быть воспроизведен. Наш Образ никогда бы не допустил его создания, не будь он сам поврежден и слишком слаб, чтобы предотвратить возникновение узора Корвина.

– И что?

– Наш

Образ старается впитать тот, поглотить его. Если это удастся, то последствия для Амбера будут гибельными, как военные разрушения. Равновесие с Хаосом полностью нарушится.

– Разве Хаос недостаточно силен, чтобы воспрепятствовать этому? Я думал, они одинаково могущественны.

– Так и было, пока ты не восстановил Теневой Образ и Образ Амбера смог впитать его. Это сделало его неизмеримо сильней. Теперь он способен добраться до узора твоего отца, преодолев сопротивление Логруса.

– Я не понимаю, что делать?

– Я тоже. Но запомни то, что я сказала. Когда придет время, ты должен принять решение. Не знаю какое, но это будет чрезвычайно важно.

– Она права, – раздался голос за моей спиной.

Повернувшись, я увидел отца внутри сияющей черной рамы с серебряной розой наверху.

– Корвин! – услышал я оклик Фионы. – Где ты?

– В месте, где отсутствует свет, – ответил он.

– Я думал, ты где-то в Амбере, отец, с Дейдрой, – сказал я.

– Призраки играют в призраков, – ответил он. – У меня больше нет времени, силы на исходе. Могу сказать только одно: не доверяй ни Образу, ни Логрусу, ни кому-то из их отродья, пока все не разрешится.

Он начал исчезать.

– Как я могу помочь тебе? – спросил я.

– …во Дворе, – донеслось до меня перед тем, как он пропал окончательно.

Я снова повернулся.

– Фи, что он имел в виду?

Она нахмурила брови.

– У меня такое ощущение, что ответ лежит где-то во Дворе, – медленно проговорила тетушка.

– Где? Где следует искать?

Она покачала головой и, отворачиваясь, сказала:

– Кто может знать лучше?

Потом она тоже скрылась.

Голоса по-прежнему взывали ко мне – спереди, сзади. Слышались плач и смех, и повторялось мое имя. Я бросился вперед.

– Что бы ни случилось, – говорил Билл Рот, – если тебе понадобится хороший законник, я с этим управлюсь – даже в Хаосе.

Затем появился Дворкин, поглядывающий на меня из крошечного зеркала в витой раме.

– Нет повода для беспокойства, – заметил он. – Только вот тебя опутывают всяческие непредсказуемости…

– Что же мне делать? – вскричал я.

–

Ты должен стать чем-то большим, нежели ты есть.

– Не понимаю.

– Сбеги из клетки, что суть жизнь твоя.

– Какой клетки?

Он сгинул.

Я несся вперед, а вокруг меня звенели слова. Ближе к концу зала висело зеркало, подобное куску желтого шелка, натянутого на раму. Оттуда мне ухмыльнулся Чеширский Кот.

– Все это чушь. К черту всех! – заявил он. – Сходим-ка в кабаре, старина. Опрокинем по стаканчику, посмотрим на художника…

– Нет! – закричал я. – Нет!

А затем от Кота осталась только ухмылка.

И тут я тоже стал исчезать. Милосердное черное забвение да ветер, что выл где-то там далеко-далеко.

ГЛАВА 3

Не знаю, как долго я спал. Разбудил меня Сухай, повторяя мое имя.

– Мерлин, Мерлин, – говорил он. – Небо – белое…

– А меня ждет трудный день, – продолжил я. – Знаю. Ночь у меня тоже была трудная.

– Значит, они достали тебя.

– Кто?

– Маленькие чары от меня – дабы слегка просветить твой разум. Я решил, что склонить тебя к ответам изнутри лучше, чем нагружать своими догадками и подозрениями.

– Я снова был в Коридоре Зеркал.

– Я не знал, какую форму может принять видение.

– Оно настоящее?

– В подобных делах так и должно быть.

– Что ж, благодарю… я догадывался. Помнится, Грилл упоминал, что ты желал увидеть меня раньше, чем мать.

– Мне было интересно, много ли ты знаешь. Хотел защитить твою свободу выбора.

– О чем ты говоришь?

– Уверен, что она жаждет видеть тебя на троне.

Я приподнялся, потер глаза и сказал:

– Полагаю, это вполне возможно.

– Не знаю, как далеко она зайдет, желая поспособствовать этому. Я хотел дать тебе возможность осознать свое собственное мнение перед тем, как тебя втянут в ее планы. Не желаешь чаю?

– Да, спасибо.

Я принял предложенную кружку и поднес к губам.

– Что еще можешь сказать, помимо предположений о ее намерениях?

Дядя покачал головой.

– Не знаю, насколько активно сама Дара участвует в деле, если ты это имеешь в виду. Но она ли связана с этим или кто другой, заклятие, которое ты нес на себе, ныне исчезло.

– Твоя работа?

Он кивнул. Я сделал еще глоток.

– Никогда не предполагал, что окажусь так близко к голове очереди претендентов на престол. Юрт пока четвертый или пятый, не так ли?