Приходит ночь
Шрифт:
Дети настаивали, чтобы она пошла в студию и послушала, как они играют на музыкальных инструментах. Брин тут же принялась протестовать против того, как по-варварски дети обращаются с оборудованием группы, но Ли успокоил ее движением руки. Она выслушала их какофонию на барабанах, клавишах и гитаре, потом настояла на том, чтобы грохот прекратили хотя бы на время.
Гейл смеялась и говорила, что в любую секунду могут подвезти пиццу. Услыхав, что пицца на подходе, мальчики, счастливые, бросились вниз по лестнице,
— Думаю, после ужина — если ты будешь к этому готова — мы можем поехать к тебе в город и заняться фотографиями.
Брин поколебалась секунду, потом отрицательно покачала головой. Она смотрела на Ли, неуверенно улыбаясь.
— Если мальчики уедут завтра утром с твоей сестрой и ее мужем, я бы хотела провести остаток дня с ними. Ведь один день ничего не решает, правда?
Ли бросил на нее долгий взгляд, потом слегка улыбнулся:
— Да, один день ничего не изменит. — Он взял ее за талию и повел вон из студии. — Ты ведь любишь пиццу, правда?
Она сморщила нос.
— Абсолютно с чем угодно, кроме анчоусов.
— Никаких анчоусов, да? Что ж, придется привыкать к жизни без анчоусов.
Брин рассмеялась, но ее радость быстро померкла.
— Ли, я так боюсь того, как мальчики воспримут это.
— Они воспримут это наилучшим образом! Не беспокойся. Все малыши обожают гонять на вольном воздухе.
— Я не уверена, — произнесла Брин с сомнением. — Теперешние дети любят игрушки вроде Бэтмена. И Нинтендо. Компьютерные игры и…
— И перестань нервничать, Брин. Все уладится, я тебе обещаю. Пошли, надо получше провести этот вечер.
Вечер прошел лучше некуда — так хорошо, что Брин хотелось, чтобы он никогда не кончался. В половине шестого прибыли Эндрю и Барбара, за ними подтянулись Мик и Перри. Мик сел к роялю, наигрывая мелодию за мелодией. Каким-то образом внизу очутились две гитары, и Брин с удивлением наблюдала за тем, как Ли взял одну из них у Эндрю, который, в свою очередь, подсел к Мику за рояль.
— Только не говори мне, что ты еще и на гитаре играешь, — сказала Брин.
Он только пожал плечами, а Брин отсела на раскладной диван вместе с Эдамом, удобно устроившимся у нее на коленях.
А Ли действительно играл на гитаре. Она с восхищением наблюдала за его ловкими пальцами, перебиравшими струны.
Мик быстро переключился на мелодии битлов, а когда он принялся поддразнивать Брайана, тот высказал ему с большим апломбом что, да, разумеется, он знает, кто такие битлы. Он доказал ему это, спев от начала до конца, слово в слово, «Желтую подводную лодку»
Ужин решили заменить бутербродами, но Гейл приготовила огромную миску салата и принесла многоярусную вазу со свежими фруктами.
После того как они поели, Брин проводила их наверх. Гейл и Барбара устроили все наилучшим образом. В той половине дома, что предназначалась для гостей, в одной из комнат они поставили детскую кровать рядом с двуспальной. Пижамки детей лежали под подушками, а их зубные щетки были аккуратно выстроены в ряд на полке в ванной комнате. Брин стала помогать детям переодеваться, решив затем, что сейчас самое время поговорить с ними.
— Как бы вы отнеслись к тому, чтобы отправиться в путешествие? — спросила Брин с энтузиазмом.
Вот тут-то все и случилось. Три пары подозрительных глаз обратились к ней.
— Как это? — спросил Брайан заметно дрожащим голосом.
Брин улыбнулась, однако ее лицо наверняка выглядело как маска и выдавало ее чувства.
— Гейл — это сестра Ли, вы знаете. Она и ее муж собираются поехать повидаться с дедом Ли. Он — настоящий американский индеец.
— А Ли — он тоже настоящий индеец?
Двусмысленная терминология — вот что ее может спасти, подумала Брин. Дети в школе выучиваются всему слишком быстро, подумала она с сожалением.
— Конечно, настоящий! Или настоящий наполовину. Или… ох, не имеет значения! Вы специально притворяетесь, что не понимаете! Дедушка Ли живет на холме у бурной реки, и живет так, как индейцы жили сотни лет назад! — Они все еще смотрели на Брин непонимающе. — Он живет в вигваме, — настаивала она. — Настоящем вигваме.
У Эдама начали дрожать губы. По щечке покатилась большая слеза.
— Ты хочешь прогнать нас, да?
— Нет! — запротестовала Брин. — Я просто хочу устроить вам небольшие каникулы, вот и все. Эдам!
Сжав маленькие ручки в кулаки, Эдам, пробежав мимо Брин, ринулся в коридор. Брин бросилась за ним, но только для того, чтобы остановиться в дверях, когда увидела, что навстречу идет Ли с вопящим Эдамом в высоко поднятых руках..
— Что тут происходит? — поинтересовался он.
Эдам продолжал надрываться, а Брайан с вызовом глянул Ли в лица:
— Нас выгоняют, да?
Брин с упреком поглядела на Ли. «Что, не выходит, да?» — спрашивали ее глаза.
— Ты собираешься жениться на нашей тете? Поэтому ты хочешь от нас избавиться?
— Что?! — поперхнулся Ли.
Потом он рассмеялся, посадил Эдама на кроватку, сел рядом и протянул руку Брайану.
— Пойди сюда, — сказал Ли тихо, — нам надо поговорить.
Брин, которой хотелось провалиться сквозь землю, наблюдала за тем, как Брайан смотрит на руку Ли. Через некоторое время он все-таки взял ее и подошел поближе к Ли.