Приговор
Шрифт:
Вика назвала Виктора по фамилии и стала совсем чужой. Неужели в одном человеке могут жить два совершенно противоположных человека. Неужели можно быть и милой, и доброй, и злой, и колючей? Он совсем не знал своей Вики, ее духовного мира. Любовь закрыла ему глаза. Он видел только самую хорошую, самую добрую любимую девушку и совсем не знал, какая она может быть. Вика еще долго объясняла ему, как вести себя со следователем, что говорить на суде. И во весь остаток времени, которое пролетело как один миг, она не сказала ничего о себе. На вопрос, как она, Вика махнула рукой. Нормально. Главное тебе вылезти отсюда любой ценой.
– Как вылезти, а если я действительно убил человека!?
–
Виктор словно не понимал, о чем она говорит, или она тоже совсем его не знала.
Дверь открыли:
– Заканчиваем, - голос контролера.
– Свидание окончено.
Вика снова улыбнулась и будто маску сняла. С лица сняла одну, надела другую.
– Все, котенок. Я верю, все будет хорошо. Удачи тебе.
Отключили телефон. Вика еще что-то показывала жестами, улыбалась. Виктор оцепенел. Она ничего не сказала о себе. Придет ли она еще? Почему не была так долго? Он хотел задать ей сто вопросов, но не задал ни одного и не получил ни одного ответа. Вот и простая, всегда открытая Вика, она была, и словно ее не было совсем. Всю дорогу он шел молча, опустив голову. Женщина-контролер попыталась завести с ним разговор, но, посмотрев на него, тоже замолчала. Всю дорогу, до камеры. Всех уже увели с рабочего цеха на обед. После обеда, в два выводили снова, до пяти. Виктор молчал и в обед, и в цеху. Фикса подошел, о чем-то хотел заговорить, но, глянув в хмурое, задумчивое лицо Виктора, отошел, не задав ни одного вопроса. В три снова пришла женщина-контролер с комнаты свиданий. Снова назвали фамилию Виктора.
– Ты б говорил, чтоб вместе приходили, что они по одной идут, - с наигранным недовольством говорила она Виктору, выходя из рабочего цеха.
– А кто пришел?
– Захарова Галина Ивановна, жена, наверное? Сначала любовница, потом жена. Два свидания в день. Кто разрешил? Блатной сильно и городские обе, не издалека приехали, - ворчала контролерша.
Они зашли в коридор пищеблока. Евгения Ивановна встретила их у дверей овощного цеха.
– Лариса, ты чего его весь день водишь?
– улыбнулась заведующая как старым знакомым.
– Да бабы его достали. Сначала любовница, потом жена, - контролер развела руками.
– Весь день вожу. Надо сходить в оперчасть, кто разрешает по два свидания.
– Хватит тебе придираться к парню. Все правильно, сначала кого любит, пришла. Потом, кто ждет. Правильно.
– Евгения Ивановна посмотрела на Виктора.
– Это сестра моя, - раздраженно проговорил Виктор и почему-то покраснел.
– А краснеешь почему, если сестра?
– заметила Евгения Ивановна и улыбнулась, глаза их снова сошлись. Виктор хотел казаться раздраженным, даже злым, но почему-то это ему не удалось, он тоже улыбнулся, первый раз после свидания с Викой.
С сестрой Галиной, которая старше Виктора на три года, еще с детства были разногласия. Властолюбивая и настойчивая Галина и добрый бесконфликтный Виктор были полной противоположностью. И если о разных людях и говорят: "черное" и "белое", этим как бы подчеркивают полную несходность характеров, то это именно о Захаровых. Если и было в чем сходство, то это в настойчивости, от отца. Иван Егорович с первых сознательных лет их жизни внушал детям быть целеустремленными, добиваться всего в жизни самим, преодолевая все трудности.
Виктор все делал сам, не терпел даже малейшего послабления от учителей в школе. Лев по гороскопу, он даже сказанную авансом похвалу всегда старался оправдать. Пусть при этом он будет учить всю ночь. Сестра, Скорпион, властная по натуре, всегда добивалась своей цели, но в отличие от брата, любым путем и совсем не
– Уйдет парень, не беда, найду три, еще лучше, - говорила она своим подругам еще в институте, которые страдали от неразделенной любви.
– А лучше иметь их сразу два или три. Я так всегда делаю, - призналась Галина и весело засмеялась.
И было невозможно понять, шутит она или говорит серьезно. Тем более близких подруг, с которыми можно открыть свою душу, как это бывает в студенческом возрасте, у нее просто не было. Были сокурсницы. Потом, когда еще и закона о кооперативах официального не было, но, зная, что он скоро появится, стали уже полулегально создаваться кооперативы, Галина стала дружить с сыном тогда еще председателя облисполкома Сашей Воробьевым. Роман бурно развивался и все стали звать Галину невестой Воробьева. Эта дружба ввела Галину в элиту области, она стала посещать вечера, где собирались первые люди. В те годы это были в основном партийные функционеры. Потом они вместе с Сашей создали кооператив "Веста", очень успешно работавший, разумеется, под негласным патронажем Сергея Павловича, отца Саши.
После разрыва с Воробьевым Галина закружила роман с Игорем Григорьевичем Елышевым, женатым, заместителем председателя облисполкома, он был старше ее на четырнадцать лет. Но принцип - любые средства хороши для достижения цели - всегда был важнее морали для Галины Захаровой. Теперь она хозяйка ресторана "Донские зори" и салона красоты "Фея". Правда, эти все кооперативы не частная собственность, но львиная доля дохода доставалась ей. Общество только начинало расслаиваться, и клиентками салона красоты были в основном жены тех же партийных работников или успешных кооперативов, холеные и высокомерные. Но ничего, для достижения цели можно прогнуться.
Галина была уверена, кооперативы - это переходный этап на пути к частной собственности. После последнего разговора с Елышевым, он долго не звонил ей, и, когда позвонил, Галина поняла, кафе "Пирамида" будет ее, за ее назначенную цену. Она даже невольно пожалела: "Много ему, сволочи, предложила". Наверное, из всех своих многочисленных мужчин, Елышева она не просто не любила, она его ненавидела, но почти полтора года она изображала верную, преданную любовницу. Все, наверное, в нем ее раздражало. Его высокомерие, излишняя полнота, даже носки пахли не так, как у других. И сейчас, столкнувшись с новым в советской истории явлением, как "поборы" или "рэкет", она вовремя сама сделала шаг навстречу, даже стала своим человеком, получив процентную льготу.
Такой была Галина Захарова, "железная леди", первооткрывательница русского бизнеса. Виктор не очень был привязан к сестре, но сейчас был искренне рад ее приходу. Высокая, стройная, в норковой шубе нараспашку, с белым пушистым шарфом, Галина и вправду была красавица. Она явно была чем-то возбуждена, жестикулировала руками, разговаривая с кем-то за дверью.
– Много передали, говорят триста пятьдесят грамм лишнего, - сообщила она брату, и Виктор весело рассмеялся.
Галина в своем стиле. Она всегда добьется своего, даже если перевес будет три с половиной килограмма.