Предназначение
Шрифт:
Ответа на этот вопрос у принца никогда не было. Чтобы ответить, требовалось отбросить все мысли и вытаскивать их на чистый лист сознания по одной, стараясь не думать, но чувствовать. Этому Горн еще не научился. Сейчас он хотел не столь многого: избавиться от оказываемого королевой давления, почувствовать себя хозяином своей жизни, найти «Айсберг», освободить прежних друзей, вернуть Ильрику, заставить прежних Хозяев указать координаты других рабовладельческих станций, захватить их все, одну за другой, распутать всю паутину, прервать торговлю людьми, арестовать и наказать всех, кто имел
Начав список желаний, Горн понял, что закончить его будет трудно: план действий по искоренению рабства мог занять всю его жизнь. Но что делать, если по-настоящему он хотел только этого?
Он хотел обнять Ильрику, такую родную, простую, понятную, естественную и честную. Хотел свирепо взглянуть в глаза Нортему, Вустеру и прочим «хозяевам». Хотел сам отдавать приказы и не задумываться о том, как их мудрость оценят придворные или родственники. Было ли среди этих желаний самое важное? В них была новая цель, думать о которой оказалось приятнее, чем о чувствах неловкости и бесполезности, сопровождавших его все это утро!
Разгорячившись спором с самим собой, Горн принял решение совершить поступок, который не позволит ему повернуть вспять. Он встал, позвал прислугу и потребовал указать дорогу в покои ее величества.
Было без двадцати десять. Эльнора готовилась к первому официальному завтраку со своим новым возлюбленным. У красавицы было прекрасное настроение, ее душа пела, глаза блестели. Приход принца прямо к ней в спальню ее величество расценила неверно. Она обрадовалась, что и юный король самостоятельно догадался, что незачем усложнять самые простые вещи в природе. Не обращая внимания на воинственный вид молодого человека, Эльнора бросилась к Горну, обняла его и нежно коснулась губами губ принца.
От неожиданности юноша замер. Это опять было воспринято королевой не так, как нужно. Эльнора решила, что Горн смущен и слишком взволнован, чтобы ответить на поцелуй поцелуем. Ее губы стали настойчивей, ладони заскользили по спине юноши, глаза помутнели от просыпающегося желания. А Горн, который пришел распрощаться, в ужасе отстранился, меньше всего понимая, почему прикосновения столь прекрасной женщины вызвали у него только отвращение и подавленность.
— В чем дело? — недоуменно свела брови красавица.
Горн помотал головой, заставляя себя очнуться.
— Я пришел не за этим!
— Что?.. — Она отступила, с запозданием понимая, что попала в унизительную ситуацию.
— Я шел сказать, что не стану завтракать…
— Почему? — в растерянности моргая глазами, спросила Эльнора.
— Я подумал… — Горн осмотрелся. — Можно я присяду?
Королева пожала плечами. Горн разместился в кресле, намереваясь теперь уже до конца исполнить сложную миссию.
— Понимаете, я не люблю вас! — собравшись с духом, выпалил принц.
— Это я вижу… — тихо пробормотала Эльнора.
— Я все обдумал. Не хочу
Королева не верила, что слышит такое в собственной спальне. Она не могла представить, что найдется особа мужского пола, не способная оценить ее плоть по достоинству. Сейчас она приходила к выводу, что серьезно ошиблась, приняв девятнадцатилетнего мальчишку за взрослого и сознательного мужчину.
— Ты и не можешь меня любить, — от досады переходя на «ты» и начиная нервно покусывать ноготь, объяснила королева. — Мы едва познакомились!
— Не в этом дело! — Юноша горячился, все меньше стараясь подбирать безобидные выражения. — У меня была девушка, Ильрика. Самая обыкновенная, но… живая, естественная, с недостатками, которые можно вспомнить, с неповторимым лицом, неповторимой улыбкой, неповторимыми ужимками…
— А у меня все «повторимое»? — оскорбилась королева.
— Нет же! — Горн покачал головой. — Не так. У вас здесь все слишком блестит. Я вижу блеск, но не вижу вас! Я должен решить, быть или не быть с вами, но я не могу увидеть ничего, кроме блеска!
— Ты говоришь глупости, а думаешь, что мудр, как никогда раньше, — оценила Эльнора. — Ты король, прикажи, чтобы все поверхности стали матовыми!
— Я могу приказать и вам стать другой?
— Мне?!
— Но я говорил ведь о вас!
— Ты не любишь меня и не хочешь попробовать полюбить, так? — досадуя, что все повернулось именно таким образом, попробовала разобраться Эльнора. — И решить это нужно немедленно, прямо сейчас, до завтрака?
— Я только пытался сказать, что не хочу вас обманывать! Я подумал и сумел оценить свои чувства. Когда я думаю об Ильрике, на сердце как-то приятнее, теплее, светлее… Когда о вас — ничего! Перед глазами только картинка: мне интересно ее разглядывать, но я не хочу смотреть на какой-то рисунок все годы до самой смерти!
Эльнора едва не сломала зубы, когда ноготь поддался их неожиданному натиску. Она стерпела все оскорбления, как недавно не осмеливалась высказать недовольство прямо в глаза Фаору, но в душе королевы взорвался настоящий вулкан! Горн же не думал, что наносит жестокий удар самолюбию женщины, он наивно решил, что любая откровенность должна быть оценена по достоинству. Гораздо хуже было бы думать молча, притворяясь и обманывая друг друга.
— Иначе говоря, вы меня выдворяете? — ужаснулась красавица. — Вы победили Фаора, а теперь желаете избавиться от всего, что напоминает о нем?