Предтеча
Шрифт:
– Мы - Предтечи, каждый наш шаг верен, ничего страшного произойти не может, - тихо сказал он.
Пока Царица переваривала эту мысль, смертоносцы, рванувшись с места, оказались прямо перед ними. Глядя в их мудрые, холодные глаза, Альхейм с трудом удержал в себе мочу. Предтечи - что за чушь? Их убьют сейчас, одним движением когтистой лапы, а потом будут рвать хелицерами… Потом вспрыснут пищеварительный фермент…
– Чьи вы?
– строго поинтересовался тот всадник, что выглядел постарше, хотя оба он были чернобородые и
– Слава Повелителю!
– машинально и не к месту выкрикнул Альхейм, склоняясь в поклоне, чем вызвал нервный смешок Фиа.
– Мы… Мы мирные путники.
– Это мы уже слышали. Чьи вы?
– Мы живем там… - Боец указал было на север, но вспомнил о стариках и продолжил движение руки, ткнув куда-то на северо-запад.
– Прячемся от всех в лесу, потому что наш город погиб много, много лет назад и…
– Колдуны, - сделал вывод второй всадник.
– Анча, я думаю, их надо убить.
"Повелителя может заинтересовать эта деревня," - сказал паук, так, чтобы все его слышали.
– Тогда просто выверни его душу, а потом убей!
"Я не могу открыть его душу," - неохотно признался Анча, пошевелив передними лапами.
– "И это тоже может заинтересовать Повелителя. Если нет - пусть это будет наш дар ему. Не забудь, Вилли, что наш поход оказался неудачен."
– Это верно… - Вилли посмотрел на второго человека.
– Бери себе мужика, а я - девчонку.
– Сладкоежка, - поморщился тот и ловко спрыгнул на землю, успев отстегнуть моток паутины.
– Дурак ты, - укорил его Вилли, тоже спускаясь.
– Она же колдунья, их трогать нельзя, от этого болезни нехорошие бывают.
Пока девушку приматывали к седлу Анчи клейкой паутиной, она неотрывно смотрела на Бойца, стараясь вложить в этот взгляд как можно больше страдания и унижения. Альхейм облегченно вздохнул, когда его положили так, что Фии он не видел. Все остальные воины уже присоединились к каравану, а вскоре и Анчи, старший в команде, догнал своих. Боец насчитал около четырех десятков смертоносцев и несколько меньшее количество людей. У многих двуногих заметны были перевязанные раны, а у бегущего позади паука он заметил отсутствие половины лапы.
– Вы были в бою?
– поинтересовался Альхейм у своего воина, стараясь окончательно успокоиться.
– В походе, - сплюнул тот.
– Пошли отрезать один отряд от ихнего города, чтобы там остались одни самки, но… Да тебе-то какая разница?
– Никакой, - согласился Альхейм.
– А куда мы едем? Вы чьи?
– Мы из Раджарава!
– гордо сообщил всадник.
– Наш Повелитель скоро овладеет всеми этими местами! Слыхал про Древнюю Смерть? На Пелевой пустоши два войска погибли! Значит, теперь эта земля - наша. В городе почти одни самки и двуногие, так что… Вот только соседи кидаются вперед нас, ну да ничего, мы им лапы поукоротим!
– А что там теперь, на Пелевой пустоши?
– Там Смерть, - помрачнел всадник и тихо
– С чего ты взял, что мы шли в Мьяну?
– Альхейм дернулся от неожиданности, но паутина его удержала.
– Ха! Да куда же еще могут идти колдуны? Поклониться Сопернице, уж у вас так заведено, это в наших краях каждый знает. Так зачем… - опять хотел спросить воин, но тут же понял, что уже дал ответ на свой вопрос.
– Да. Вот так-то, все про вас известно.
– Мы не колдуны… - начал было Альхейм, но тут же получил кулаком по шее.
– Не ври мне! И хватит болтать, а то еще напустишь дыму мне в голову… Лежи молча, а то рот заткну.
"Я не возражаю, пусть говорит что хочет," - раздался в их разумах голос и Альхейм узнал Анчу.
Надеется понять, кто я такой - догадался он. Смертоносец не может читать его мысли, но это не должно всерьез тревожить паука, многие люди овладевают этим искусством. Или они делают это как-то иначе?.. Альхейм просто не знал, как "видят" это восьмилапые. Вспомнилось "недумание", собственное открытие. Определенно, сейчас он вел себя совершенно иначе, но смертоносец не мог даже открыть его душу, то есть сломить всякое сопротивление человеческого разума, получить доступ ко всем воспоминаниям. В Гвардии говорили, что при этом можно сойти с ума, и что никто не сможет противостоять достаточно старому пауку… Неужели теперь даже Повелители не властны над Альхеймом? Стало даже весело.
– Как дела?!
– крикнул он как можно громче, не зная, стоит ли обращаться к Фие по имени.
– Хорошо!
– довольно мрачно откликнулась девушка.
Ей страшно, догадался Боец. Ведь она никогда прежде не общалась со смертоносцами. Альхейму, с самого рождения привыкшему к их присутствию, было трудно даже представить, что она испытывает. Огромные, бесконечно сильные и мудрые, безжалостные, отвратительно выглядящие чудовища. Неужели и в самом деле отвратительные?.. Альхейм приподнял голову, посмотрел на бегущего рядом паука. Ничего отвратительного, с чего он это взял?
– Отвратительные… Меня сейчас стошнит… - донеслось откуда-то издалека.
Альхейм вздрогнул, ему показалось, что это говорила Фиа… Но такого не могло быть, если бы девушка сказала что-нибудь так тихо, он бы просто не расслышал ее за топотом множества лап. Однако ощущение было смутно знакомым, будто говорил кто-то, похожий на паука… Но это была женщина.
– Боец, гадина… Трус… Теперь нас убьют, сожрут эти твари… Разве я могу быть настоящей Царицей? Мудрец ошибся, ошибся. Меня сейчас стошнит… А с закрытыми глазами еще хуже.