Предназначенная
Шрифт:
— Нет, если это будет честная схватка. Я вызываю тебя на бой, волк. Что ты на это скажешь? Убежишь, поджав хвост? Ты еще помнишь, как менять личину?
Джак насмехался, рассчитывая вывести Рейдена из равновесия. Противник, не контролирующий себя, уже наполовину проиграл. Но вожак диких не осознавал, с кем имеет дело. Контроль – суперсила Рейдена. Мне ли не знать. Он столько времени успешно подавляет зов. И не похоже, что сильно напрягается.
— Когда? — единственное, что спросил Рейден.
— А хоть прямо сейчас. Место для поединка есть, — развел руками Джак,
— Хорошо, — кивнул Рейден. — Но прежде чем схватка начнется, отпусти Элис. Ей здесь не место.
— Я не могу этого сделать, ты и сам знаешь, — покачал головой Джак. — Для честной схватки необходим хотя бы один свидетель с каждой стороны. Никто из диких не встанет за тобой. Выходит, твоим свидетелем будет Элис.
Джак улыбался во весь рот, довольный своей изобретательностью. Лихо он все провернул. При таком раскладе я действительно не могу уйти, пока схватка не завершится. Впрочем, я все равно никуда не собиралась. Мы в детдоме своих в беде не бросали.
Рейден колебался всего секунду, а потом начал расстегивать рубашку. Это еще что за стриптиз? Я насторожилась, но когда и Джак стал раздеваться, до меня дошло – началась подготовка к смене личины. Мужчины разоблачаются, чтобы не порвать одежду. Это часть ритуала.
К Джаку подбежала какая-то девушка и взяла у него рубашку. Рейдену помочь было некому, желающих среди диких не нашлось. Его вынуждали бросать одежду прямо на землю. Внутреннее чутье подсказывало, что это унижение. Демонстрация отсутствия у Рейдена поддержки. Здесь все против него. По крайней мере, так считают дикие, но они ошибаются. У Рейдена есть я.
Расправив плечи, я шагнула в круг. Рейден дернулся, взглядом указывая мне на ровный строй оборотней. Мол, вернись назад, глупая, что ты делаешь? Но я в ответ упрямо поджала губы. Не вернусь.
Нас разделяло шагов семь. Я прошла их с гордо поднятой головой, чувствуя на себя взоры всех без исключения оборотней. Джак и тот забыл о ритуале. А чего он ожидал? Сам же сказал: я свидетель со стороны Рейдена. Мне ему и помогать.
Приблизившись к Рейдену, я протянула руки. Он покачал головой, но рубашку отдал. Затем повернулся ко мне спиной и снял, не развязывая, ботинки. Наклонился, поднял их с земли и передал мне.
Постепенно все снова пришли в движение: Джак продолжил раздеваться, зрители шептались между собой, обсуждая мой поступок. Своими действиями четко обозначила на чьей я стороне. В случае проигрыша Рейдена мне своей среди диких не стать. Равной меня точно не признают. Разве что оставят в качестве пленницы. И тогда мне отсюда не выбраться даже через семь лет. Кто ж отпустит пленницу в город?
Единственная надежда – победа Рейдена в схватке. Но справится ли цивилизованный оборотень из города, давно не менявший личину, с диким, полным сил волком? Если бы принимали ставки, я бы вряд ли поставила на Рейдена. Слишком рискованно. Можно потерять все деньги.
Я нарочно отвлекала себя мыслями на посторонние темы, чтобы игнорировать тот факт, что в шаге от меня раздевается Рейден. Я старалась
Рейден загремел пряжкой ремня, и я ощутила, как к щекам прилил жар. Элис была открытой книгой – мигом выдавала любую реакцию. Не тело, а находка для шпиона. Я стиснула зубы и принялась читать про себя стих.
«Как ныне сбирается вещий Олег, — на ум пришли именно эти строки, — Отмстить неразумным хозарам». Рейден стянул брюки и отдал их мне. Теперь он стоял абсолютно голый, как и Джак напротив него. «Их села и нивы за буйный набег, — декламировала я про себя, — Обрек он мечам и пожарам». В отличие от меня ни мужчины, ни зрители совершенно не смущались. Для них происходящее было в порядке вещей.
Девушка, что забирала одежду у Джака, развернулась и пошла прочь из круга. Я последовала ее примеру. Прижимая к себе вещи, заняла место в первом ряду зрителей. Меня лихорадило от возбуждения и беспокойства. Я не строила иллюзий: бой будет не до крови, а насмерть. Уж больно непримиримые враги. Альфа диких не упустит шанс отомстить за брата.
Ударили барабаны. На этот раз без флейты. Никакой романтики. У меня пальцы побелели, так сильно я вцепилась в одежду Рейдена, словно она могла защитить меня, словно она мой щит.
Я будто очутилась в цирке. Вот-вот акробат совершит смертельный прыжок. Свет в зале приглушен – на небе лишь звезды, музыка напряженная – барабаны выбивают дробь. Только нет того восторга, что испытывает ребенок во время представления. Его вытеснил страх. За свою жизнь, за жизнь Рейдена, за то, чем обернется для нас эта поездка.
В волнении я наблюдала за тем, как мужчины меняют личину. Как гнутся и ломаются кости, приобретая новую форму. Как прорастает из-под кожи шерсть, точно молодая трава из-под земли. Клыки, когти – атрибуты хищников внушали трепет и уважение. Вскоре на площади стояли уже не мужчины, а два матерых волка. Они были гораздо крупнее, чем те, что встречаются в моем мире. С мощными грудными клетками, покатыми лбами, густой шерстью на загривке и шее, чтобы противнику было сложнее перегрызть горло. Настоящие машины для убийств, готовые к бою.
Как выглядит Рейден в облике волка, я уже знала. Он был хорош. Жаль, что редко перекидывается. А вот Джака видела впервые. Он стал рыжим волком с белыми подпалинами. Ничего общего с тем, кто напал на меня.
Волки бросились друг на друга неожиданно. Не прозвучало предупреждающего рыка, они просто прыгнули, вцепились один в другого и покатились по земле, поднимая в воздух пыль. У меня волоски на руках встали дыбом от этого зрелища.
Лапы били, зубы рвали. Дикие подбадривали своего вожака свистом и улюлюканьем. Я же онемела. Язык раздулся и стал неповоротливым от паники. Рейден уступал противнику. Не силой и не маневренностью, а опытом. Джак, небось, перекидывается по несколько раз на дню и упражняется в схватках минимум раз в неделю. Но и это было еще не самое худшее.