Принц Альберт
Шрифт:
Я хочу почувствовать его внутри меня.
– Ты кончишь на моём члене, Белль, - говорит он. – Я хочу тебя всеми возможными способами. И ты будешь умолять меня.
Скрытый трепет проходит сквозь меня от его слов, и я ненавижу себя за это. Я сжимаю свою челюсть, вырывая свои руки из его захвата. – Никогда, - произношу я. – И ты заблуждаешься, думая об этом.
И всё же, против своей воли, мне уже интересно, что он подразумевает, говоря, что хочет овладеть мной «всеми возможными способами».
Он посмеивается, и этот самодовольный
Затем он делает шаг назад, разворачивается и идёт к концу переулка, лёгкой походкой, как будто его ничто не волнует в этом мире. – Пойдём, дорогуша. Ной обязательно отправит поисковую группу за нами. Я не хочу, чтобы тебя поймали со спущенными штанами.
ГЛАВА 15
Альби
Белль игнорирует меня, сидя в вертолёте, в наушниках и скрестив руки на груди. Она практически обижается.
Я ненавижу, когда обижаются. Ненавижу это больше всего на свете. Я ненавижу нытьё и вздохи, пассивно-агрессивную хрень, которую я получаю от женщин, когда не хочу больше с ними встречаться. И это очевидно всякий раз.
Я должен ненавидеть то, как Белль сидит там, молчит, притворяясь, будто меня не существует.
Я должен ненавидеть то, как её нижняя губа слегка выступает вперёд, показывая своё недовольство.
Я должен ненавидеть то, как она была слишком дружелюбной весь остаток дня, и до смешного официальной: «Принц Альберт то» и «Принц Альберт сё».
Проблема в том, что я не ненавижу что-либо из этого. Я не ненавижу всё это.
Мне чертовски нравится это.
Мне нравится тот факт, что её нижняя губа, до сих пор остаётся припухшая от моего поцелуя, даже, по прошествии нескольких часов.
Мне нравится, что она на грани.
И мне нравится тот факт, что я знаю, почему она так раздражительна и находится на грани.
Мне нравится, что это из-за меня.
Я выполняю свой предполётный контрольный перечень в последний момент, когда Ной отвлекает меня. – Ваша сестра у Макса, сэр, - произносит он. – Нам нужно подождать несколько минут.
Макс вернул мою сестру из её поездки с Финном Ашером? Итак, эта мысль заставляет меня смеяться. Я ничего не могу с собой поделать. Алекс, должно быть, будет чертовски зла, когда вернётся. Я даже не могу себе представить, какой выговор телохранитель получает прямо сейчас.
Когда тёмный внедорожник останавливается на подъездной дорожке, Макс выходит из машины, и, открыв заднюю дверь, очевидно, спорит с моей сестрой некоторое время, прежде чем перекинуть её через плечо и направиться к нам. Алекс обрушивает длинный перечень ругательств, пока бьёт Макса по спине.
– У ваших телохранителей интересный способ выполнять свою работу, - произносит Белль, наполовину
– Если бы мы вернулись без Александры, мой отец уволил бы его, - говорю я ей.
Макс посадил Алекс на сиденье рядом с Белль, и Александра с отвращением посмотрела на него. – Когда мы вернёмся во дворец, я возьму нового телохранителя, - говорит она, и её голос становится всё громче, когда она произносит. – Такого, который не ведёт себя, как грёбанный пещерный человек.
– Ради Бога, Принцесса, - говорит Макс, занимая своё место. Он игнорирует её, когда Алекс называет его «хуесосом» и смотрит на меня. – Всегда готов, сэр.
Александра смотрит на Белль. – Может быть, ты должна вернуться в Америку, - произносит она. – Эту лучше, чем находиться в плену в собственном доме! – Она драматически вздыхает для пущего эффекта, опускаясь на своё место со скрещенными на груди руками.
– Что с тобой в последнее время? – спрашивает Прайс, хлопая меня по спине. Мы сидим наверху, в VIP-зале клуба, в котором мы часто встречаемся. Стены сделаны полностью из стекла и открывают вид на толпу снизу. Ну, клуб, который мы раньше часто посещали. Прошло уже несколько недель, когда я здесь был в последний раз, что в королевской терминологии – это практически целую жизнь. – Ты не был здесь с тех пор, как вернулся из Штатов.
– Ничего со мной не происходит. – Я потягиваю из стакана скотч, бутылка которого ст'oит больше тысячи долларов, сидя на мягком диване, в одном из самых эксклюзивных клубов в столице Протровии. Я должен быть доволен этим.
Вместо этого, Белль крутит мной как хочет, и я был так ослеплён похотью, что не мог ясно мыслить. Сейчас я уже выпил второй стакан скотча, пытаясь привести свою голову в порядок.
– Ты только что отказался от близняшек Лара, - сказал Прайс, кивнув в сторону двух уходящих женщин. Ной стоит около двери в комнату, кивая нам, чтобы посмотреть, хотим ли мы впустить ещё одну пару женщин для замены ушедших. Прайс поднимает руку, чтобы запустить очередных девушек, но я останавливаю его.
– Какого чёрта? – спрашивает он. – Когда это ты стал монахом?
Я пожимаю плечами, пытаясь показать беззаботность, которую не ощущаю. – Прости, если я не хочу засовывать свой член туда, где уже побывало много парней.
– Близняшки, Альби, - произносит он, закатывая глаза и прислоняясь спиной к мягкому дивану. Он отпивает из стакана водку на пару пальцев, проглатывая это количество за один глоток. – С каких пор тебе стало небезразлично, кто засовывает свой член до тебя?
– Заткнись. – Я не могу вспомнить ни одного раза, кроме сумасшедшей бывшей, когда я даже не удосужился узнать имя девушки. Ну, может быть несколько раз, когда я спал с женщинами, которых уже знал в обществе – графинь, герцогинь, такими людьми. Но они были незапоминающимися.