Преследуя нас
Шрифт:
И снова мое сердце начинает биться.
Как мы можем сделать так, чтобы все получилось?
С каждым шагом, приближающимся ко мне, по всему моему телу разливается тепло. С довольным видом и нежной улыбкой, играющей на ее губах, она смотрит на Элайджу, пока тот не занимает позицию с противоположной стороны. Почти мгновенно ее взгляд снова падает на меня.
Мой разум осмеливается исследовать этот момент. Только мы. Однажды она пойдет к алтарю и станет моей женой на глазах у всех. Правильная церемония. Может быть, именно поэтому все пошло не так? Как будто судьба
И вот так, наше будущее предрешено. Один момент, простой поступок женщины, которую я люблю, идущей к алтарю, — это все, что мне нужно, чтобы направить свое сердце и голову в одном направлении.
Я хочу ее и все, что с ней связано, включая этого ребенка.
Мы должны сделать так, чтобы все получилось. Я должен найти способ справиться с ним в нашей жизни. Либо так либо никак. Если она любит меня так же, как я люблю ее, мы сможем все уладить. Мы можем пройти терапию или заняться совместным воспитанием. Может, Вселенная окажет мне какую-нибудь услугу и заставит его отказаться от всех прав. Блядь, ты себя послушаешь? Она уже твоя жена, и пока что Вселенная хотя бы дала мне это.
Мне просто нужно, чтобы она знала, что ничто не изменит ее статуса миссис Эдвардс.
Музыка играет громче, и Адриана идет к алтарю под руку с моим отцом. Моя мама, как корзина с картошкой, сидит у входа и вытирает глаза салфеткой. Все это так ошеломляет, и Адриана выглядит потрясающе.
Церемония начинается, но я не могу удержаться от того, чтобы украдкой взглянуть на Шарлотту при каждом удобном случае. Она выглядит все так же, но гораздо здоровее, чем когда я видел ее в последний раз. Ее кожа выглядит более загорелой, глаза сияют снова, как будто свет снова включили, а ее улыбка — когда я ловлю ее улыбку, я не могу не улыбнуться в ответ.
Я не был бы мужчиной, если бы не заметил ее сиськи. Беременность ей идет, но сейчас не время и не место представлять ее голой. Мне почти нужна порция святой воды, чтобы смыть греховные мысли, задерживающиеся в моей голове, пока я стою здесь, в церкви.
И тут я замечаю кулон с фениксом на ее груди. Это должно что-то значить.
Мой взгляд прерывается, когда священник объявляет их мужем и женой. Толпа громко хлопает, и молодожены обмениваются первым поцелуем.
Мистер и миссис Эванс.
Вдвоем, держась за руки, они испытывают радость и продолжают свой путь к алтарю как счастливые молодожены, оставляя нас идти следом.
Я протягиваю руку с изогнутым в улыбке ртом, и мое тело становится гипер-осознанным, когда она изящно соединяет свою руку с моей, и толчок рикошетом отдается в каждой щели внутри меня, дремлющей с тех пор, как я видел ее в последний раз. Рядом со мной она слегка подпрыгивает, и я уверен, что она чувствует то же самое.
Когда мы идем к алтарю, все взгляды устремлены на нас, и близость к ней сводит мои чувства на нет. Вдыхая аромат ее духов и ее кожи, я так отчаянно хочу отвести ее в сторону и поговорить с ней, но не раньше, чем поцеловать ее прекрасные губы и овладеть ею во всех возможных смыслах.
Но камеры суют нам в лицо и окружают
Снаружи люди бросают рис в счастливую пару.
Рокки, будучи спортивным наркоманом, бросает сильный удар в Элайджу, попадая ему в лицо. Я смеюсь вместе с Рокки, но Элайджа бросает на нас раздраженный взгляд, выплевывая рис изо рта.
Шарлотту отводят, чтобы сделать фотографии, потеря контакта невыносима, но мне приходится игнорировать боль, пока я стою там, наблюдая за ней и ее красотой, и я не могу не чувствовать себя больным, но хорошим больным. Как то чувство бабочки, от которого хочется блевать. Ладно, это прозвучало неправильно, но я знаю, что не могу отвести от нее глаз, как бы ни старался.
Фотограф на мгновение отступает назад, позволяя мне заговорить с ней. С каждым моим шагом слова мешаются в голове и не могут сложиться в предложение. Это ощущение отсутствия контроля над ситуацией тревожит.
— Привет, — это все, что мне удается, пока я смотрю ей в глаза, совершенно не находя слов.
— Привет тебе.
Фотограф снова хватает нас, и не успеваем мы опомниться, как теряемся в свадебном хаосе. Роллс-Ройсы подъезжают к церкви, и мы снова расходимся.
Поездка на прием не должна быть долгой, но, конечно, по свадебной традиции, нужно сделать миллион снимков из позы у пруда, под деревом, на фоне машин, в машинах, называйте как хотите, и это делается три раза! На улице чертовски холодно, и Невеста требует, чтобы мы сняли пальто для фотографий.
Фотограф предлагает сфотографировать новобрачных с их партнерами.
И снова я думаю, что это шанс поговорить с ней.
Пока мы позируем у замерзшего пруда, суетливый фотограф щелкает снимки, направляя нас во все стороны. Рядом со мной по коже Шарлотты пробегают мурашки, и я не виню ее, ведь на ней было только платье, ничего не прикрывающее. Адриана жаждет смерти, я в этом уверен.
Не обращая внимания на указания фотографа, я снимаю пиджак и накидываю его на плечи Шарлотты, опасаясь, что она испытает гипертермию, и ребенок тоже.
— Спасибо, — она улыбается, ее зубы стучат.
— Эм… Лекс, что ты делаешь? Нам нужно еще одно фото? — кричит Адриана.
— Здесь чертовски холодно. Серьезно, ради Бога, пойдем.
— Хорошо, — Адриана стучит зубами, скрещивая руки, чтобы защититься от холода, — Ты выиграл. А теперь давайте начнем вечеринку.
И снова хаос, когда свадебный координатор приказывает всем вернуться в свои машины, но не без предупреждения о наших предстоящих обязанностях при входе в зал регистрации.
По дороге, сидя с кузеном и другом Элайджи, мы открываем бурбон и подбадриваем жениха, сидящего в машине перед нами. Когда мы, наконец, приехали, и алкоголь хорошо улегся в моей нервной системе, нас попросили еще раз сопроводить наших партнеров для торжественного входа в зал.
— Мы снова встретились, и спасибо за пиджак, — с улыбкой говорит Шарлотта, переплетая свою руку с моей.
— Напомни мне никогда не жениться зимой…, — как только эти слова вылетают из моего рта, я тут же жалею об этом. Что, черт возьми, со мной не так?