Прелесть
Шрифт:
— Лопоухий, — позвал Уоррен.
— Чего тебе надо? — подивился Лопоухий. — Никогда не видал человека, который бы…
— Сколько у тебя есть еще?
— Сколько чего, Айра?
— Спиртного. Сколько еще ты припрятал?
— Много. Я всегда иду в рейс с изрядным рез… резер…
— С резервом?
— Точно, — подтвердил Лопоухий — Ты понял, что я хотел сказать. Я всегда прикидываю, сколько мне надо, а потом добавляю резерв на случай, если мы застрянем где-нибудь или что-то
Уоррен потянулся к бутылке, открыл ее и отшвырнул пробку.
— Лопоухий, — попросил он, — топай за другой бутылкой. Лопоухий недоверчиво заморгал.
— Прямо сейчас, Айра? Ты хочешь, чтоб я принес вторую прямо сейчас?
— Немедленно, — сказал Уоррен. — А по пути будь так добр заглянуть к Спенсеру и сообщить ему, что я хотел бы его видеть, и как можно скорее.
Лопоухий встал, покачнулся, уставился на Уоррена с откровенным восторгом и все-таки спросил:
— Что ты задумал, Айра?
— Напиться допьяна. Надраться так, чтоб это событие вошло в историю космического разведывательного флота.
14
— Нельзя этого делать, — запротестовал Спенсер. — У вас нет никаких шансов…
Уоррен поднял руку и, опершись на башенку, попытался обрести равновесие: вся планета вращалась вокруг него с устрашающей скоростью.
— Лопоухий, — выкликнул он.
— Я здесь, Айра.
— Ззастрели — ик — ззастрели ллюбого, ккто ппопытается осстановить меня…
— С удовольствием, Айра, — заверил Лопоухий.
— Но вы лезете туда без всякой зашиты, — продолжал Спенсер озабоченно. — Даже без скафандра.
— Я ппробую нновый ппод… пподх…
— Подход? — пришел на помощь Лопоухий.
— Тточно, — откликнулся Уоррен. — Сспасибо, Лопоухий. Тточно эт' ссамое — ппробую новый пподход…
— А ведь может и получиться, — взял слово Ланг. — Мы пробовали экранироваться, и это не помогло. Он пробует новый подход — он зашифровал свои мысли, затуманив их алкоголем. На мой взгляд, у него могут быть шансы на успех.
— Но в таком виде, — возразил Спенсер, — он нипочем не сумеет подсоединить концы.
Уоррен слегка покачнулся.
— Нне ппорите ххреновину!.. — Он глянул на сопровождающих мутными глазами. Каждый из них недавно был тут в трех экземплярах, а теперь время от времени казалось, что только в двух. — Лопоухий!
— Да, Айра?
— Ммне ннадо еще выппить. А то ттрезвею.
Лопоухий добыл из кармана бутылку и передал по назначению. Она была полна едва наполовину. Уоррен запрокинул ее и стал пить, кадык у него на шее заходил ходуном. Он не успокоился, пока не осушил все до капли. Тогда он выронил бутылку и осмотрел членов экипажа снова. Теперь все было в порядке —
— Нну, — сказал он, повернувшись к башенке, — если вы, джжельмены, ннемного пподсобите… — Эллис с Клайном натянули канат, и Уоррен взмыл в воздух. — Эй, — заорал он. — Ччто вы такое надумали?
Уоррен совершенно запамятовал про шкив, установленный на треноге наверху башни. Он болтался в воздухе и сучил ногами, пытаясь восстановить равновесие. Под ним разверзлось чернотой внутреннее пространство башни, а на дне ее мельтешилось, посверкивая, какое-то смешное пятнышко.
Тренога скрипнула, он начал спускаться и очутился внутри. Штуковина, что затаилась на дне, виделась теперь получше. Вежливо икнув, он предложил ей подвинуться, поскольку он идет на снижение. Штуковина не шевельнулась ни на дюйм. Что-то попробовало открутить ему голову, но голова не откручивалась.
— Уоррен! — взорвались наушники. — Уоррен, вы живы? Все в порядке? Отзовитесь!
— Кконечно, — ответил он. — Кконечно, я жжив. Ччего вы ко мне ппристали?
Его опустили на дно, и он оказался рядом со смешной штуковиной, пульсирующей в полутьме колодца. Почувствовал, как что-то копошится у него в мозгу, и зашелся клокочущим пьяным смехом.
— Эй, нне ттрогай мменя за вволосы! Щщекоттно…
— Уоррен! — воззвали наушники. — Уоррен, провода! Провода! Вспомните, мы с вами говорили про провода…
— Кконечно, — откликнулся он. — Ппровода…
На пульсирующей штуковине торчали такие хорошенькие штифтики, и к каждому было очень удобно приладить по проволочке.
Но провода! Куда к черту подевались эти провода?
— Провода у вас на поясе, — подсказали наушники. — Провода прицеплены к поясу.
Рука сама собой потянулась к поясу и нащупала моток проводов. Он попытался их разъединить, но они выскользнули из пальцев. Пришлось сесть и пошарить вокруг, и провода обнаружились. Только они все перепутались, и непонятно было, где у них начато и где конец, и вообще — какого рожна возиться тут с проводами?
Чего ему хотелось до смерти, так это еще выпить, хоть чуть-чуть выпить. И Уоррен запел:
«Я, ккак на грех, ппоступил в Пполитех и сстал, ддуралей, инжженерром…»
— Сслушай, ддруг, — обратился он к яйцу, — ббуду рад, если тты ввыпьешь со мной за ккомпанию…
Наушники рявкнули:
— Ваш друг не сумеет выпить, пока вы не прицепите провода. Пока вы этого не сделаете, он вас не услышит. И не поймет, что вы ему толкуете, пока вы не прицепите провода. Дошло до вас, Уоррен? Прицепите провода. Он ничего не слышит без проводов…
— Это нникуда нне годится, — икнул Уоррен. — Эт' ббезобразие…