Правила счастья

Уокер Фиона

– Он, скорее всего, не захочет с вами разговаривать, – Джуно оглянулась, оценивая обстановку и свои шансы удрать. Шансы практически нулевые. Фрэнк Гроган стоит, прислонившись к двери. Он приветливо улыбается, но глядит строго. Он ей, конечно, симпатизирует, но прекрасно помнит, кем оплачивается его дорогостоящая привычка курить «Ротман».

– Уверяю вас, у нас с Джеем сохранились вполне лояльные отношения, – гордо возразил Пирс Фокс. – Так вы хотите, чтобы я с ним поговорил или нет? У нас остается мало времени.

Джуно поняла, что другой возможности пообщаться с Джеем перед выступлением у нее не будет. Но она не доверяла

Пирсу. Она вспомнила про визитную карточку, которую дала ей Белль. Порывшись в сумке, она нащупала ее среди вороха фантиков от шоколадок. Она вытащила карточку, ручку и нацарапала: «Белль хочет встретиться с тобой».

– Насколько я понимаю, вам угодно, чтобы я передал Джею от вас это маленькое послание? – Пирс спросил резким голосом. Ему надоело разыгрывать Купидона. Это было слишком хлопотно и несолидно для человека его статуса. Но он не мог рисковать. Джуно нельзя было отсюда выпускать во избежание каких-либо случайностей: она непременно должна была выйти на сцену. Она единственная из всех рекомендованных им кандидатур, которую Фрэнк допустил к выступлению в шоу. Пирс Фокс протянул свою усыпанную веснушками руку за карточкой.

– Секундочку! – Джуно написала еще три слова и передала ему карточку.

Бросив на нее страдальческий взгляд. Пирс вышел.

Гардеробная была набита женщинами в выцветших черных платьях, которые курили, накладывали грим и нервно переговаривались. Приглядевшись, Джуно увидела, что многие из них являются весьма известными артистками. С несколькими она выступала в одной программе, других видела на сцене. Длинноногих блондинок среди них не было. Некоторые кивнули Джуно и сказали «Привет». У Джуно хватило сил только улыбнуться в ответ. Она стояла, прижимая к себе аккордеон, и ждала.

Продажа билетов тем временем завершилась – закончились билеты, но не желающие их приобрести. В последний момент в зал внесли еще несколько столиков и стульев. Негде было даже стоять: зрители заняли все свободное пространство у стойки бара. В фойе Пирс с удовлетворением отметил толпу желающих прорваться в зал, которую сдерживала охрана. Его внимание привлекла крошечная женщина с синими волосами, в огромном черном пальто, которая требовательно повторяла:

– Пустите же меня! У меня там подруга! Войдя в зал. Пирс Фокс поискал глазами Джея, но из-за клубов дыма и огромного скопления людей вероятность найти здесь кого-то была весьма призрачной. Впрочем, Пирс остался доволен, поскольку такой интерес к программе сулил в перспективе успех его группе женщин-комиков. Постояв еще некоторое время, Пирс Фокс достал свой мобильный телефон: гораздо проще было попросить Джея выйти из зала, чем проталкиваться к нему сквозь дым и давку. Он нажал кнопку «Вызов» и вышел в фойе, прижимая трубку к одному уху, а другое зажимая пальцем, чтобы заглушить шум.

И тут Пирс увидел высокую, длинноногую, немыслимой красоты блондинку с точеной фигурой, которая стояла в стороне, среди отчаявшихся пробиться в зал. Ее облик настолько потряс Пирса Фокса, что он забыл, кому звонит. Божественная блондинка и ее спутник, тоже блондин, наблюдали за шумным спором между охранником и крошечной синевлаской.

– Если ты сейчас же не пропустишь меня, верста ходячая, я сорву с тебя шлем!

– Для этого тебе, крошка, понадобится стремянка! – охранник рассмеялся и пропустил ее.

Синевласка промаршировала в зал, бросив уничижительный

взгляд на блондинку.

Пирс подпрыгнул, услышав голос в телефонной трубке:

– Алло? Слушаю. Кто говорит? Джуно – это снова ты?

Пирс Фокс закашлялся и нажал кнопку «Отбой», по-прежнему не сводя глаз с блондинки. Она была восхитительна. Словно во сне, Пирс Фокс сунул руку в карман, нащупал там визитную карточку и протянул блондинке:

– Зайдите ко мне. Нам есть о чем поговорить. Тут телефон, позвоните, – и он пошел в сторону гардеробной.

– Кто такой? – спросил Финлэй Лидию, которая рассматривала визитку.

– Его… ее зовут Мэри Хоуп, – прочитала Лидия и хихикнула. С другой стороны карточки было написано: «Давай возьмемся за руки».

– Парень слаб на головку, солнышко, – рассмеялся Финлэй.

– Будет моим первым пациентом! – обрадовалась Лидия.

– А я-то думал, что твой первый пациент – это я, – обиженно проворчал Финлэй.

– Нет, Фин, – Лидия поцеловала свой палец и прижала к его носу. – Ты мое новое хобби. Послушай, а мы в самом деле шесть месяцев будем спать в одной постели и не трахаться?

– Так сказала ученая дама на семинаре.

– Вот здорово! Давай купим побольше хороших книжек, – Лидия радостно тряхнула головой. – Обожаю читать в постели.

Фрэнк честно стоял на страже в гардеробной.

– Не очень-то рассчитывал, что ты придешь, – обратился он к Джуно с улыбкой. – Во вторник ты не проявила большого энтузиазма.

– Пирс не оставил мне особого выбора, – она поежилась, пытаясь представить, что он сейчас говорит Джею.

– Похоже, он возлагает на тебя большие надежды, – Фрэнк любовался ее бюстом, который в плотно облегающем платье Трионы походил на две подушки безопасности, возвышающиеся на переднем сиденье спортивного автомобиля. – А ты неплохо подготовилась к выступлению.

– Спасибо, – Джуно слабо улыбнулась, прикидывая, удастся ли его уломать, чтобы он выпустил ее на пять минут.

– Собираешься петь? – он кивнул на аккордеон.

Она не успела ответить. Широко улыбаясь, вошел Пирс Фокс.

– Что он сказал? – набросилась на него Джуно.

– Кто? А, он. Он сказал спасибо.

– Спасибо… – Джуно озадаченно наморщила лоб.

– Не стоит благодарности, – Пирс Фокс холодно улыбнулся, откинул голову и оглядел ее всю целиком, словно пытаясь вспомнить, кто она такая. Наконец это ему удалось. – А теперь, Джуно, послушайте меня. Я хочу, чтобы вы повторили ваш номер в стиле Мэй Уэст. Я очень многого жду от вас. Между нами говоря, я рассматриваю вас как лидера, – он не удосужился понизить голос, и сидевшие поблизости женщины испуганно посмотрели на него. – Спуститесь в зал, шокируйте аудиторию, напугайте ее. А это еще что такое? – он ткнул в футляр аккордеона, который до сих пор принимал за большой кейс для гримировальных принадлежностей.

– Он сказал «спасибо» и больше ничего? – переспросила Джуно и задумчиво добавила: – Это аккордеон.

– Что? Приберегите его для другого случая. Мне не нужна здесь дешевая самодеятельность. Мы не в провинции.

Не слушая его, Джуно повторяла слова песни, которую сочинила накануне. Писать ее она начала в клубе «Неро», а закончила в три часа утра, сидя на кровати Джея. Пирсу ее песенка, безусловно, не понравится, но ей плевать на Пирса. Потому что другой возможности проверить, есть у Джея Маллигана чувство юмора или нет, ей уже не представится.