Прикосновение
Шрифт:
Барни ополоснул руки под теплой струей и дал облить себя с ног до головы, вместе с руками и ногами, при этом Бендикс каждый раз водил вокруг него своим счетчиком, и по мере того, как тот медленно колыхался у Барни над головой, кожа у него на шее стягивалась и на ней ощущались покалывания. Наконец – после того, как прошла, казалось бы, целая вечность – счетчик в руках Бендикса удовлетворенно дал знать, что Барни чист от заражения.
– Как же эта чертова дрянь сюда попала? – полюбопытствовал Барни.
Бендикс, слишком занятый своим
– Но как? Господи, он же уверял, что там все чисто. Да и по радио, и по телевизору сказали, что нет никакой опасности.
– Послушайте, – в нетерпении проговорил Бендикс, – мистер Гэрсон все объяснит, когда мы…
– Произошла утечка, – объяснил Макнайт, – через вентиляционную трубу. И, когда недели три назад включили систему воздушного кондиционирования, радиация попала к Максу в кабинет. И он разнес ее по разным местам, включая свою машину и вашу.
Эти слова повисли в теплом ночном воздухе, прежде чем взорвались, обретя смысл. Карен вздрогнула, и Барни, ощутив холодок в груди, понял почему. Макнайт развязал тесемку на одном из плиофильмовых [18] мешков, достал из него что-то вроде больничного халата и велел Барни надеть его.
– А теперь, миссис Старк, будьте любезны… – все тем же мягким, извиняющимся тоном проговорил Макнайт.
Она перепугалась, и Барни не нашелся чем ее утешить. Бендикс поднес к ней счетчик Гейгера.
18
Плиофильм – прозрачный водонепроницаемый материал.
– Платье, – сказал он, указывая на прибор.
– Но я только недавно его купила, – тяжело выдохнула она. – Такое красивое платье! Как же оно могло?..
– От ваших или его рук, а может, от одежды в шкафу.
– Но я его даже еще не вешала в шкаф. Только-только достала из коробки.
Бендикс пожал плечами, и слово опять взял Макнайт:
– Простите, миссис Старк. Так нужно. Я знаю, что€ вы переживаете, но это для вашей же безопасности. Прошу вас!
Она подчинилась его голосу, сняла с себя платье, а потом стянула комбинацию. Барни начал было возражать, но Макнайт, видя, что ее бюстгальтер фонит, снова извинился.
– Мы не взяли с собой в бригаду женщину. Вызов был срочный.
– У нас все вызовы срочные, – буркнул Бендикс.
– Не обращай на него внимания. Мы уже тридцать шесть часов пашем без перерыва. Днем были в Кливленде, дома у мистера Прагера, а потом нас выдернули сюда. Давайте поступим вот как, мистер Старк. Вы возьмете счетчик Гейгера – ей тоже придется полностью раздеться – и проведете им по всему ее телу.
– Это необязательно. – Голос у Карен прозвучал с таким надломом, что они строем воззрились на нее с
Повозившись с застежкой бюстгальтера, она сняла его и так и осталась стоять, демонстративно дрожа в желтом свете. Счетчик обнаружил радиоактивные следы на обеих грудях и бедрах. Несмотря на ее вызывающе беспечное поведение, оба гостя отвернулись, когда она стала обмываться. Барни собрался было ей помочь, но она отстранила его.
– Оставь меня. Не подходи.
Когда она закончила, они еще раз осмотрели ее. Прибор защелкал в обычном печальном ритме, показывая, что радиационный фон в норме. Зараза полностью вышла из нее, не оставив ни малейшего следа на ее коже. Затем Бендикс поднес счетчик к ее голове.
– Проверим ваши волосы для верности.
Она отпрянула в сторону.
– Там ничего не может быть. Я вычесываю их по утрам и вечерам.
– Эти частицы столь малы, что вы не можете знать точно, вычесали их полностью или нет, – заметил Макнайт. – А рисковать мы не можем, мистер Старк. Сами понимаете, мы не стали бы настаивать, не будь в этом безусловной необходимости.
Радиоактивные следы обнаружились в двух местах. Один – на затылке, посередине, другой – на волосистой части кожи головы спереди. Она услышала потрескивание и подняла руку, собираясь прикоснуться к волосам, но Макнайт ее остановил.
– Не стоит. А то еще разнесете.
– Волосы придется остричь, миссис Старк. – Бендикс извлек из кармана комбинезона ножницы.
– Я все смою. Не сумела вычесать, так сумею смыть, правда?
Макнайт покачал головой.
– Ничего вы не смоете. Да и время поджимает. Лучше остричь.
– Если не желаете, чтобы случилось что-нибудь похуже, – заметил Бендикс. – Иначе волосы у вас скоро выпадут сами.
Макнайт приблизился к нему вплотную.
– Не стоило говорить об этом прямо сейчас.
– Рано или поздно она бы и сама это поняла. Так что пусть знает – дело это нешуточное.
Она содрогнулась – точно от удара и пошатнулась – от напряжения. Барни хотелось ободрить ее, но приближаться к ней было нельзя. Да и потерять ей предстояло разве что часть волос, не больше.
– Мне действительно жаль, – проговорил Макнайт, беря у Бендикса ножницы, – и давайте скорее заканчивать.
Он наклонил ее голову вперед и, водя перед собой счетчиком Гейгера, осторожно принялся за стрижку.
– Постараюсь не отстричь ничего лишнего.
Но все оказалось не так-то просто, и к тому времени, когда счетчик стал отмечать нормальный фон, почти четверть ее волос лежала на бумаге, которую он подстелил, чтобы их собрать. Часть волос упала ей на плечи и грудь, и Макнайту пришлось проверять все это на радиоактивность снова и снова. Затем он отступил назад, извлек из плиофильмового мешка другой халат, аккуратно развязав наружную тесемку, и передал его Карен.
Она набросила на себя халат, плотно закуталась в него. И лишь тогда мельком взглянула на Барни.