Прекрасная монашка
Шрифт:
Герцог взглянул на Хьюго.
— Скажите, вы совершенно уверены в том, что везде хорошо поискали? — спросил он.
— Я просто не в состоянии поверить в то, что Аме могла бы оставить вас так надолго, — ответил Хьюго. — Прошло не меньше часа с тех пор, как девушку видели в последний раз.
— Ждите здесь! — приказал им его светлость. — Я попытаюсь еще раз поговорить с графом Ферзеном. Возможно, он сможет что-нибудь добавить.
Он спустился с террасы вниз, на лужайку, где придворные все еще толпилась вокруг Марии-Антуанетты, и их оживленные голоса заглушали даже звуки оркестра.
Аксель
Наблюдая за герцогом, леди Изабелла заметила, как тот приблизился к графу. Они говорили в течение нескольких минут, после чего его светлость повернулся и направился к ним на террасу. По тому, как он двигался, хотя и с присущей ему горделивой осанкой, леди Изабелла поняла, что ничего утешительного герцог им сообщить не сможет. И все-таки Изабелла не смогла не задать вопросы, которые готовы были сорваться с ее уст.
— Что он сообщил вам? Что это был за человек, который разговаривал с Аме?
— К большому сожалению, граф ничем помочь нам не смог. Он едва видел того мужчину. И обратил внимание лишь на то, что тот человек, как, впрочем, и все остальные гости, был одет во все белое. Графу Ферзену показалось, что он был молод, но даже в этом он не вполне уверен.
Вероятно, этот незнакомец сказал нечто весьма убедительное, чтобы заставить Аме почти в то же мгновение уйти вместе с ним.
— В таком случае, если предположить, что это все-таки была ловушка, девушке передали сообщение от кого-нибудь из нас. Хорошо зная, какие чувства Аме испытывает к вам, Себастьян, неизвестному следовало только подойти к ней и сказать: «Герцог Мелинкортский желает немедленно видеть вас. Я покажу, где его можно найти», и дитя совершенно безропотно последовало за ним, какое бы место он ни указал.
— Но ведь все гости на этом вечере приглашены королем и королевой, и почти невозможно поверить в то, чтобы кто-нибудь из них решился на это! — возразил Хьюго.
Герцог покачал головой.
— Сегодня я уже слышал о таких вещах, которые заставили меня поверить в то, что такое поведение здесь ни в коем случае не посчитали бы экстраординарным, хотя именно так отнеслись бы к нему мы, — сказал его светлость, вспомнив недавнюю беседу с английским послом.
— Что же нам делать? — с отчаянием в голосе спросила леди Изабелла.
— Эту задачу нам и предстоит решить, — ответил герцог. — В том случае, если девушку захватил кардинал, нам и в самом деле будет довольно трудно доказать, что у нас есть какие-нибудь права на нее.
— Себастьян, мы не можем допустить, чтобы Аме вот так просто забрали у нас, — продолжала убеждать герцога Изабелла. — В том случае, если ее захватили силой, мы должны догнать их. Если же они прячут ее в неизвестном месте, мы просто обязаны отыскать Аме. В самом деле, Себастьян, вы и сами должны хорошо понимать это.
— Все это совершенно ясно для меня, — ответил его светлость. — И вы можете быть уверены, Изабелла, я приложу все усилия, но найду Аме и приведу ее к вам.
— Как вы это сделаете? — продолжала свои расспросы леди Изабелла.
— Пока
В его голосе была такая уверенность, такая серьезная решимость, словно он давал в эту минуту торжественный обет. Казалось, что какое-то мгновение слова герцога Мелинкортского удовлетворили леди Изабеллу. Но затем она вдруг тихо вскрикнула и закрыла лицо руками.
— Бедная девочка! — прошептала она. — Я люблю ее, Себастьян, и одна только мысль о том, что ее похитили, буквально разрывает мне сердце. А как вы думаете, ведь эти люди, наверное, будут жестоко мучить ее?
— Мы ничего не сможем сказать об этом до тех пор, пока не узнаем, кто эти люди, — ответил герцог.
— Нет, это наверняка кардинал… это дело его рук, — возразила ему Изабелла.
— Очень может быть, по крайней мере, на него это больше всего похоже, — согласился герцог, — и тем не менее совсем исключить возможность того, что это сделал кто-то другой, я не могу.
Объясняя все это леди Изабелле, герцог Мелинкортский увидел английского посла, который в этот момент поднялся на террасу по лестнице, что вела из сада. Его светлость немедленно направился к нему и обменялся с послом несколькими короткими фразами, сообщив о пропаже своей подопечной. Посол воспринял это сообщение очень серьезно.
— Вы думаете, что это месть за происшествие, которое случилось прошлым вечером? — спросил посол.
— Эта идея вполне созвучна моим подозрениям, — согласился с ним герцог.
— Думаю, при сложившихся обстоятельствах единственное, что я мог бы сделать, — это обратиться к его преосвященству официально, — сказал посол. — Я напомню ему, что мисс Корт является английской подданной и находится под вашей опекой. Существуют определенные причины, по которым кардинал заинтересован в сохранении дружественных отношений с Англией. Затем сообщу ему, что если его преосвященство причастен к похищению мисс Корт, то это вызовет в Лондоне негативную реакцию.
Герцог Мелинкортский прикусил губу. Он живо представил себе опасность, которая грозит ему в случае претворения в жизнь этого плана. Ведь девушка не являлась подданной Великобритании, и никто в Англии не имел ни малейшего представления о ее существовании. Да и в Париже ее приняли при королевском дворе только потому, что герцог Мелинкортский заверял всех, будто Аме — его подопечная, то есть доводится ему чуть ли не родственницей. Его светлость подумал о доверии, оказанном ему премьер-министром, о том скандале, который разразится в том случае, если эта уловка, которую он использовал при французском дворе, вдруг будет раскрыта.
Разумеется, в тот момент герцог отлично сознавал, что пошел на громадный риск, когда оказался причастен к такому делу, что в случае обнаружения ему грозили большие неприятности. Но его светлость взвесил все обстоятельства и точно решил, что будет делать, еще до того, как подошел к английскому послу. Его обращение носило официальный характер, и теперь обратного пути для герцога не было, важнее всего на свете было благополучие Аме, а не собственная репутация. Девушка стала для него всем, и он решил спасти ее.