Предназначенная
Шрифт:
— Ее звали Венона, — сказал Рейден глухо. Ему все еще было тяжело произносить ее имя. Он откашлялся, справляясь с голосом, и дальше говорил уже нормально: — Мы росли вместе. Я всегда знал, что однажды женюсь на ней. Я любил ее лет с пяти, как только понял, что такое любовь.
— А она? — спросила я едва слышно.
— Отвечала взаимностью. Мы были созданы друг для друга. По крайней мере, мы так думали. В восемнадцать мы обручились. Родители не противились нашему браку. И я, и Венона происходили из обеспеченных семей. Наши родные просили одного: подождать до совершеннолетия. Мы не спорили. Никто не сомневался, что свадьба состоится.
— Что
— Раз в десять лет диким разрешено посещать город. Прежде всего, для торговли, — казалось, Рейден заговорил о другом, но я терпеливо ждала, куда повернет история. — Целый месяц они свободно разгуливают по городу. Торгуют, конечно, но не только. В первую очередь они ищут свежую кровь.
Я недоуменно вскинула брови, и оборотень пояснил:
— Дикие живут в стаях, спариваются исключительно между собой. Это неизбежно приводит к вырождению. Чтобы стая процветала, им периодически требуются оборотни со стороны. Та самая свежая кровь. Некоторые наивные девушки и юноши соблазняются перспективами жизни в лесу без правил и законов города, и уходят с дикими.
Совсем как я сегодня. Все верно – наивная. По-другому не назовешь. Это лишь кажется, что у диких сплошная свобода, но я видела, как они подчиняются альфе. Достаточно одного его взгляда, чтобы здоровый, крепкий оборотень склонил голову. В резервации действуют свои законы и в чем-то они строже городских. А у костра можно потанцевать где угодно, не обязательно ради этого уходить в леса.
— Венона была среди таких девушек? — озвучила я догадку. — Она ушла с дикими?
— Не по своей воле, — тряхнул головой Рейден. — Судьба посмеялась над нами. Среди диких Венона встретила свою диаду – Кирана, младшего брата Джака. Ирония в том, что любила Венона всегда меня, но замуж вышла за Кирана.
— Она не справилась с зовом?
— Она боролась, сколько могла. Венона не хотела жить с дикими, не хотела бросать дом и меня. Но зов со временем крепнет. Либо ты ему подчиняешься, либо он сводит тебя с ума.
Я обхватила себя за плечи. Со мной будет так же?
Рейден, угадав мои мысли, произнес:
— Не переживай. Твое возвращение в свой мир лишит зов силы.
— Очень на это надеюсь, — пробормотала я, а потом добавила: — Ты поэтому так ненавидишь диады?
— Они забрали у меня любимую. Нас связывали подлинные чувства, и они никуда не делись. Но природа навязала Веноне свою волю, в конце концов, убив ее.
Теперь ясно, почему Рейден поддерживает главного смотрителя с его маниакальным желанием истребить в оборотнях все животное. Он и сам этого хочет. Не будь звериной сущности, Венона стала бы его женой, а не какого-то там Кирана.
— Что было дальше? — спросила я. — Это ведь не конец истории.
— На долгих десять лет я потерял Венону. Она уехала с дикими в резервацию, которую согласно закону не могла покинуть. А я ушел с головой в работу и достиг немалых высот. Стал самым молодым этнархом среди оборотней. А потом…
Голос мужчины дрогнул, и он умолк. Я уже знала, что было потом: прошло десять лет, дикие вернулись в город для торговли, и Венона была с ними.
Я не торопила Рейдена, давая ему время справиться с эмоциями. Спустя минуту он сказал:
— Она приехала с детьми. Мальчиком восьми лет и девочкой – пяти.
— Лэйн и Элис, — прошептала я.
Рейден кивнул:
— Верно. Я не сразу ее узнал. Венона сильно изменилась. Я бы рад сказать, что жизнь с дикими пошла ей на пользу, но это не так. Она была несчастлива и не скрывала
— Ей не к кому было обратиться кроме тебя.
— Я не смог ей отказать, — развел руками оборотень. — Столько лет прошло… Но стоило ее увидеть, и прежние чувства вспыхнули с новой силой. Венона умоляла меня позаботиться о детях. Она не хотела увозить их обратно в лес. Сама она остаться не могла из-за зова. Притяжение реализованной диады усиливается. Они не в состоянии обходиться друг без друга. Вплоть до того, что гибнут от тоски в разлуке.
Я поджала ноги к груди и обхватила их руками в неосознанном защитном жесте. Неприятное напоминание. Если мы с Рейденом переспим, то на всю оставшуюся жизнь будем привязаны друг к другу, вне зависимости от нашего желания. И кто знает, чем для меня обернется возвращение домой. Не исключено, что я вскоре погибну от тоски по своей паре.
— Но все пошло не так, — между тем, продолжал Рейден. — За детьми явился Киран. Он был в ярости. Я пытался ему помешать, завязалась драка, которая привела к вызову.
— Вызову? — переспросила я.
— Схватка волков. Отказываться нельзя. Венона это понимала и не винила меня. Схватка состоялась на следующий день. Ее организовали дикие, а именно Джак. У цивилизованных оборотней не принято решать конфликты подобными методами. Мы обращаемся в суд, — усмехнулся Рейден.
— Как тебе удалось победить? Без опыта и поддержки? — в том, что верх одержал Рейден, я не сомневалась. Иначе бы он не сидел передо мной.
— Поддержка у меня была – Венона. Я проигрывал, так как был слабее дикого. Но в решающий момент Венона отвлекла мужа, и я вцепился ему в горло. Все произошло быстро, я сам не понял как. На краткий миг волк взял верх над человеком. Я почувствовал горячую кровь на языке и тут же обернулся обратно. Стыдно признаться, но меня стошнило. Я впервые совершил убийство. Очень надеюсь, что больше не придется.
— Тебя не осудили?
— Не было причин. Схватка состоялась по всем правилам. Это признал даже Джак. Он был зол на Венону, но все, что мог поделать – это изгнать ее из стаи. Венона осталась со мной и детьми в городе. Увы, это ее не спасло. После смерти своей диады она начала стремительно угасать. Я пытался это исправить, вернуть ей вкус к жизни, как-то расшевелить, но все бесполезно. С природой не поспоришь. Через год Веноны не стало. Официально ее убила чахотка, но все знали правду.
— Ты сдержал данное слово – вырастил ее детей, — заметила я.
— Это все, о чем она просила. И все, что я мог ей дать.
Мы надолго замолчали. Все важное было сказано, а тратить слова на жалость не стоило. Рейден в ней не нуждается. Напротив, она его оскорбит.
Я все думала: насколько тяжело наблюдать за тем, как любимый человек медленно умирает по твоей вине. Благодаря рассказу я лучше поняла Рейдена. Его боль и источник непримиримости с собственной природой.
Ночь давно перевалила за середину, но сон не шел. Я так и сидела, обхватив колени руками, а оборотень снова сосредоточился на окне, внимательно наблюдая за тем, что творится на улице.