Причина бессонных ночей
Шрифт:
И уже на выходе почти нос к носу столкнуться со знакомыми темными глазами, полными насмешки, праздного интереса и пафоса. Холодный кивок в мою сторону не заставил себя долго ждать. И большой палец издевательски взлетел вверх. А затем, полные пренебрежения слова, попытались меня ужалить. Да не вышло.
— Хорошо погуляла, принцесса? — это был Каха Царенов, друг моего злейшего врага. А потому и ответ мой ему был соответствующий.
Улыбнулась. Подмигнула. Гордо проплыла мимо, даже словом его не удостоив.
И ушла в закат.
А утром
Выкуси, падла!
Глава 20 — Крутое пике
Тимофей
Голос Хлебниковой, как надоедливый писк комара, звучал где-то на периферии моего сознания, пока я сам неотступно полировал дверь в лекционник, в который неиссякаемым потоком входили студенты и занимали свои места. Вот только неизменно пунктуальной Золотовой все никак не было видно.
Ну и где же эта блондинистая гадина прохлаждается?
Я лично, прямо ждал, что она сегодня что-нибудь, да отчебучит. Как минимум: притащит на пары ту самую коробку с розами, что я ей подарил, и от души меня ею отметелит. Я был бы рад. Ну или как максимум: сведет очевидное с невероятным и наконец-то сообразит, что то самое черное сердце, которое она так трепетно хранила за рамой зеркала в своей спальне, тоже от меня вестимо.
Мне зачем-то до зуда в костях хотелось, чтобы она узнала, насколько я ее ненавижу. По-черному!
И ее тупые выгибоны тоже. Ее вранье совершенно не к месту. И ее взгляды в мою сторону, полные запредельного превосходства и бесконечной спеси. Я бы многое отдал, чтобы стереть все это из ее бесстыжих глаз и заменить на что-то другое. Раболепное. Покорное. Кроткое.
Зачем мне это всё было нужно? Не знаю...
Просто надо. И все.
Вот и вчера я упорно гнул свою линию. Подбирался к Золотовой, словно хищник к своей жертве. И даже не оставлял для себя шансов, что что-то пойдет не так. Знал, что все равно попаду на этот праздник жизни, чего бы мне это не стоило, заранее подготавливая свой подарок. И бурля внутренним нетерпением поскорее добраться уже, глазами своими увидеть, какого это — быть в логове кобры.
Но, конечно же, больше всего меня волновало совсем другое...
И за мысли эти хотелось самому себе врезать. От души так, чтобы звон в ушах наконец-то хоть как-то привел меня в чувства, а я перестал сам себя закапывать. Но тщетно.
Прикрыл глаза и позволил себе всего на секунду потонуть в воспоминаниях вчерашнего вечера. А мне и того хватило. Раз — и навынос. Тут же с головой ушел в какое-то иррациональное, но уже хорошо знакомое мне чувство, подобное бешеному трепету, восторгу и почти нестерпимому раздражению. Хотя с чего бы правда? Что я в девчачьих спальнях никогда не был?
Был. Много, много, много раз...
Да только лишь в ее почему-то схлопотал выстрел в голову. В упор!
И вот я уже лишь жалкая блоха, которая трепыхается в сетях смертоносной черной вдовы. И рваться прочь не хочется, ибо как же она пахла...
Кайф! Чистый кайф!
Не знаю, сколько бы я так простоял, словно конченый токсикоман, накачивая себя любимой дурью, если бы не услышал торопливые шаги по коридору. Именно они привели меня в чувства и заставили ужаснуться собственному поведению.
Боже, какой же я конченый дебил!
Да только чертову благоухающую тряпицу от себя не откинул в гневе, а поспешно сунул в карман куртки и напрягся всем телом до предела, предвкушая нашу встречу. И я ликовал! Черт возьми, никак иначе я бы не смог назвать то чувство, что обуяло меня, когда глядел по сторонам, шарил глазами по каждому укромному уголку ее спальни, а присутствия парня обнаружить так и не смог. Даже близко. Ни единого чертового намека на то, что он вообще здесь когда-либо был.
Забавно, да?
А я-то успел поверить. И малость впечатлиться. Даже, грешным делом, размышлял пару бессонных ночей, гадая, что именно Золотова нашла в этом великовозрастном увальне, фотографиями с которым был переполнен ее аккаунт в сети? Потом почему-то взбесился. Сильно. А затем плюнул на все и подкатил к Хлебниковой. После сам себе, конечно, мысленно сотню раз втащил за это малодушие, но отказаться от бесплатной поставки инсайдерской информации уже не смог.
— Странно, Яна трубку не берет, — нахмурилась Маша, а я напрягся и перевел на нее вопросительный, но будто бы непонимающий ничего взгляд, — и Рита тоже.
— И? — дернулся я всем телом, но Хлебникова только покачала головой.
— Не знаю, но...
— Иди на свое место, — рявкнул я, разгоняясь от нуля до сотни всего лишь за жалкое мгновение.
— Но, Тим..., — обиженно поджала губы девушка, да только мне сейчас было вообще не до нее.
— Топай.
Мякиш тут же подхватила свою сумку и побежала на первую парту, где и засопела показательно оскорбленно. Но я лишь пожал плечами, зная, что уже на следующей перемене она будет, словно обезьяна, виснуть на мне и преданно заглядывать в рот.
Скука.
— Не жалко тебе ее? — буркнул Летов, плюхаясь рядом со мной и лохматя свою белокурую башку одновременно с прозвеневшим звонком.
А Золотова так и не появилась, чем привела меня в высшую степень недовольства, если не сказать больше. Что вообще за фигня?
— А должно быть? — удивленно скривился я, запоздало отвечая на вопрос друга.
— Она ж в тебя влюбилась, как кошка.
— Не моя заслуга. Я виду себя как конченый мудак.
— Это им и нравится. Ну, девчонкам.