Предательство
Шрифт:
У неё вдруг сделался вид, как будто она съела что-то кислое.
– Конечно, нет. У меня свадьба на носу.
Моя натянутая улыбка начала истончаться.
– Могу себе представить, ведь это займет всё твоё время.
– О, ты и понятия не имеешь.
– Она наклонилась ближе.
– Не имеешь же? Последнее, что я слышала, что ты ни с кем не встречаешься.
– Я так рада, что моё семейное положение является предметом разговора.
– Ну, на самом деле, не являлось. Это просто вылезло, когда я обедала с Лесли и Джесс. Джесс сказала, что ты никогда не меняешь свой
Лесли и Джесс были девчонками, с которыми мы ходили в школу. В свое время все мы были частью одной компании.
Я пожала плечами.
– Некоторые из нас слишком заняты походами на свидания, чтобы обновлять свой статус.
– Ой! Означает ли это, что ты в отношениях?
– От идеи иметь свежий повод для сплетни у нее практически пена изо рта пошла.
– Это означает, что это никого не касается, кроме меня. По опыту знаю, что может произойти, когда другие вовлечены. - Я кивнула Йену. - Было приятно познакомиться. Добро пожаловать в Саванну.
И я повернулась, чтобы уйти.
– Александрия, - позвала Милли.
Выдохнув, я развернулась: - Да?
– Раз ты дома, ты должна пообедать со мной, Джесс и Лесли. Я знаю, что они придут сегодня, но нам нужно наше время "для девочек". Вы все должны распланировать девичник.
В её двух предложениях были больше некорректных высказываний, чем я имела желание поправить.
– Звучит классно.
– На этот раз я успешно ушла.
Я, наконец, нашла свою мать в гостиной, со стаканом белого вина в руке. Мне нужно взглянуть на часы. По-любому, было время для красного. Черт, я думала о каком-нибудь коньяке Алтона. Именно тогда я заметила Алтона и человека, с которым он разговаривал. Они смеялись и похлопывали друг друга по плечу - изысканное состязание фаллометрии. Альфой был тот, у кого рука была выше. Я почти захихикала, когда хлопки стали перемещаться всё выше и выше. Довольно скоро они будут лупить друг друга по затылку.
– Мама, - я прошептала ей на ухо.
– Это сенатор Хиггинс?
– Да, милая.
– Почему сенатор Хиггинс на моей вечеринке?
– Памятуя не расстраивать Аделаиду, я воздержалась от названий "по поводу выпуска" или "приветственной".
– Ну, знаешь, он работает с Алтоном над некоторыми проектами, которые могут помочь Монтегю.
Монтегю изначально сделали своё состояние на табаке. Инвестиции были диверсифицированы в различные предприятия; тем не менее, табак был все еще большим куском пирога. Налоги и другие юридические ограничения на канцерогенных культурах всегда были поводом для противостояний.
Я покачала головой.
– Ну, это хорошо, что мы можем получить некоторые бонусные очки с сенатором. На моей вечеринке.
– Это большая честь.
– Она выпрямилась.
– У кого еще из твоих друзей вечеринку посещает сенатор?
– Ох, мама, я не уверена. Я узнаю это.
Я повернулась, чтобы уйти, и пробормотала:
– Сразу же после того, как обновлю статус в Facebook.
Когда я вошла в гостиную, я мельком увидела Брайса в дальнем конце комнаты. Так как он, казалось, был занят, разговаривая с человеком,
– С возвращением домой.
Дерьмо! Лучше бы я пошла к Брайсу.
– Сюзанна, - я пыталась говорить моим наиболее уверенным тоном.
– Приятно видеть тебя.
– И мне тебя.
– Как ты?
– Разочарована.
Моя попытка дружелюбного маленького разговора провалилась. Укусить или улыбнуться и уйти? Я наклонила голову и наградила её своим самым сочувственным вздохом.
– Мне жаль слышать это. Надеюсь, все наладится.
– У меня есть все основания полагать, что так и будет.
– Это замечательно.
Её тон понизился.
– Не делай этого снова.
Я выпрямилась.
– Прости, не делать чего?
– Ты прекрасно знаешь, о чем я говорю. Не разбивай его сердце.
– Сюзанна, я не видела и не разговорила с твоим...
– Я в курсе твоего недостатка общения. Но теперь ты дома, и он работает на Монтегю...
Прервав ее, я заговорила приглушенным шепотом.
– Я не дома. Я приехала навестить. Я уеду в юридический вуз в течение...
Большая рука опустилась мне на плечо, и его голос угрожающе зашептал между Сюзанной и мной.
– Я надеюсь, что мы хорошо проводим время на твоей вечеринке, Александрия.
Моя кожа покрылась мурашками от его прикосновения. Шагнув вперед, я повернулась к моему отчиму.
– У нас просто личный разговор.
Сюзанна стояла молча, в то время как мы с Алтоном - лицом к лицу.
– Не ставь в неловкое положение меня и свою мать. Возможно, личные разговоры будет лучше проводить наедине.
Я вернула улыбку на свое лицо. Для стороннего наблюдателя, у меня была милая беседа с Алтоном.
– Возможно, если тебя волнует то, что я поставлю тебя в неловкое положение, то нужно было провести мою вечеринку без меня.
– Александрия, есть планы в разработке. И поверь мне, ты не захочешь быть той, кто изменит их.
– Кто-то должен сказать мне, что происходит. Я не могу поддерживать или изменять планы, о которых я ничего не знаю.
Алтон схватил меня за руку и сильно сжал ее. Его хватка была сильнее, чем казалась.
– Пойдем со мной.
Я уперлась ногами в пышный ковер, желая, чтобы мои каблуки пустили корни.
– Отпусти меня сейчас же, - сказала я сквозь зубы, - Или я обещаю тебе закатить самую большую сцену, которую ты когда-либо видел.
Краснота просочилась из-за ворота его рубашки, делая его шею пунцовой. Перед тем как она достигла его лица, я добавила:
– Я уверена, что сенатор и некоторые из твоих остальных дружков с радостью посмотрят, как твоя дочь сорвется с катушек.
Он высвободил мою руку и наклонился ближе.