Правосудие Девлина

Брей Патриция

– Возможно, – признала она, – но не обязательно. Хенрик крепкий боец. Ранение довольно опасное, но ты заметил, что это был скользящий удар, верно?

– Да, капитан, – подтвердил Хенрик. – Хотя синяк я все равно заработал.

В таких тренировочных поединках всегда важно, чтобы каждый из участников умел определять степень тяжести полученной травмы. Молодые бойцы часто переоценивали свою выносливость и отказывались признавать поражение в тренировочных боях. Драккен достаточно хорошо знала Хенрика и считала его достойным противником. Она сразу поняла,

что первый контакт – просто царапина, и Хенрик согласился с ней.

– Итак, в чем же заключался мой просчет?

– Вы сосредоточились на ударах сверху, позволили Хенрику прорваться через защиту, – сказала Олува, удивляясь, что никто не заметил очевидного.

Капитан Драккен кивнула.

– Точно. Я оценивала ситуацию с позиции дуэлянта. Кинжалу недостает досягаемости, тем не менее в отличие от меча он предоставляет свободу для маневра. Я намеренно уступила пространство Хенрику, чтобы ударом сверху разоружить его, но он проигнорировал ловушку и применил свой прием.

В схватке с применением боевого оружия она бы не избежала смертельного ранения. Хенрик тоже не ушел бы без потерь, но у него оставались шансы продолжить бой.

– Давайте попробуем еще раз, – предложила Драккен.

Она без труда выиграла следующую схватку, а в третьем бою ей удалось разоружить Хенрика приемом, которому она научилась у воина из Сельварата. Драккен медленно продемонстрировала движение дважды, а потом показала, как парировать удар.

Промокая полотенцем пот на лице, она наблюдала за Лукасом, который выстроил новобранцев в две шеренги лицом друг к другу и приказал отрабатывать прием, который они только что видели. Попрощавшись с сержантом, капитан удалилась.

Она поступила правильно, размышляла Драккен, сражаясь с бойцом, который в два раза моложе ее. Ноющая спина и синяк на бедре подтвердили, что Хенрик не ослаблял удары из уважения к ее званию или возрасту.

Часы пробили полдень. Капитан Драккен покинула внутренний двор с намерением вернуться в Зал стражи, чтобы умыться и привести себя в порядок в случае, если король созовет совет для обсуждения отчета Девлина. Войдя в помещение, она увидела Сольвейг из Эскера, спускающуюся по ступенькам.

– Капитан Драккен, какая удача! Я как раз вас и искала, – произнесла она.

– Чем могу служить? – спросила Драккен.

На публике они предпочитали не афишировать близкое знакомство. Капитан лишь проявляла подчеркнутое уважение к титулу Сольвейг, которая в скором будущем станет баронессой. Только доверенные лица знали, что они состояли в узком кругу советников Девлина.

Сольвейг ждала, когда Морвенна поравняется с ней.

– Есть ли известия от Девлина? – спросила она, понизив голос. – Я ожидала его визита к королю. К сожалению, даже собственный брат не посчитал нужным поделиться со мной новостями.

Значит, не одна Драккен мучилась в неведении.

– Пока новостей нет, но я надеюсь разузнать все о его приезде. Уверена, Стивен попытается разыскать тебя, как только сможет.

Сольвейг недоуменно пожала плечами и стиснула руку Драккен.

– Ты

ошибаешься. Девлин уже в городе. Он вернулся еще прошлой ночью.

Драккен с трудом сглотнула.

– Пойдем, – приказала она, направляясь наверх по лестнице в Зал стражи.

Морвенна не произнесла ни слова до тех пор, пока они не оказались в тишине ее кабинета и не закрыли за собой дверь.

– Что ты имеешь в виду? Девлин вернулся?

Невероятная новость. Он не мог попасть в город, не миновав ворот, а охранники обязательно оповестили бы капитана стражи. Должно быть, Сольвейг ошиблась.

– Вчера вечером я встречалась в королевском храме с лордом Рикардом.

Капитан Драккен кивнула. Она знала, что за публичными встречами Сольвейг и Рикарда пристально наблюдают. Но в связи с заседаниями, проходящими во дворце, появлялось множество возможностей для встреч по вечерам. Никто не посчитает странным возвращение дворянина в замок после захода солнца, а посещение королевского храма само по себе не могло вызвать подозрений. Безлюдный храм – отличное место для тайных свиданий с молчаливого одобрения брата Арни.

– Мне пришлось долго дожидаться удобного момента, чтобы незаметно улизнуть с бала леди Венделы. Когда я наконец приехала, Рикард уже ждал меня. Мы увидели, что сияние на Камне Души приблизилось к Кингсхольму, и брат Арни стал молиться в благодарность за успешное возвращение Избранного, – продолжила Сольвейг.

– Это было в полночь?

– Я приехала позже, однако брат Арни сказал, что камень изменил свою окраску за час до полуночи.

Возможно, жрец ошибся, хотя Драккен ни разу не слышала, чтобы предсказания Камня Души не оправдались. А у Арни не было причин обманывать. Жрец – человек искренне верующий, поклоняющийся семи богам и Избранному, их священному помазаннику.

Но если Девлин находится в городе уже более двенадцати часов, то где же он? Почему она ничего не знает о прибытии Избранного?

– Я вернулась к себе. Слуги не сообщили ничего нового, и я посчитала, что Девлин решил дождаться утра, а потом пойти к королю. Однако утро наступило, и нетерпение замучило меня. Я знала, что Девлин станет искать встречи с тобой, поэтому и пришла сюда. Но и ты его не видела, не так ли?

Капитан Драккен покачала головой.

– Мне никто не сказал ни слова о том, что он приехал. Не понимаю, какой смысл прятаться от друзей?

– Наверняка кто-то должен был видеть Девлина. Стражи, пропустившие отряд, часовые в замке, конюхи, забравшие лошадей… Они же не могли просто упасть с неба.

По крайней мере Дидрик обязан был отчитаться перед ней в течение двенадцати часов. Случилось что-то непредвиденное.

– Я не знаю, что происходит, но обязательно выясню, – пообещала Драккен.

– Как мне вести себя?

– Возвращайся в замок и постарайся быть на виду. Прислушивайся к любому разговору, но себя не выдавай. Если вдруг что-нибудь выяснишь, дай мне знать. Кроме того, не прогуливайся в одиночестве. Я приставлю к тебе одного из охранников.