Приказ Императрицы
Шрифт:
– Итак, чем занимается твой капитан? Кому подобные сообщения шлёт?
– Я не посвящён в такие подробности жизни моего капитана, - с удивлением смотрел Иван.
– Однако,... могу уверить Вас, Ваше Величество, он бы никогда не стал строить интриг против России.
– Рука его?
– ткнула в письмо пальцем Императрица.
– Не могу быть уверенным в том, - поднял бровь Иван.
– Хорошо, - выдохнула государыня.
– Не буду больше тебя мучить. Разберёмся с твоим капитаном. Обождём, пока прибудет сам. Мы его ждём с нетерпением, а пока...
– взглянула она на его перевязанную руку.
– Вывих, рана в груди, Ваше Величество, - поклонился Иван.
– Только повязку сию я завтра уж сниму. Мешает, да и ни к чему она.
– Упрямишься опять, - улыбнулась Императрица и вздохнула.
– Хорошо... Ты ступай, ступай. Из дворца только пока ни ногой. Тебе сообщат о дальнейших действиях. Можешь, кстати, полюбоваться, как мои фрейлины сейчас будут готовиться к балу. Они искусно танцуют, благодаря чудесному учителю танцев. Не пропусти. Сходи туда непременно!
– Благодарю, Ваше Величество, - поцеловал Иван её руку.
Он покорно откланялся и вышел в пустой коридор. Арапы двери в кабинет государыни закрыли, но было слышно, как она тут же позвонила в колокольчик. Иван не стал ждать более, помчавшись скорее на улицу, где надеялся застать Василия, но там не было уже никого, кроме проходящего мимо слуги...
– Голубчик!
– окликнул его Иван.
– Ты не видел двух господ,... капитана и его спутника? Куда они отправились?
– Капитана?
– поднял тот удивлённо бровь.
– Слышал... Уехали они уж. Исполнять приказ государыни отправились. Видать, вернутся, коль турки не уничтожат.
– Турки, - прошептал Иван и взглянул на ворота дворца, куда, как понял, и уехал Василий...
Что-то на душе осталось тревожное, нежеланное, но время и обстоятельства оказались правителями случившегося...
Глава 16
Зима свирепая исчезла,
Исчезли мразы, иней, снег;
И мрак, всё в мире покрывавший,
Как дым рассеялся, исчез.
Не слышим рева ветров бурных,
Страшивших странника в пути;
Не видим туч тяжелых, черных,
Текущих с севера на юг.
Весна с улыбкою приходит;
За нею следом мир течет.
На персях нежныя Природы
Играет, резвится Зефир.
Дождь тихий с неба к нам лиется
И всё творение живит;
В полях все травы зеленеют,
И луг цветами весь покрыт.
Уже фиалка распустилась,
Смиренно под кустом цветет,
Амброзией питает воздух;
Не ждя похвал, благотворит.
На ветвях птички воспевают
Хвалу всещедрому творцу;
Любовь их песни соглашает,
Любовь сердца их веселит.*
Прочитав
– Не я сочинил, но... для тебя вся страсть души.
– Простите?
– только и успела вымолвить Настя, как оказалась уже в одной из комнат, куда завёл Владимир.
Удалившись с нею, он радовался, будто одержал победу. Настя отдёрнула руку и скорее отошла за кресло к камину, в котором вместо огня стояла большая ваза, полная цветов. Позавидовав их красоте, той жизни, которая радовала, пусть и была короткой, она наполнилась большей тоской:
– Если бы не слуги вокруг, я бы кинулась к нему.
– Милая Настенька, - достал из кармана камзола небольшую коробочку Владимир и вложил ей в руки.
– Прими мой скромный дар... От сердца, полного любви.
– Владимир Александрович, - помотала головой Настя, но открыла коробочку, в которой красовалось несколько красиво обёрнутых в атласные ленты конфет.
Она немедленно хотела отдать сию бонбоньерку обратно, но Владимир поднял руки, не желая взять:
– Нет-нет, оставьте себе или выкинуть не побойтесь!
– Владимир Александрович, умоляю, - взволнованно смотрела Настя и отставила бонбоньерку на столик.
– Настенька, - встал Владимир позади неё и крепко обвил руками вокруг.
Он вдыхал аромат её шейки, нежно касаясь губами, и чувствовалось, как возрастала в нём страсть:
– Молю... Поверь, твоё будущее может стать обеспеченным, красивым... Я сделаю тебя своей принцессой, кем угодно, лишь бы ты ни в чём не нуждалась... Откажешься, пройдут года, будешь жалеть.
Настя чуть оттолкнулась, и Владимир выпустил из объятий. Она попятилась спиной к выходу, мотая головою и не находя больше слов. Владимир оставался стоять на месте. Он смотрел с усмешкой в ответ и кивал.
Только вышла за порог, Настя сразу поспешила уйти подальше. Вернувшись в свою спальню, она скорее закрыла дверь и облокотилась на неё спиной, расслабленно выдохнув...
– Вернулась уже? Так быстро урок с Татьяной прошёл?
– вопросила раскладывающая на постели роскошное белое платье Аделина.
– Аделиночка, - тут же обняла её наполнившаяся счастьем Настя.
– Какие занятия?! Ванечка вернулся! Он здесь! Он здесь и поможет!
– Да ты что?!
– Аделина радостно закружилась с нею по комнате.
– Виват!
– Он рядом, - прижала Настя руки к груди и отошла к окну.
– Как он смотрел... Только ранен он в руку или грудь.
– Хорошо, что жив остался! Слушай, танцы сейчас будут с фрейлинами. Надо бы тебе с ними поупражняться, вспомнить, - стала Аделина помогать Насте переодеваться.
– Помнишь ещё, как мы жили?
– Конечно помню. Мы с Кристой часто танцевали вместе, - улыбнулась Настя, вспоминая годы с подругой.
– Даже переодевались друг в дружку! Представь, когда мы обе в платье богатом, или в платье прислуги, то нас сразу так с первого взгляда и не различишь!