Приговор
Шрифт:
Может быть, она могла бы протиснуться мимо и проскользнуть в машину незамеченной и без того, чтобы он схватил её?
— Если Коул думает, что это может подождать, пока я не обучусь древним способам тёмной магии фейри, тогда это может подождать.
Бэйн сложил руки на своей массивной груди.
— Ты никогда не овладеешь хитросплетениями тёмной магии фейри — Тёмного мира, — а Коул слишком заботится о твоём благополучии.
— Это не так уж плохо.
Бэйн проигнорировал ее и продолжил:
— Он слишком сосредоточен
Прощальный удар Коула в Бэйна прокрутился у неё в голове. Почему Лорд Войны не мог справиться с ситуацией? Он должен был быть крутым из крутых. Или мирный договор Одина помешал ему действовать? Всеотец приказал не допускать ненужного насилия или неспровоцированного кровопролития на смертной стороне ныне разрушенного барьера.
— Я думаю, что Камханайч прекрасно понимает ситуацию. — Голос Рурка раздался из тени за несколько секунд до того, как деформатор оружия вышел на свет.
Рейвен глубоко вздохнула.
— Рурк. — Бэйн выплюнул это имя, как будто оно было отвратительным на вкус. — Рабство тебе не идёт.
Рурк сверкнул неровными зубами и повертел в руке кинжал, как будто в этом не было ничего особенного. Его кожа пульсировала голубовато-серым, а металл оружия сверкал.
Её птички оживились.
— Я не согласен, — сказал он. — Я нахожу служение мастеру, который внушает уважение, глубоко удовлетворяющим.
Брови Рейвен взлетели вверх. О боже. Здесь есть история. Вероятно, ей следовало бы убежать, пока её охрана отвлекала большого плохого повелителя фейри, но, как пикантная сцена в мыльной опере, она не могла отвести взгляд.
Бэйн усмехнулся и шагнул к другому фейри.
— Ты действительно думаешь, что у тебя есть шанс против меня?
Ухмылка Рурка стала шире. Его кожа снова запульсировала, когда он вложил больше энергии в теперь светящееся оружие.
— Давай выясним.
— Ты проиграешь.
Помнил ли кто-нибудь из них, что она стояла прямо здесь? Судя по тому, как они спорили, она с таким же успехом может придвинуть стул, взять немного попкорна и устроиться поудобнее.
— Кого ты пытаешься убедить? — Рурк покрутил кинжал на кончике пальца. Солнечный свет отражался от поверхности. Либо у него были стальные мозоли, либо ему нужно было наточить своё оружие. Или… магия.
Бэйн зарычал.
— Я могу проиграть, но это будет не быстро, и ты не уйдёшь невредимым. Сколько вреда ты готов понести, чтобы приставать к ней? — Он кивнул на Рейвен. О, смотри. Он не забыл о её существовании. Повезло ей. — Ты рискнёшь оставить шрамы на этом хорошеньком личике?
Бэйн вскинул руки в универсальном жесте раздражения.
— Я не причинял ей вреда.
— Пока.
— И я не собирался этого делать.
— Пока.
— Я хотел поговорить, — прорычал Бэйн.
Рурк остановил свой кинжал, вращающийся в воздухе, и вложил его в ножны.
— Что ты
Если бы во взгляде Бэйна были настоящие кинжалы, Рурк был бы пронзён на месте без малейшего шанса нанести ответный удар. Нет. Вместо того, чтобы выразить своё недовольство ими обоими — эмоции были ясно написаны на его лице — Бэйн бросил диск портала на землю и исчез в красной дымке в тот момент, когда он встал на место.
После того, как Бэйн удалил свою негативную энергию из их присутствия, Рейвен повернулась к Рурку.
— Как долго ты следил за мной?
Он пожал плечами.
Он не мог следовать за ней, пока она была в форме птицы, если только у него не было больше навыков, чем она знала. Её волосы также завивались в его присутствии, так что она бы обнаружила его раньше, если бы он притаился поблизости. Должно быть, он засёк машину. Жан-Клод выделялся, так что заметить и проследить за её машиной не составило бы для него труда.
— Ты собираешься следовать за мной в какой-нибудь неприметной машине? — спросила она. — С таким же успехом ты можешь запрыгнуть ко мне.
— Не то чтобы я не ценил это предложение. — Рурк бросил настороженный взгляд на Жан-Клода и вздрогнул. — Но я прячусь не от тебя.
— Мог бы одурачить меня. — Она разблокировала дверь машины и рывком открыла её.
— Элемент неожиданности часто является столь необходимым преимуществом в бою.
Рурк говорил так, как будто она была младенцем. Спасибо, приятель. Как будто всё пошло не так.
— Тогда почему ты не метнул нож в Бэйна из тени? — Рейвен мало что знала об деформаторах оружия, но у них была возможность убедиться, что их цель верна. Им нужно было только увидеть свою цель.
— Такая кровожадная.
— Ну, ты выдал свой «столь необходимый элемент неожиданности», и я хочу знать, почему.
Несмотря на холодное прикосновение надвигающейся зимы в воздухе, из салона Жан-Клода исходило тепло, наполненное несвежим ароматом картофельных чипсов.
— Если бы я подождал, пока он причинит тебе боль, всё, что я сделал, было бы слишком поздно. Он мог легко утащить тебя в портал, прежде чем я успею среагировать.
— А если бы ты не стал ждать?
— Я бы начал войну от имени Коула, и моя жизнь была бы уплачена за ошибку.
— Ох.
— Но это при условии, что я добился успеха. Даже с учётом элемента неожиданности, я сомневаюсь, что мой кинжал коснётся Лорда Войны. Он наделён даром предвидения и является грозным противником. Он не ошибся. Я бы не победил в битве между нами. Я бы нанёс ущерб перед своей кончиной. Мало кто может победить его один на один.
— Кто мог бы?
— Один, естественно. Возможно, Хугинн Мунинн, Эребус и Хаос, и, может быть, Коул. Камханайч — один из немногих, кто мог противостоять Бэйну. Вот почему Бэйн так сильно его ненавидит.