Причина бессонных ночей
Шрифт:
— Стужа дело говорит, — усмехнулась я, хотя мне хотелось сквозь землю провалиться. Ибо с одной стороны меня взглядом препарировала Плаксина, а с другой — Исхаков.
Больно, черт возьми.
— Неужели со мной это случится? — дурашливо надул губы Летов.
— Что именно? Что тебе откажет девушка? — оскалилась я.
— В яблочко, — ни капли не смущаясь всеобщего пристального внимания, лопотал блондин.
— Дать платочек, чтобы промокнуть слезы?
— У-у, ты ранишь меня в самое сердце. Неужели, это значит — нет? — словно кот из известного мультика,
— Нет, Захар. И отпусти меня, — все-таки скинула я с себя его руку и отступила на шаг назад.
— Обидно, — пожал он мощными плечами, — кому-то ведь везет тебя покатать, а мне нет? Разве ж это справедливо, Золотова?
И пока я обтекала от его слов, он лишь смерил меня прощальным, издевательским взглядом, а затем развернулся и уверенно двинул к своей дорогущей спортивной тачке. Я же стояла, ни жива, ни мертва, и мечтала не разреветься.
Дура!
Хотя чего я ждала? Чтобы инцидент с Цареновым прошел мимо этих надутых, хвастливых петухов? Ведь и сам Каха еще на той вечеринке дал мне понять, что в курсе всех наших с Исхаковым кувырканий. А я уши развесила, балда, и поверила, что Тим не мог меня так склонять в разговорах с друзьями.
И вот — нате. Еще один болезненный удар мне по кумполу.
У этих беспринципных ублюдков не было ничего святого. Они ведь на самом деле играли со мной, как кошка с мышкой. А я все верила до последнего, что меня не сожрут. А ведь они даже не напрягались в своих методах слива. Просто делали то, к чему давно привыкли — брали доверчивых и влюбленных в них на всю голову тупиц пачками, заставляя их покорно раздвигать для них ноги.
Вот и сейчас я сквозь багровую пелену унижения видела, как Исхаков красноречиво стоял возле своей гробовозки и, многозначительно склонив голову набок рядом с открытой дверцей пассажирского сиденья, словно бы приглашал меня вновь наделать катастрофических ошибок. Ждал, когда я, будто бы тупой грызун, пойду на сладкий запах сыра и попадусь в его мышеловку.
И это видела не только я.
Летов с небывалым интересом следил за тем, что же я по итогу выберу: жизнь или смерть. Хлебникова. Плаксина тоже. Стужева, дернула за рукав, боясь, что я все-таки поддамся искушению.
А я только покачала головой и развернулась, и уверенно двинула к такси, которое уже дожидалось, чтобы подбросить меня до дома.
В спину же мне прилетел лишь оглушительный удар от захлопнувшейся автомобильной двери Танка. И веселый смех Летова...
Глава 35 — Засада
Яна
— Слушай, а я так и не поняла, что это тогда было на пейнтболе? Ну, между тобой и Летовым? — спросила Плаксина, развалившись на моей кровати и поедая кислых желейных червяков, пока я сама перебирала свои наряды в шкафу, раздумывая, чтобы надеть на завтра.
Но удивилась, даже оглянулась на девчонку, которая смотрела на меня с деланным безразличием. Ну надо же, она с воскресенья стойко терпела и ничего не вынюхивала. И вот,
Прям удивительно...
— Как что? — усмехнулась я, решаясь немного пощекотать нервы Рите. — Подкатывал ко мне твой блондинистый мачо, разве не понятно?
— Чего? — аж вся взвилась Плаксина с насиженного места, а я в голос захохотала, ловя ее безумный взгляд и шокировано приоткрытый рот.
— Ты бы себя сейчас видела, Рит! — держась за живот, смахивала я с глаз выступившие от веселья слезы.
— Это не смешно так-то, — пробурчала рыжая мне в ответ, но я только еще сильнее скатилась в веселье.
— Вот уж не соглашусь...
— Золотова! — схватила с моей кровати подушку Плаксина и с силой швырнула ее в меня, а я порадовалась, что перепрятала из-под нее свой личный дневник от греха подальше.
Теперь я его почти на постоянку носила в потайном кармане сумки, потому что все чаще приходилось изливать на его страницы свои мысли, а после надевать на лицо привычную маску равнодушной стервы и выше задирать нос, корча из себя ту, которой все нипочём.
Девушку без сердца.
Ледяную королеву.
И только страницы дневника знали, как тяжело мне было проживать день за днем и на постоянной основе сталкиваться с безразличием того, в кого я была тайно влюблена по уши.
Конечно, можно было бы вовсе не пускать Ритку на порог и прятать ничего бы не пришлось, но, как ни странно, в последние дни ее компания здорово меня спасала. В институте я все чаще общалась с Ангелиной, а вот дома мой затуманенный мир освещала ярким светом непринужденной болтовни Плаксина.
И если раньше подруга меня грузила нашими разборками с Хлебниковой и нагнетала градус негатива в отношении Исхакова, то теперь полностью переключилась в режим обычной девчонки, которая безудержно трещала лишь о моде, тиктоках и концертах любимых исполнителей, на которые она мечтала сходить летом.
А мне только это и было нужно — отвлечься от всего.
Забыться.
Потонуть в рутине, не замечая, как скулит в груди сердце, мечтая о несбыточном.
— Да сдался мне твой Летов, — фыркнула я, решая, что хватит с этой рыжей дурынды издевательств.
— А чего тогда он так пялится на тебя на парах? — прищурилась подруга, а я скривилась.
— Ты уверена?
— Абсолютно! Захар то и дело зыркает на тебя, а еще... а блин, ладно, — отмахнулась девчонка, но я тут же на нее надавила.
— Выкладывай уже.
— Короче, они с Тимом будто бы все время тебя обсуждают. Вот.
Я же от звука этого имени только потерянно вздохнула и отвернулась, снова возвращаясь к своим нарядам, проводя ладонью по многочисленным юбкам, платьям и свитерам. И не знала, что тут ответить. Потому что начиная с понедельника, Исхаков старательно делал вид, что меня в принципе не существует в этой системе координат. А когда наши взгляды все-таки сталкивались нечаянно в толпе или на парах, то он тут же недовольно поджимал губы, будто бы ему сунули под нос нечто прокисшее или тухлое.