Принц Хаоса
Шрифт:
– Вижу, что все в порядке, – заявил он.
Я фыркнул – его рука до сих пор висела на перевязи, – и отозвался:
– Как и следовало ожидать. Что произошло в Амбере с тех пор, как я покинул его?
– Никаких новых бедствий. Я оставался там лишь столько, чтобы увидеть, могу ли чем-нибудь помочь. Пришлось провести небольшую магическую чистку местности, а также собрать доски, дабы заколотить норы. Затем я попросил у Рэндома разрешения удалиться, он удовлетворил мою просьбу, и
– Бедствие? В Амбере? – спросил Сухай.
Я кивнул:
– В залах Дворца Амбера произошло сражение между Единорогом и Змеем, следствием чего явились значительные разрушения.
– Что могло заставить Змея проникнуть так далеко в Царство Порядка?
– Вещь, которую в Амбере звали Камнем Правосудия, а Змей считает ее своим утерянным глазом.
– Я должен услышать всю историю.
Я принялся рассказывать дяде о невообразимой битве, опустив мои дальнейшие похождения в Коридоре Зеркал и в апартаментах Бранда. Все время моего рассказа взор Мандора блуждал со спикарта на Сухая и обратно.
Обнаружив, что я заметил это, он улыбнулся.
– Итак, Дворкин снова пришел в себя?.. – задумчиво произнес Сухай.
– Я не был знаком с ним раньше, – ответил я, – но, похоже, он понимает, что к чему.
– И королева Кашфы видит оком Змея?
– Не знаю, видит ли она им. Пока она лишь оправляется после операции. Но это интересная мысль. Что она сможет узреть, если будет видеть им?
– Чистые, холодные линии вечности, полагаю. То, что под Тенью. Смертному не под силу долго нести подобное бремя.
– Но в ней кровь Амбера, – сказал я.
– Что, опять Оберон?
Я кивнул.
– Ваш покойный сюзерен был весьма темпераментным мужчиной, – заметил дядюшка. – Тем не менее это достаточная нагрузка на зрение, хотя я могу лишь предполагать… исходя из кое-какого знания первооснов. Не имею представления, что может из этого выйти. Лишь Дворкин способен сказать – если он в здравом рассудке. Я признаю его мастерство, хотя никогда не знал, чего от него ожидать.
– Ты знаешь его лично? – спросил я.
– Я знал его, – ответил Сухай, – давным-давно, до всех этих невзгод. Ты говоришь, он снова в своем уме – я не знаю, радоваться этому или отчаиваться. Да, Дворкин мог бы принести великую пользу. Но интересы его могут быть прямо скажем безумными.
– Сожалею, что не могу просветить тебя, – сказал я. – Мне его действия тоже кажутся совершенно непредсказуемыми.
– И я сбит с толку, узнав о местонахождении Ока, – вступил в разговор Мандор. – Но все это пока выглядит частным вопросом отношений Амбера с Кашфой и Бегмой. Не думаю, что размышления способны продвинуть нас в этом деле. Лучше сосредоточить внимание на здешних проблемах.
Я
– Таких, как право наследования?
Мандор насмешливо поднял бровь.
– О, лорд Сухай уже просветил тебя?
– Нет, – ответил я. – Нет, но от своего отца я слышал так много о борьбе за трон Амбера – заговоры, интриги и хитрости, – что почти реально ощущаю, как довлеет эта тема над каждым разговором. Полагаю, среди членов наших Домов, где правят потомки Свайвилла, все пойдет тем же путем, только плюс еще несколько поколений.
– Мыслишь ты правильно, – согласился Мандор, – хотя я думаю, что здешний расклад можно упорядочить.
– Что ж, это уже кое-что, – сказал я. – Что касается меня, я собираюсь лишь отдать дань уважения и убраться ко всем чертям. Пришлите мне открытку, когда все разрешится.
Он рассмеялся. Он редко смеялся. Я ощутил покалывание в запястье, там, где обычно сидела Фракир.
– Он действительно не знает, – заключил Мандор, бросая взгляд на Сухая.
– Он только что прибыл, – ответил Сухай. – У меня не было времени ввести его в курс дела.
Я пошарил в кармане, нащупал монету и подкинул ее.
– Решка, – возвестил я, взглянув на ладонь. – Рассказывать тебе, Мандор. Что происходит?
– Ты не главный претендент на престол, – сказал он.
Пришла моя очередь смеяться. Что я и сделал.
– Это мне уже известно. Не так давно ты говорил за обедом, как велика очередь передо мной… А ведь я вдобавок полукровка, и стоит ли считать меня частью этого расклада – еще вопрос.
– Двое, – сказал он. – Двое впереди тебя.
– Не понял. А что случилось с остальными?
– Умерли.
– Что, эпидемия гриппа?
Мандор одарил меня гнусной ухмылкой.
– В последнее время прокатилась беспрецедентная волна роковых дуэлей и вероломных политических убийств.
– И что же преобладало?
– Убийства.
– Очаровательно.
– Итак, вас трое под опекой черного надзора Короны, и каждый из вас взят под охрану секретных служб своих Домов.
– Ты, похоже, не шутишь.
– Ничуть.
– Было ли это внезапное истощение рядов вызвано желанием множества людей одновременно достичь успеха? Или кто-то расчищает себе путь?
– Короне точно не известно.
– Кого именно в данный момент ты подразумеваешь под словом «Корона»? Кто сейчас принимает решения?
– Лорд Бансес из Дома Инобежца, – ответил Мандор, – дальний родственник и давний друг нашего усопшего монарха.
– Вроде припоминаю его. А не может оказаться так, что он сам положил глаз на трон или же стоит за одним из претендентов?