Приди ко мне, любовь
Шрифт:
– Это не его вина. Он хотел помочь. После войны Хит приехал на плантацию, но они не позволили ему остаться. – Эми удивленно наблюдала за Люси. – Разве он никогда не рассказывал вам об этом?
– В общем-то нет, – пришлось согласиться Люси. Сейчас ее мысли были заняты тем, как сделать, чтобы Эми и дальше была откровенной с ней. Если ей удастся разговорить ее, то Эми может стать неисчерпаемым источником информации. – Правда, я знаю, что существовали какие-то сложности между Хитом, Клэем и Рейн.
– И мамой тоже. Она никогда не любила его. Вы ведь
– Потому что он… он был сыном другой женщины? – осторожно спросила Люси.
– Да. Клэй и я урожденные Прайсы. Мама всегда говорила, что мы настоящие дети. А… – Эми оглянулась и, понизив голос, сказала:
– Она говорила, что Хит лишь ошибка. Она даже ему говорила это прямо в глаза, много раз.
– Что же делал Хит?
– Только улыбался, и этой улыбкой он просто сводил ее С ума. Она не выносила его. После каждого визита к нам, когда папа привозил его с собой, она потом долго не могла успокоиться.
– А как вы с Клэем относились к нему?
– Я всегда любила его. Клэй, может, и не любил, но они никогда не дрались и не ссорились между собой. До тех пор, пока не появилась Рейн.
– А она что… – поинтересовалась Люси, стараясь не показаться слишком уж нетерпеливой и любопытной, – ваша соседка?
– Не совсем. Но все их семейство жило в графстве. Ее фамилия Стэнтон. Она была второй по счету из четырех дочерей и самой хорошенькой в семье. Все так и говорили. Она любила пофлиртовать, пошутить, но всерьез никогда не обращала внимания ни на одного юношу.
Люси даже наклонилась чуть вперед, чтобы не пропустить ни единого слова. Воодушевленная ее неподдельным интересом, Эми почувствовала себя более раскованной и заговорила быстрее:
– А потом у Хита умерла мама. И когда ему было семнадцать лет, он переехал жить к нам. Моя мама была готова на все, лишь бы не жить с ним под одной крышей. Но папа и слушать ее не хотел. Он обожал Хита. Поэтому маме пришлось смириться. Но это было ей только на руку, потому что все ее друзья сочувствовали ей и жалели. Хотя на самом деле она не так уж часто встречалась с Хитом, ведь он постоянно колесил со своими приятелями по графству.
– Развлекался?
– Думаю, что да, – согласилась Эми. – Хит был просто неудержим. С ним постоянно случались какие-то неприятности. Утром он выпутывался из одних, а вечером уже попадал в новые. Он очень нравился многим девушкам, но родители не хотели, чтобы он ухаживал за их дочерьми. Вы понимаете почему? Рейн говорит, что Хит был бы самым популярным женихом в графстве, если бы не прошлое его родителей. Он прекрасно ездил верхом, стрелял лучше всех и был так красив… Все девушки строили ему глазки. Рейн говорит, что во всем графстве не было более красивого молодого человека. Но все боялись показываться с ним на людях слишком часто. Вы понимаете, это сказалось бы на их репутации.
Люси молча впитывала поток информации. Хит всегда и везде был аутсайдером, даже в Виргинии. Теперь ее уже никогда не удивит та легкость, с которой он переселился сюда. Неудивительно, что у него никогда не возникало желания
– А как же Хит и Рейн… – начала было Люси, но вдруг поняла, что не в состоянии закончить вопрос, потому что сочетание «Хит и Рейн» просто застряло у нее в горле. Ей была ненавистна мысль, что когда-то они были вместе, но и не узнать, что же было между ними, она тоже не могла. Сообразительная Эми и без того поняла, что хотела спросить Люси.
– Как только Хит впервые увидел ее, мне кажется, он сразу в нее влюбился. Стэнтонам вряд ли нравилось, что Хит ухаживал за ней. Но у них на выданье были четыре дочери. А Хит имел неплохое наследство. Как-то Рейн отправилась покататься с ним. Она не рассказывала, что произошло, но к вечеру он уговорил ее выйти за него замуж. А потом она повстречала Клэя. На самом деле они были очень похожи – Хит и Клэй, за одним только исключением: Клэй был Прайсом, а Хит…
– Незаконнорожденным, – смело добавила Люси. – Клэй, видимо, мог составить ей лучшую партию.
– Она любила Клэя, – ответила Эми, пытаясь защитить Рейн. – Он был красивым, обаятельным…
– Конечно, я не сомневаюсь в этом. Пожалуйста, продолжай. Ты остановилась на том, что Рейн повстречала Клэя.
– Они поженились. Хит пытался не допустить этого, но не смог. Он сказал что-то Клэю и дрался с ним. После этого между ними уже никогда не было дружеских отношений. А после их свадьбы с Хитом стало твориться что-то ужасное: он пил, дебоширил. И в конце концов папа отправил его за границу, надеясь, что там из него сделают джентльмена. Ну а потом началась война.
– А что было после войны? Почему ему не позволили остаться на плантации?
– Все это из-за Клэя. У него после ранения постоянно болела спина. Он думал, что, если Хит будет жить с нами, он займет его место хозяина плантации, а потом отнимет у него и Рейн. Мама, естественно, была заодно с Клэем. А Рейн… Я видела, как она стояла на переднем крыльце и ругалась с Хитом. Она обзывала его самыми гнусными словами, он не сдержался и…
– И что? – подсказала Люси. Лицо Эми вспыхнуло.
– Он стал смеяться над ней, что она вышла замуж за Клэя из-за денег и из-за земли. Из-за денег, которые теперь превратились в ничто, а плантация просто развалилась. Наконец Рейн не сдержалась, схватила хлыст, который кто-то оставил на крыльце, и ударила Хита прямо по лицу. Вот откуда у него шрам на виске, возле глаза.
– О Боже всемилостивый, – прошептала Люси. Даже ее ревность к Рейн померкла на фоне искренних переживаний за Хита. И это бескорыстное, неподдельное сочувствие заставило ее содрогнуться при мысли о картине, нарисованной Эми. Получить такое оскорбление от человека, которого любишь, и это при его упрямстве и гордости! Вряд ли подобное можно позабыть. Рейн оставила свой след на теле Хита. Если бы Люси могла быть уверена, что остался лишь след в виде шрама! Но наверняка это оставило неизгладимый след и в его душе, раз он все еще так тщательно скрывал это.