Приговор
Шрифт:
Голова Роберта соскользнула с плеч с болезненным, влажным стуком. Его взгляд расширился. Его тело обмякло и рухнуло на пол.
Она застыла, сжимая косу, как будто её жизнь была потеряна, если она отпустит её. Она кого-то убила. Снова. В голове у неё стало легко. Она опустилась на колени рядом с распростёртым обезглавленным телом Роберта, опираясь косой на пол. Её конечности весили тонну, а голова начала пульсировать. Она взглянула на изломанное и окровавленное тело Роберта.
Розовые трусики Одина, она убила Роберта. Он мёртв. Ушёл. Всплыли образы обезглавленной
Её продолжало рвать до тех пор, пока её желудок не опорожнил всё своё содержимое.
— Ты хорошо справилась, Эйнин, — раздался позади неё мягкий и ласковый голос Коула. — Ты убила его косой?
— Да. — Она взглянула на беспорядок. Её мир перевернулся, а желудок сжался. — Почему у тебя такой вид, будто ты проглотил жука Сефтона?
— Ты хорошо поработала, — повторил он. — Использование косы означает, что ты окровавила лезвие после того, как стала с ним связана. В дополнение к получению полного доступа к грозной магии косы, теперь ты можешь завершить восхождение к своему положению Королевы Воронов и обладать властью, которую она предоставляет.
— Ещё раз, почему ты выглядишь таким грустным?
— Я не желал этого для тебя.
Её пальцы сжали гладкое древко косы.
— Потому что я не убийца.
— Нет, ты нет. Вот почему я никогда не упоминал о секрете разблокировки Косы Воронов или об истинной стоимости твоей мантии.
Коул присел на корточки рядом с ней, его тепло и тени создавали успокаивающий тихий уют.
— Но ты сделала то, что должна была сделать, чтобы защитить тех, кого любишь.
Она повернулась к нему, выражение его лица было открытым, брови приподняты, как будто ему было больно. Может быть, он вспомнил, что заставило его стать убийцей.
— Так вот почему ты начал убивать? — спросила она.
— Нет, Эйнин. — Он протянул руку и помог ей встать на дрожащие ноги. — Тогда я не знал любви.
— Ой.
— Я не знал любви до сих пор.
Интенсивность его взгляда угрожала утопить её. Он любил её? Он только что это сказал?
— Не отсылай меня снова от себя, Эйнин. У меня не хватит духу оставить тебя такой уязвимой. — Его взгляд метнулся к пистолету, лежащему на полу сбоку от тела Роберта, а затем к косе в её руке. Его тени окутали её. — Ты должна была подождать меня.
— Роберт не получил сообщение.
Коул сердито уставился на тело, как будто обдумывал реанимацию только для того, чтобы самому лишить Роберта жизни.
Она скользнула рукой по его лицу и вернула его внимание к себе.
— Роберт ушёл, и я в безопасности.
Его хватка на её руках усилилась.
— И ты не можешь ходить вокруг да около и делать сладкие заявления, когда я только что выплюнула все свои внутренности. Я не могу поцеловать тебя прямо сейчас.
Коул усмехнулся и притянул её к теплу своего тела. Его руки крепче обняли её. Его глубокий голос обдал её кожу, когда он прошептал:
— Ты для меня — всё. Ты — свет, прогоняющий тени из моего сердца. Ты — причина моего безумия
Поскольку поцелуи были запрещены, она вместо этого прильнула к нему. Она закрыла глаза и сжала его, прижимаясь к нему всем телом как можно сильнее, надеясь выразить всё, что было у неё на сердце, так как слова, очевидно, подвели её. Конечно, у неё было много вопросов и список вещей, которые ей нужно было выяснить, но прямо сейчас, прямо здесь, ей не нужно было думать. Просто чувствуй. Наслаждайся объятиями Коула и позволь своему разуму плыть по течению и мечтать о возможностях. Реальность вернётся достаточно скоро.
Эпилог
Господи, какими глупцами могут быть эти смертные!
— Уильям Шекспир
Рейвен сидела с Майком за столом в зале заседаний вместе со Скоттом О’Халлораном, представителем Службы компенсации работникам Британской Колумбии, с одной стороны, и Эми Беннет, суперинтендантом школьного округа, с другой. Майк был одет в рубашку с длинными рукавами, чтобы прикрыть руки. Гипс наконец сняли, оставив его руку с бледной кожей. Он не мог скрыть желтизну на лице от заживающего синяка под глазом, но, по крайней мере, опухоль на щеке и челюсти спала.
С небольшой царапиной на лице Рейвен выглядела более презентабельно в брюках и рубашке, но внутри у неё был полный беспорядок. Реальность вернулась в тот момент, когда Коул оставил её в спальне в подвале. Она забрала другую жизнь, у неё был редкий бриллиант, который каким-то образом защищал её, и ей нужно было выяснить, как блокировать порталы для Бэйна. Когда и как она найдёт способ понять или справиться с любой из этих вещей, было очень важно, но ей пришлось нажать на паузу в этой части своей жизни и сначала разобраться с текущей ситуацией.
Келли Клементин вошла в комнату в блейзере, подходящей юбке и туфлях на плоской подошве. Она выбрала свежее лицо без макияжа, вероятно, надеясь, что мешки под глазами помогут её делу. Дизайнерские духи, которыми она пользовалась, заполнили комнату, и представитель её профсоюза вошёл в зал заседаний следом за ней.
Представитель СКБК встал и махнул рукой в сторону кресел напротив них.
— Мисс Клементин. — Он повернулся к представителю профсоюза. — Макс, рад снова тебя видеть.
(СКБК — Служба компенсации работникам Британской Колумбии)
— Я не знаю, зачем вы притащили нас на эту встречу, — сказал представитель профсоюза. — В соответствии со статьей G.111.1 коллективного соглашения Келли имеет право на льготы во время отпуска по болезни, и она добросовестно сообщила об инциденте на рабочем месте.
Они сели. Пластик заскрипел, и колеса покатились по защитному коврику под столом. Келли вздрогнула и заёрзала на стуле, как будто это действие повредило её «больной» спине. Какая актриса.
Может быть, у неё болела задница от занятий твёркингом в выходные.