Принц Альберт
Шрифт:
Я не слышала ничего из того, что она сказала после слов: PR-команда… интервью… семейное собрание.
Всё это будет сосредоточенно на мне с Альби и на нашей пьяной свадьбе.
И на наших нынешних отношениях.
И все таблоиды окрасят их во что-то грязное, что-то омерзительное и предосудительное. Будет больше таких заголовков, как на бумаге, которую София держала в руках. Я уже могу представить их:
ПРИНЦ И СЕСТРА: ЭКСКЛЮЗИВНЫЕ
Кажется, меня сейчас стошнит.
Я сломя голову бегу в туалет. Голос матери по-прежнему вторит через всю комнату, пока она говорит больше с собой, чем со мной, разрабатывая стратегию вслух. Мои внутренности выворачивает наизнанку.
Паника сжимает грудь как тиски, сдавливая моё сердце, когда я опускаюсь на колени. Я пытаюсь сделать глоток кислорода, но не могу.
Я не могу сделать этого. Я не могу быть в центре скандала СМИ.
Я не могу позволить, чтобы наши отношения с Альби освещались перед всем миром, как будто это что-то похабное.
Я даже не разобралась в своих чувствах к Альби, будь то просто фантастический секс, или будь то что-то другое. Он заставляет меня чувствовать – это многое значит.
И я не могу представить, что весь мир будет наблюдать за нами.
Я просто не могу.
ГЛАВА 39
Альби
– Я должен был поговорить с тобой прежде, чем всё… Чтобы там не происходило сегодня.
Каждое произнесённое слово, кажется, прерывается звуком барабана, звучащим у меня в голове прямо сейчас, но всё, о чём я могу думать – это происходящее в голове Белль, стоящей передо мной.
Она выглядит… уставшей. И встревоженной.
– Ты должен уйти, – напряженно произносит девушка. – Кристин или кто-то другой из PR-команды может появиться в моей комнате в любую секунду.
– Белль.
Она отворачивается от меня.
– Нет. Тебя не должно быть здесь.
– Белль, посмотри на меня, – я иду через комнату и беру её руки в свои. – Это ничего не меняет.
– О чём ты говоришь? – спрашивает она, её голос пронзительный. – Конечно, это так. Это меняет всё.
– Всё будет хорошо, – говорю ей. Не уверен, лгу ли я больше ради неё или ради себя. – Это просто…
– Моя мама приходила сюда, – произносит Белль. – Она обвинила нас в том, что мы разрушили её отношения с твоим отцом. Это всё в газетах, Альби. Это по всему интернету.
– Не я стал причиной утечки информации, – говорю я. – Слушай, я рассказал отцу, но Дерек или кто-то с вечеринки, должно быть, слил остальное прессе или заинтересовал их настолько, чтобы действительно начать копать.
– Ты рассказал своему отцу? – она стряхивает мои руки и медленно
– Я рассказал ему, что мы поженились, – признаюсь честно.
Я опустил остальное.
Я трахаю Белль.
Я не могу перестать думать о Белль.
Мне кажется, я влюбился в Белль.
– Как ты мог так поступить? – спрашивает девушка, хмурясь. Она подносит руку к своему рту, качая головой. – Уходи.
– Белль, – начинаю я. – Мне всё равно кто знает.
– Тебе всё равно? – закричала она, задыхаясь. Думаю, она может заплакать, но не делает этого. Вместо этого смотрит на меня злым взглядом. – Ты никогда не задумывался, что это волнует меня? Или что это будет значить для наших родителей?
– Тебе не надоело ото всех скрываться? – спрашиваю я. – Теперь об этом знают все.
– Что все знают? – интересуется Белль. – То, что мы трахаемся? Ты не имел права об этом говорить, принимать решение за меня. Моя сексуальная жизнь – наша сексуальная жизнь – больше никого не касается.
–У нас был больше, чем просто секс, – отвечаю я.
Может, для неё это ничего не значило. Может быть, для неё все это было – просто секс.
– Мы поженились в Вегасе, когда были пьяны, – говорит она. – После этого мы немного поразвлеклись. Но ничего больше.
– Ничего больше?
Её челюсть сжалась, и она отвернулась.
– Это всё, что должно быть.
– Ты возвращаешься к этому придурку жениху? – спрашиваю я.
– Что? – визжит она. – Ты сошел с ума? Конечно, нет. Дело не в Дереке.
– Этот парень тебя не достоин.
Я хочу быть достойным тебя.
– Меня не нужно было спасать, – говорит Белль. – Ты просто… Ты побежал туда и ударил его из-за какого-то ошибочного представления о том, что тебе необходимо защитить мою честь, и теперь всё открыто. Все знают, Альби.
– Я знаю, что тебя не нужно было спасать, – произношу я. Моё разочарование усиливается. – Я спустился сюда, чтобы сказать тебе, что… Чёрт, я не так представлял наш разговор.
– Я не хочу, чтобы мои романтические подвиги распространились по всему СМИ.
– Думаешь, я хотел, чтобы всё это было освещено в газетах, Белль? – спрашиваю я.
– Я не знаю, что ты…
Стук в дверь прерывает то, что она собиралась сказать, и Белль выглядит чем-то разочарованной, прежде чем направиться к двери и открыть её. Девушка распахивает дверь, по-видимому, не заботясь, если кто-то увидит меня здесь с ней.
Кристин, глава PR-команды, смотрит туда-сюда между нами, очевидно, не уверенная в том, что происходит.